Первыми из противоборствующих сторон, отсутствие всякого движения в британском лагере обнаружили афганские пуштуны, которые не замедлили выслать туда разведчиков, которые быстро установили, что британский лагерь пуст. Как только эта весть достигла лагеря афганских голодранцев, его обитатели, забыв о противостоянии с бухарцами, бросились в сторону лагеря белых господ, надеясь добраться первыми и прибарахлиться хоть чем-то.

Пилоты экипажа, прибывшего из Индии, сменившего воздушный крейсер «Хайборн» после месячной службы в степи, заметили непонятные передвижения конных степняков на территории британской базы, а затем ряд взрывов, после чего облако серого дыма затянуло строения и длинные змеи составов.

— Вызовите капитана! — гаркнул второй штурман, несущий вахту. Капитан два часа назад имел неприятный разговор с чванливым и раздраженным капитаном «Хайборна», который требовал принятия лечебной пилюли в виде пары стаканчиков рома.

— Что случилось, господа? — судя по лицу капитана, лекарство успело подействовать и поднять настроение «первого после Бога».

— Сэр, нападение кочевников на базу, сэр! — взволнованно доложил второй штурман: — Дикари уже хозяйничают внутри…

— Чертов коммодор Хулит, не мог дождаться меня над базой, как и предписано в приказе! Баллоны у него, видите ли, спускают. Чванливый ублюдок! Теперь доложит в Лондон, что нападение на базу произошло после того, как он передал вахту стационера нам. Что там происходит? Какую позицию удерживают наши пехотинцы?

— Боюсь, сэр, что наши войны уже погибли, я уже не вижу красных мундиров.

— Тогда убиваем всех! Объявляйте тревогу. Канониров к орудиям!

Смерть, обрушившаяся с неба на толпы афганцев, разбирающих под метелку вагоны, паровозы и склады, была неожиданной и беспощадной. Выдержав всего лишь пару залпов, афганцы побежали, так как глупо даже самым мужественным воинам просто так погибать, не имея возможности ответить. Но бегство не привело к спасению. Спустив на землю досмотровую партию и обнаружив базу британских войск полностью разграбленной, не считая оставшихся на месте развороченных вагонов и паровозов, капитан британского крейсера пришел в бешенство и начал преследовать толпы афганцев, требуя с помощью магических усилителей вернуть пленных британцев, и безжалостно уничтожая кандагарцев и прочих. Вековых врагов Британской империи, так как никто не хотел возвращать пленных британских солдат. Заодно дирижабль обстрелял лагерь бухарцев. Вызвав в нем сильнейшее смятение и обратив азиатов в бегство.

Предательство англичан, собравших степных воинов для налета на далекую Сибирь и обещавших оружие и деньги, а, вместо этого, рассчитавшихся с наемниками свинцом пуль и чугуном снарядов, повергло в праведный гнев всех степных разбойников и осложнило работу всех британских агентов от Кавказа до Китая.

Британцы, в свою очередь, получили повод предъявить претензию эмиру Кандагара, так как воздушный крейсер «Хайборн», внезапно атакованный в горах близ Джелалабада двумя аэропланами, в процессе маневрирования, зацепился за гребень горы и рухнул на камни, выживших не было. Никто в здравом уме не мог допустить даже мысли, что на территории Афганистана летают чьи-то аэропланы, а вот коварство и меткость пуштунов была общеизвестна.

Омск. Царская резиденция. Спальня Его Величества.

— Дорогая, и куда я дену сто двадцать тысяч однозарядных винтовок, дорогая? — я потянулся и ухватил взвизгнувшую жену за пониже спины, притянул ее к себе.

— То есть, куда деть три сотни пленных англичан у тебя проблем нет? Или, может быть проблемы с порохом, гильзами и свинцом? Ты скажи, я найду, куда деть этот ненужный никому мусор…

— Ладно, ладно, я пошутил. — я остановил опасный разговор долгим поцелуем — с Гюлер станется самостоятельно начать распродавать трофеи. А я уже почти договорился с китайцами.

Разговор продолжился через сорок минут.

— Как дела в Британии? — Волосы Гюлер рассыпались по моей груди и щекотали нос, а острый ноготок царапал запястье.

— Все хорошо, гражданская война в самом разгаре. К королю сбегаются, в основном, шотландцы, ирландцы и валлийцы, а за премьера выступили лондонцы…

— Не слишком дорого нам обошлась эта война?

— Солнышко, война в Британии никогда не может быть слишком дорогой, любые расходы здесь обернуться сторицей. — я поймал и поцеловал узенькую ладошку: — Тем более, ты мне так помогла на юге. Говорят, что в Зоне племен волнения, а сипайские полки ненадежны, и вице-король опасается вести их на север.

— Да, я такая. — Гюлер вытянулась на кровати, как большая гибкая кошка: — Твоя помощница. Если что, обращайся.

— Надеюсь, что в ближайший год не придется тебя тревожить. — я легонько провел ладонью по, все еще плоскому животу жены, где росла и развивалась новая маленькая жизнь.

Глава девятнадцатая.

Сибирское царство. Омск. Царская резиденция.

Китайцы не были бы китайцами, если бы не вынесли мне все мозги во время переговоров по продаже оружия. Сначала китайские военные чиновники с медными шариками на шапках перебирали кучи британских винтовок, засовывая туда пальцы и носы, в поисках изъянов, ржавчины, износа или разных калибров, но британские оружейники не заставили меня краснеть, подтвердив свое доброе имя. Потом начался торг за каждый медяк, который я пресек через неделю, просто передав двадцать тысяч винтовок войскам короля Эдуарда Девятого, которые муторно маневрировали где-то на пустошах Средней Англии, не решаясь дать генеральное сражение войскам премьер-министра, которые теперь выступали под флагами со сдвоенной розой Тюдоров, сводя боевые действия, как писали газеты моего прошлого мира к «поискам разведчиков».

Китайским же генералам, стоявшим во главе их военной делегации, я заявил, что лучше буду каждую неделю отправлять по двадцать тысяч винтовок в далекую Британию, бесплатно, чем продам им оружие за бесценок, вот такой мой самодержавный каприз. На этом торги закончились, так как, как докладывали мои шпионские статуэтки богини, если генералы не привезут для армии императора Поднебесной сто тысяч винтовок, то император подарит им шелковые шнурки, чтобы те могли комфортно удавиться на них. Но, к сожалению, серебра у китайцев явно не хватало и в ход пошли предложения о бартере. От дирижабля в форме дракона и нескольких гигантских океанских джонок я отказался, жемчуг, предлагаемый мне, был слишком низкого качества даже для этого времени, и в ход пошли свитки с заклинаниями. В результате, из двух десятков старых свитков в деревянных футлярах-ящиках, покрытых лаком и скрепленных красными и желтыми печатями, я выбрал три из них — одноразовый свиток портала, действующий в течении трех часов, свиток полного излечения и свиток подчинения, способный сломать волю любого человека, во всяком случае, китайские переговорщики уверяли меня, что именно такой результат я получу, используя эти артефакты.

— Ну и когда ты все сделаешь? — Гюлер в сопровождении двух служанок вошла в мой кабинет, девушки коротко поклонились и отошли к окну.

— Что я сделаю? — не понял я. Я, с раннего утра, просматривал расшифровку болтовни пьяных китайцев на прощальном банкете и был несколько не в духе. А вам бы понравилось, когда узкоглазые, пользуясь моим незнанием языка, обсуждают меня, длинноносого варвара, который, во главе банды немытых дикарей, смог победить коварных инглизов, и уж императорская девятизнаменная армия просто обязана утопить британцев в море. Сами то при мне ни разу не мылись. Да еще и цветные шарики эти на шапках…

Гюлер махнула широким рукавом и ее прислужницы-наперсницы, поклонившись моей жене гораздо ниже, чем мне до этого, выпорхнули из моего кабинета.

— Вот я знала. что ты будешь изображать дурака. — Гюлер скорчила гримаску, как будто пыталась что-то втолковать нашему первенцу: — Хорошо, спрошу прямо. Когда ты займешься лечением своих ног? Я знаю, что ты получил от циньцев артефакт абсолютного здоровья и не понимаю, почему ты до сих пор передвигаешься, как калека.