Кстати, королевские войска еще два дня оставались на месте, копаясь в обгорелых остатках обоза и пытаясь найти относительно целые орудийные стволы. Ох и орало на меня при нашей следующей встрече их Королевское Величество, даже изволило королевскими ножками топать, но я только посмеивался. Для меня тайный союзник без пушек на переговорах гораздо предпочтительней тайного союзника с пушками, а Британию, по факту, артиллерии я лишил, заодно захватив с собой какие-то совсем экзотические легкие стволы, которые могла вести одна лошадь, то ли из числа слоновьей артиллерии, то ли из рядов верблюжьей кавалерии. Кстати, эти недопушки пригодились мне, когда я отправил несколько эскадронов с экскурсией в городок Солсбери, дабы, заодно, обстрелять шпиль тамошнего собора. Говорят, что знаковое туристическое место, но я уже не помню подробностей. В общем, Эдуард Девятый дал мне два дня фору, а потом двинулся вслед за моими бандами, пешим ходом, да еще по разоренным местам. Почему разоренным, объяснять надеюсь не надо, но, вот почему пешим ходом?

Я, к примеру, ехал до Лондона в комфортабельном железнодорожном вагоне, захватив на одной из станций целую бригаду железнодорожников, заодно, оставляя после себя полную разруху, куроча и разоряя дорожное хозяйство. Ну, паровозы, к примеру, без воды протопить, или из шестиствольного «гатлинга» расстрелять, водокачку взорвать и стрелки разбить, телеграфные провода сорвать со столбов. В общем, у нас было три традиционных дня на разграбление Лондона. Сильно в переплетения городских улиц моя кавалерия не углублялась, за исключением десятка адресов, которые написал мне своей рукой, немного перепивший, король, не сразу сообразив, какой компромат он лично дал мне в руки. Бумагу эту я храню, как ценнейшую реликвию и залог нашей, с королем, дружбы.

Лондон.

Когда уставшее королевское войско подошло к окраинам Лондона, город был практически цел. Остатки городского ополчения заперлось в своих кварталах, перегородив улицы баррикадами, сооруженными из всякого мусора, над городскими кварталами кое-где поднимался черный дым — это догорали дома сторонников бывшего премьер-министра страны. Почему бывшего? Ну погиб человек, защищая свой кабинет на Даунинг-стрит от грабителей, поэтому больше свои премьерские обязанности выполнять не может. Придется королю перетряхивать свой кадровый резерв, ибо в столице много вакансий после моего визита открылось. Там, вообще, смешно получилось. Большинство людей из списка короля мы застали на рабочем месте, в Палате Лордов. А так как сторонников короля на этом заседании по вопросу обороны столицы, по определению, быть не должно, то порубили всех присутствующих. Вернее, попытались порубить, но они начали отбиваться, швырять огнешарами да ледяными стрелами, начался пожар. В общем, парочка обгорелых лордов из числа владеющих левитацией, вылетели из окошек парламента, и оставляя дымный след от горящей одежды улетели куда-то, а судьба остальных была мне неинтересна — мы выполняя обязательства перед Эдуардом, поскакали по домашним адресам, так как мало аристократа убить физически, надо и экономически подорвать могущество его рода.

В итоге, когда их королевское величество прибыло в город, на окраине его встречала депутация лучших жителей с ключами от города, мои войска концентрировались в районе порта Тилбери, который поближе к устью Темзы, чтобы никто не мог нам преградить пути эвакуации, заодно потроша гигантские портовые склады и перегружая добычу на корабли, пригодные для перехода через Канал, а я терпеливо ждал своего тайного союзника, в, уже ставшем мне родным, поезде, в комфортабельном вагоне, для проведения окончательных переговоров и проведения итогового расчета, так как известно, что уже оказанная услуга не стоит ничего. А в случае, если переговоры с Эдуардом зайдут в тупик, то моей кавалерии недолго снова метнуться по густозаселенным равнинам Англии.

Глава двадцать один.

На нынешнюю встречу их Величество Эдуард Девятый прибыл при всем параде и со свитой, состоящей из конвоя и десятка генералов, разряженных в лучших британских традициях, в красные или зеленые мундиры, треуголки с перьями и длинные палаши. Но весь этот выводок кавалеров не пустили в мой вагон мои охранники. И пока под окнами шел скандал на нескольких языках, британский король вошел в мой салон в одиночку.

— Сэр, я требую объяснений!

Гремя кирасой, поножами и наплечниками, Эдуард тяжело опустился в кресло.

— Какого же, дорогой друг?

— Друг? Вы оставили меня без артиллерии!

— Я избавил вас от соблазна и искушения.

— Искушения? Какого?

— Выстрелить из пушек мне в спину…

— Как вы могли подумать…-не очень уверенно пробормотал Эдуард.

— Ну, я бы подумал, а я такой же владыка, ка и вы, даже, наверное, лучше.

— Чем это лучше⁈ — тут же надулся британец.

— У меня нет парламента, со мной спорит только жена.

Король посидел пару минут в полнейшей задумчивости, как мне показалось, не почувствовав вкуса, влил в себя стакан хорошего трофейного бренди, осле чего, видимо решившись заговорил проникновенно-фальшивым голосом:

— Мой друг, мои советники требуют, чтобы я напал на ваше войско…

— Ну это нормально, Эдуард.

— Олег, они подтянули войска и, к моему огорчению, вы в ловушке…

— Да вы что, ваше величество⁈ Но у нас, насколько я помню, были с вами другие договоренности.

— Прости Олег, но я ничего не мог сделать. Они настояли на своем. Но я гарантирую тебе, мой друг и брат, что если твои войска сдадутся без боя, я обеспечу, чтобы они с оружием и знаменами могли проследовать на корабли и покинуть Великобританию. А тебе я гарантирую достойное обхождение в заключении, в соответствии с твоим статусом, и с справедливый суд.

— Суд? Эдуард, я, вообще-то помог тебе взойти на трон…

— Олег, пойми, обстоятельства сильнее нас. Ты уничтожил половину палаты лордов, чем привел в бешенство всю аристократию, независимо от того, за кого они выступали, за меня или премьер-министра.

— Эдуард, а напомни мне вашу историю, когда у вас шла гражданская война и на плаху отправляли десятки аристократов, и говорят, даже короля казнили…

— Это, сэр, были наши внутренние дела, а вы чужак.

Умиляюсь я с этих британцев, с их снобизмом и чванством. То есть этот «владыка» приходит ко мне и, из лучших чувств, предлагает отправиться на плаху за то, что я ему тропинку к трону проложил и еще красную ковровую дорожку постелил. И все дело в том, что я не потомок древних кельтов или саксов, кто тут у них по лесам в звериных шкурах бегал, а «белый негр» из Руси.

Я подошел к окну и присмотрелся –вдалеке мелькали какие-то воинские формирования в разноцветных мундирах, и было их достаточно много, а между построениями виднелись даже пушки, много пушек. — Эдуард, а ты не боишься, что я велю своим нукерам схватить тебя и твою камарилью и всем голову поотрубать, а потом мы на прорыв пойдем, и скорее всего, прорвемся?

Король чуть побледнел и схватился за богато украшенный магическими камнями браслет, в котором, по –видимому, было наготове какое-то особо убойное заклинание.

— Но вы же этого не сделаете, Олег? Вы же благородный человек!

Вот так всегда, мы значит благородные люди и не наносим ударов по центрам принятия решения, а они джентльмены, хозяева своего слова, захотел — дал его, захотел — взял обратно.

— Ну так что, брат мой, ты сдашься? — с нескрываемой надеждой спросили Их Величество.

— Нет, брат мой, не сдамся. А тебе, на прощание, хочу дать совет — возвращайся поскорее в Лондон, на прощание высказав своим генералам и советникам свое королевское «Фи!» и сиди там безвылазно, не переставая всем и каждому говорить, что ты уже договорился о мире, но твои советники все порушили…

— Ты что-то задумал, Олег?

— Идите, Ваше величество, а то тут скоро бой начнется, снаряды полетят.