Внутри купола было… по-другому, совсем не так, как снаружи. Во-первых, здесь не было даже признаков снега или льда: зеленела трава, пестрели какие-то неброские цветочки, кусты радовали взгляд разноцветными листьями. В Ирманской обители царила самая обычная ранняя осень.

– Что привело в Ирму императора Максимилиана?

Женский голос, прозвучавший за моей спиной, был спокоен: ни удивления, ни опасения, ни любопытства, ни каких-либо других эмоций, что было странно. Я привык к тому, что все – независимо от статуса и происхождения – испытывают при встрече со мной ненависть, страх, желание угодить… А вот такое спокойное, я бы даже сказал, равнодушное отношение для меня было внове.

Я повернулся, стараясь не делать резких движений, но не потому что чего-то опасался, ни в коем случае, а просто потому что не к лицу мне суетиться. Я Император, так что это пусть другие спешат выполнить любое моё – даже не озвученное – желание .

На крыльце стояла немолодая женщина, о внешности которой я не мог бы сказать ничего, настолько обычной на первый взгляд она была. Невысокого роста, когда-то она, наверное, была довольно привлекательна, но сейчас видны были и морщины, и тени усталости под светлыми глазами. Волосы были убраны под обычный серый платок с синей каймой, такой же скучный и невзрачный, как и платье. Но стоило взглянуть в глаза настоятельницы, а я уже догадался, что передо мной была именно она, и ты забывал о её внешности. В них были и сила, и острый ум, и недюжинная проницательность. Этот взгляд настолько сильно контрастировал с абсолютно заурядной внешностью, что даже мне стало слегка не по себе. Впрочем, я быстро взял себя в руки: не хватало ещё показывать растерянность перед обычной монахиней.

– Я ищу своего друга, – при этих моих словах лицо настоятельницы не дрогнуло, но в глазах мелькнула тень насмешки, и я почувствовал, как утихшая было ярость снова заворочалась внутри, – магистра Каспера Даргеро. Я совершенно точно знаю, что он собирался сюда, чтобы забрать свою дочь. Я дал ему поручение и не понимаю, почему он до сих пор не вернулся.

– Ты беспокоишься о нём? – монахиня по-прежнему была невозмутима. – Это похвально.

Можно подумать, мне нужна её похвала! Мне нужно понять, что тут вообще происходит и где, демоны бы его побрали, Каспер. Но откровенничать с настоятельницей я не собирался.

– Конечно, – ответил я, – неужели ты думаешь, что я пришёл в эту глухомань только потому что мне нечем заняться?

Какое-то время женщина молча смотрела на меня, и я снова почувствовал себя неуютно, словно она могла что-то прочитать в моих мыслях. Да даже если так, какое мне дело до того, что она обо мне думает? Я Император, и если я прикажу, то через месяц от обители камня на камне не останется.

– Проходи, не стоит разговаривать на пороге, – настоятельница сделала шаг в сторону, пропуская меня в каменный дом, больше похожий на небольшой замок.

– Следует говорить «ваше величество», – холодно проговорил я, не трогаясь с места, – обращайся ко мне так, как того требуют правила. То, что Ирманская обитель расположена далеко от центра империи ещё не даёт тебе права нарушать законы. Ты не можешь не понимать, что я могу уничтожить это место вместе со всеми его обитателями.

– Неужели?

В голосе настоятельницы, имя которой я так и не смог вспомнить, не было даже тени вины или стыда. Он был по-прежнему ровным и спокойным, словно я не поставил только что его обладательницу на место.

– Ты со мной споришь? – я даже не пытался скрыть своё возмущение, но настоятельница остановила меня одним жестом. Она просто подняла руку, и я поперхнулся заготовленной гневной речью.

– Не торопись говорить то, о чём потом можешь пожалеть, – негромко проговорила она, – здесь особое место, Максимилиан, и ты в обители всего лишь гость, причём гость незваный. Не забывай об этом.

Я почувствовал, как в глазах становится темно от гнева, а из горла рвётся звериный – точнее, демонический – рык. Потянулся к плети… и замер, не в силах поверить в происходящее. Плеть не отозвалась, чего не бывало со мной никогда с того самого момента, когда я ещё ребёнком впервые вызвал её. Она всегда была исключительно послушна, а сейчас… сейчас её словно вообще никогда не существовало! Не веря, я попробовал ещё раз, но с абсолютно тем же результатом: плеть молчала, как и моя вторая половина. Точнее, демона я чувствовал, но как будто очень издалека, и мне показалось, что он удивлён не меньше, чем я.

– Что-то не так?

Настоятельница смотрела спокойно, даже доброжелательно, и это бесило невероятно.

– Почему?

Я ничего не стал уточнять, понимая, что монахиня и без этого прекрасно поймёт, что я имею в виду.

– В обители нет места никакой иной магии кроме магии сестёр, – невозмутимо ответила она, – такова воля Безмолвной. Тем более здесь неуместны силы огня и тьмы. Если ты хочешь воспользоваться своей магией, Максимилиан, я могу открыть тебе путь за пределы обители.

– Где мы можем поговорить? – с невероятным трудом подавив гнев, спросил я, решив про себя, что потом непременно посчитаюсь с этими высокомерными монашками за минуты пережитого унижения и бессилия.

– Предлагаю пройти в мой кабинет, – настоятельница пошла впереди, нисколько не сомневаясь в том, что я последую за ней, но я лишь сцепил зубы, не позволяя ярости затуманить сознание.

В коридорах нам почти никто не встретился, лишь одна монахиня занималась цветами, пышно цветущими в больших вазонах, да вторая, совсем молоденькая, лицо которой показалось мне смутно знакомым, бережно протирала пыль с какой-то старой статуи. В мою сторону обитательницы Ирманской обители даже не посмотрели, чем в очередной раз удивили чрезвычайно. Разве девушкам, живущим в изолированном от общества монастыре, не должен быть интересен мужчина, оказавшийся рядом? На девушках были такое же серые платья с синей оторочкой, как и на самой настоятельнице, видимо, в обители это было чем-то вроде формы.

В кабинете настоятельница – как же её зовут-то?! – жестом пригласила меня устраиваться в большом кресле, а сама заняла место за большим письменным столом.

– Не стоит мне напоминать, что сидеть в присутствии императора не позволяется, – слегка насмешливо сказала она, – здесь ты просто посетитель, ничем не отличающийся от десятков и сотен тех, кто занимал это кресло до тебя. Что ты хочешь узнать, Максимилиан?

– Здесь был Каспер Даргеро?

– Да, он забрал свою дочь, и это было почти год назад, – спокойно ответила настоятельница, – потом он приезжал ещё раз, но я не видела его уже несколько месяцев.

– Зачем он возвращался?

– Ирма никому не раскрывает чужих секретов, – едва заметно улыбнулась настоятельница, – и твои тоже останутся здесь, Максимилиан.

Дорогие читатели! Задержка выкладки главы была связана с техническими проблемами (ограничение мобильного интернета). Надеюсь, больше такого не произойдёт! Спасибо за понимание)

Каспер

Осторожно оглядываясь, словно ожидая от окружающего пространства ещё каких-то сюрпризов, я спустился на равнину и снова огляделся. Если отрешиться от того, что я каким-то загадочным образом пропустил всю позднюю весну и всё лето, то вокруг было спокойно и привычно. Лес, постепенно роняющий листву, холодный осенний воздух, насыщенный ароматами близкого моря и палой листвы, кричащие высоко в небе птицы, явно направляющиеся в тёплые края…

Зато теперь становилась понятной реакция мужика, который в трактире допытывался у меня, какой нынче год. Если он там, в Ла-Тредине, давно, то запросто могло оказаться, что в реальности у него уже давно появились и выросли внуки, а если семьи не было, то наверняка родовой замок разрушился и зарос травой. Ну или отдан Императором какому-нибудь дальнему родичу. Вот так и получается, что если ты задержался в загадочной крепости, то возвращаться-то тебе потом вроде как не к кому да и некуда… Может, и с Хигеном произошло нечто подобное? Он ведь прожил на острове достаточно долго, как я понял из его скупых рассказов. Впрочем, он сам выбрал свой путь, и не мне его оценивать, тем более что вряд ли мы ещё увидимся. Оглядываться же на того, кто остался в прошлом, бессмысленно и порой небезопасно.