— …

Я посмотрел на Асуну. Кизмель рассказывала нам миф о создании Айнкрада и о Великом разделении, но я предположил, что это всего лишь эльфийская легенда. Кто же такой этот Питагрюс? Я поздно задумался об этом, но у меня не было настроения копаться в квесте «Проклятие Стахиона» после то, как мы его закончили. У нас было много других забот.

Например, Падшая эльфийка Кисара украла четыре священных ключа, которые мы собрали. И что ещё хуже, пропал таинственный Баксум, который использовал золотой куб, чтобы обездвижить всех нас в комнате с Боссом, и который пытался убить Теано, а может быть и всех участников рейда. АОА и АРД собирались провести экстренное совещание прямо в зале, но мы с Асуной не хотели, чтобы Теано и Мия услышали о нашем затруднительном положении в смертельной игре, и поэтому сопроводили их на седьмой этаж. Однако, эту ситуацию нельзя было игнорировать, поэтому я знал, что скоро мне придётся собрать основных членов обеих гильдий и рассказать им всё, что я знал о человеке в чёрном пончо и его банде. После того, как они стали свидетелями деяний Баксума, не составит большого труда убедить их в том, что в Айнкраде действует банда PK.

— Десять лет прошло с тех пор, как умер лорд Питагрюс…, — сказала Теано сходя с места, на котором она остановилась.

Мне пришлось напрячься, чтобы снова сосредоточиться на её истории.

— За эти десять лет таинственная сила, защищавшая куб, постепенно пропитывала город, создавая в Стахионе головоломки на каждой двери, точно так же, как она сделала в Столпе небес. Я не знаю, как лорд Питагрюс сдерживал силу куба, но я всегда надеялась обнаружить это вместе с Сайлоном, чтобы мы смогли убрать загадки, которые так мучили горожан. Но…

Теано замялась, а темнота скрывала её черты. Тихим голосом она продолжила:

— Но я не могла простить Сайлону убийство лорда Питагрюса в приступе гнева. Мы пообещали друг другу быть вместе, вот почему я хотела, чтобы он признал свой грех, раскаялся и подумал о том, что нужно сделать, чтобы действительно стать хранителем города. В течение долгих десяти лет я ждала того дня, когда он придёт ко мне…

Пока я смотрел как она качает головой, я, не задумываясь, задал вопрос, который часто крутился в моей голове.

— Теано, а что именно привлекло тебя в Сайлоне?

Асуна толкнула меня в бок, давая мне понять, что я задал потенциально грубый вопрос. Но Теано только мечтательно улыбнулась и посмотрела куда-то вдаль.

— Ещё в детстве он был безвольным и подозрительным, но гордым и всегда боролся с другими детьми…

«С детства? Они были друзьями с детства?» — задумался я и понял, что это правда.

Самый большой город шестого этажа был всего шестьсот метров шириной, и в два раза больше в длину. Дети одного возраста должны были знать друг друга.

— Но на самом деле он был очень добрым. С самого детства мне было поручено служить в особняке лорда Питагрюса. Я волновалась, и чтобы подбодрить меня он сказал: «Не переживай, я пройду испытание лорда Питагрюса и стану его учеником. Просто подожди меня». Он сдержал своё слово и мечтал, что в конце концов станет следующим лордом города, женится на мне, и мы будем жить в особняке вместе. Но когда он узнал, что его не выберут, его разочарование было очень велико…

— Что? Но, — я запнулся, быстро посмотрев на Асуну, — я думал, что Питагрюс выберет следующим лордом города тебя. Так что Сайлон не должен был так сильно переживать…

Теано на мгновение выглядела сбитой с толку, но затем быстро покачала головой. Лежащая на её плече Мия что-то пробормотала во сне, и мама нежно её успокоила. Затем она снова сосредоточилась на разговоре и опять покачала головой.

— Нет. Хотя лорд Питагрюс и научил меня всему, что касается головоломок, но это было для него просто игрой. Ему не нужен был наследник. Лорд Питагрюс был бессмертен и жил веками ещё до того, как построил Стахион.

— Что — что?! — закричал я и зажал рот рукой.

Как только я убедился, что Мия не проснулась, я продолжил более тихим голосом:

— Он… Он не мог умереть?

Я начинал задаваться вопросом, что, возможно, Питагрюс не был убит, и всё ещё жив, но Теано сделала отрицающий жест.

— Нет, я имела в виду, что у него была вечная жизнь. Он не мог умереть от старости. Когда я пришла в особняк, то он уже был стариком с седыми волосами, а дворецкий, который был старшим из всех слуг, утверждал, что Питагрюс выглядел так же, когда он был ребёнком.

— Значит, когда Сайлон узнал правду… — пробормотала Асуна, и Теано кивнула.

— Сайлон узнал, что лорд Питагрюс не умрёт от старости, и не будет никакого наследования должности. Я думаю, что гнев, разочарование и, возможно, даже страх, который он почувствовал, подтолкнули его на этот ужасный поступок. Как и сам этот город, лорд Питагрюс был свыше человеческого понимания…

Теано замолчала, и я понял, что мне больше не нужно поднимать тему о Сайлоне. Вместо этого я нащупал сумку на поясе и достал металлический ключ, который поднял в конце боя с Боссом.

— Теано, он должен быть у тебя, — сказал я, отдавая ей ключ.

Прежде, чем взять ключ, Теано мгновение его рассматривала. Взяв в руку объединённый ключ, она сказала:

— Значит, этот ключ всегда должен был быть единым. Лорд Питагрюс дал нам с Сайлоном эти ключи в наше восемнадцатилетие, но он не сказал, для чего они. Я никогда бы не догадалась, что они представляли собой ключ для извлечения золотого куба из тела зверя-хранителя. Зачем он отдал нам такую важную вещь?

У нас с Асуной не было ответа на этот вопрос.

В конце бета-версии квеста «Проклятие Стахиона» призрак Питагрюса простил Сайлону убийство, велел ему работать вместе с Теано на благо города и исчез. Другими словами, бета-Питагрюс назвал Сайлона и Теано своими преемниками.

Я задавался вопросом, возможно ли, что тоже самое случилось бы и с бессмертной версией Питагрюса, но я не мог поднять эту тему.

Вместо этого Асуна взяла на себя смелость сказать:

— Я уверена, что он любил тебя и Сайлона.

Не говоря ни слова, Теано снова посмотрела на далёкий особняк. Мне показалось, что на её лице что-то блеснуло, но когда она повернулась к нам, то снова мягко улыбалась.

— Возможно, ты права.

Теано положила ключ за воротник своих доспехов и потянулась назад, чтобы погладить голову спящей дочери. Она заставила нас дать обещание, что мы когда-нибудь снова посетим их, и унесла свою дочь с площади. Когда их полоски HP исчезли, в центре моего поля зрения появилось системное сообщение о том, что квест завершён. В отличие от бета-версии, мы не получили ни денег, ни предметов, но очков опыта было более чем достаточно, и мы с Асуной одновременно повысили свои уровни. Теперь я был двадцать второго уровня, а Асуна двадцать первого, но у меня не было ни сил, ни настроения для моего обычного прыжка радости.

Мы обменялись взглядами, сказали друг другу «поздравляю» и пожали руки. Казалось, что это привело Асуну в чувство, и, став более похожей на себя, она спросила:

— И что теперь? Мы вернёмся на седьмой этаж?

— Я умираю.

— Что?

— Мой бак полностью пуст. Примерно через три минуты я собираюсь потерять сознание и спать десять часов подряд.

Это вызвало в мою сторону один из обычных раздражённых взглядов Асуны. Она вздохнула:

— Это всё потому, что ты бродил всю прошлую ночь. Ох, нам же нужно вернуться в замок Гэлей. Мы должны извиниться перед стариком за пропавшие ключи.

— Ты права, но сейчас мне нужно поспать.

— Тогда давай останемся здесь. «Копыто Пегаса» подойдёт?

— Мне всё равно, лишь бы были одеяло и подушка.

Асуна снова покачала головой и, схватив меня за левую руку, потащила за собой. Она привела меня в большую гостиницу на северной стороне площади, и мы подошли к стойке регистрации. У стойки я уснул, но сквозь сон слышал, как Асуна заказала номер на третьем этаже и подтолкнула меня к лестнице.

Когда мы подошли к дверям в самом конце длинного коридора, Асуна что-то тихо прошептала. Я поднял тяжёлые веки и увидел, что моя напарница рассматривает нишу в стене рядом с дверью.