— Вашего любимого кладбищенского скелета, которого влюблённый магистр напугал до второй смерти, — прорычал Рагрен, да так, что я невольно отшатнулась назад, глупо хлопая глазами. Бедный Йорик, слава его косточкам…
— Но, архимаг Рагрен! Я действительно ничего такого не хотела, эффект от зелья выветривается за полчаса! — Честно-честно посмотрела в глаза ректора, на самом деле, зелье варила не я, а Ийрес, к сущности которого я уже успела привыкнуть и даже стать с нафом хорошими друзьями. Почти. А, зная отношение Ия к магистру Тиарус, зуб даю, приворот будет действовать как минимум неделю, как максимум вечность.
— Молчать, адептка! — Тряхнула головой Марьяна, мило растянув губы в кровожадной улыбочке. — Мы ещё не закончили.
— Наказание? — Догадалась я, сжавшись в углу у двери, демон, переглянувшись с Горгульей, предвкушающе оскалил клыки. О, боги, похоже пора делать ноги!
— Да, тер Калар, наказание, — растягивая гласные произнёс Рагрен, откинувшись на спинку своего кресла-трона. — Пожалуй, отработка в количестве пяти дней на нашем милом кладбище, будет самое то.
— Одна? — Уточнила, смотря на архимага преданными глазами, только бы одна, только бы одна…
— И не надейтесь, — мужчина улыбнулся ещё шире и почти промурлыкал, довольный сделанной гадостью: — С адептом тер Рид.
— Что? — Пожарной серенной взвыла я, вжимаясь в стену. — Но архимаг Рагрен! Я же к Вам со всей душой, а Вы ко мне одним местом! За что Шаррена-то? Почему нельзя было его рыжего дружка или того некроманта шизнутого, но только не дракона!
— Значит, угадал, — хлопнул ладонью по столу убийца детских надежд. — Нет уж, адептка, с вами только он и справится, ну, или хотя бы выживет после Ваших шуточек. А сейчас, кыш! Чтоб к шести была на кладбище.
И, не церемонясь, под моё невразумительное «Этого больше не повторится», отправил телепортом в общежитие, прям на так и не заправленную кровать. Влада, в данный момент сонным зомби роящаяся в шкафу, при виде выпавшей из чёрно-красного перехода меня, заорала на весь этаж, выронив медный котёл, неизвестно как оказавшийся в её загребущих ручках. Судя по подтёкам чего-то зелёного — котёл мой. На плечо, недовольно каркнув, опустилась серебристо-чёрная ворона, косясь на девушку с птичьим интересом.
— Л-лекс? — Захлопала глазками Рыжая, нервно отступая к окну. Правильно, я сейчас злая и за свои действия не отвечаю.
— Зачарованная? — Кивнула я на стену напротив моей кровати и, получив утвердительный кивок подруги, запулила в неё плетение огненной косы, рассыпавшегося при соприкосновении с защитным облаком.
— Не-на-ви-жу! — Вслед за «косой» рванули сразу две «розы» средней силы и небольшой шар огня, модифицированная огненная волна, и самоё моё любимое гибридное создание огненно-водный феникс. Благодаря воде он бессмертен, летает и почти исключается вероятность того, что он в один прекрасный момент рванёт, огонь же добавляет ему пугающего вида и собственно магических способностей. Сейчас же он нужен мне лишь для разрядки, поэтому, стоило птице подлететь к стене и издать душераздирающий вопль начала песни, как он лопнул, рассыпавшись кучей искр.
— Что случилось? — Поинтересовалась Влада, прячась за котлом. — Демон бушует?
— Меня только что определили на кладбище на пять дней в паре с драконьим принцем собственной персоной, — прорычала моя скромная и местами беззащитная личность, запуская в стену очередной файербол. — А потом этот хвостатый монстр отправил меня сюда своим телепортом, хотя знает, что меня от его демонических штучек тошнит!
— Ясно, — нахмурилась Влада и сунула мне в руки уже знакомый флакончик с золотистой жидкостью. Уж что-что, а успокоительную настойку я хлебала литрами каждый день. — Это не очень хорошая новость, мы вчера были на кладбище, там сейчас такое творится, что некроманты бегут врассыпную.
— Почему? — Уже более флегматично, под действием приготовленной нафом полезной гадости, подняла взгляд на эльфийку.
— Скелеты, упыри, личи, короче, весь набор и всё это благодаря какому-то излишне одарённому некроманту, решившему провести в одном из склепов ритуал очищения, — объяснила соседка, натягивая новое позитивно-чёрное платье с изумрудным кожаным поясом и задумчиво крутясь у зеркала. Вздохнув, подобрала рыжие кудри плетёным шнурком и, сочувствующе улыбнувшись, направилась к дверям. — У меня свидание с Сэем, приду ближе к вечеру.
— А что как рано? — Бросила ей вслед, поглаживая гладкие перья вороны.
— Дел много, — загадочно сверкнула глазами тер Лис. — И меньше вероятность нарваться на Кариэля с его свитой.
И убежала, оставив после себя ледяной шлейф с запахом смерти. Ворона, глухо каркнув, слетела с моего плеча на пол и почти мгновенно перекинулась в огромного пушистого ирбиса с невероятно-умными ярко-синими глазами на пушистой морде.
— Перед смертью не надышишься, — философски выдала я, потрепав зверюгу между ушами, и откинула на подушки, молча рассматривая потолок. Минут через десять пустой траты времени повернулась к о чём-то задумавшейся кошке и похлопала ладонью по одеялу рядом с собой. — Не надышишься, да, но зато отоспаться вполне реально.
Ирбис мотнул головой, опять сменяя ипостась, и вот на одеяле рядом со мной распласталась толстая пушистая персидская кошка необычного окраса. Проснулась я уже в половине шестого, натянула плащ, подхватила с пола сумку с набором первой необходимости и парочкой зелий от Ия, и пошла на верную смерть в лапы чёрного дракона. Кошку оставила в комнате, ещё не хватало тащить это безумие с собой!
О кладбище могу замолвить отдельное словечко. Мрачное холодное местечко с покосившимися и почерневшими от старости крестами, парочкой склепов, кучей воронов и периодически завывающей нежитью. Сверху полностью покрыт погодным куполом, чтобы некромантам было удобнее заниматься, не утопая в сугробах и не поскальзываясь на льду, а нежите было легче выбираться из могил. Погост по всему периметру был огорожен двухметровым кованым забором, единственный вход обозначался аркой с двумя колоннами, на которых, смотря на весь мир пустыми глазницами, восседали две каменные горгульи, родственницы Марьяне. От арки шла дорога к центральному склепу, а уже от неё в разные стороны расходились тропки, ведущие к могилам. Кладбище при Академии было старое и лет сто уже, как забытое, поэтому и отданное на растерзание адептам. По слухам, погост этот славился своими кровожадными обитателями, а так же весьма сомнительным прошлым. Что-то там не увязалось в жизни одного мага, он и пошёл сюда жизнь свою кончать, а что? На кладбище же самое то! И могилку себе вырыл и подготовил всё и записку написал и ни упыря у него не вышло. Сработало какое-то древнее заклинание и некромант, боевик или стихийник, кто бы он не был, даже умереть толком не успел, а уже стал полускелетом-полуупырём. Тем самым, которого я мило прозвала Йориком.
Но вернёмся в наши дни, когда я всё-таки доползла до ворот, прижимая к себе сумку с драгоценными тетрадями и парочкой зелий и нервно сглатывая от каждого шороха. На входе меня уже ждал Шаррен при полном боевом облачении, судя по выражению лица, ему моё общество тоже не больно нравится, но приказы ректора не обсуждаются.
— Шаррен, — начала я издалека, устало смотря в аметистовые глаза на бледном лице. — Я тебя прошу, давай хотя бы эти пять день проведём без попыток убийств, а?
— Ведьма, — взвыл дракон, выругавшись на незнакомом мне языке. — А я то думал, почему у Рагрена такое довольное лицо было!
— Может, договоримся? Ты меня запрёшь в каком-нибудь пустом склепе, а сам отправишься исследовать погост, и я не мешаюсь и проблем меньше, — с плохо скрытой надеждой попросила парня, грустно косясь на вцепившегося в забор пожелтевшего от старости скелета.
— Нет уж, позволить тебе пропустить такое веселье! — Тер Рид иронично вскинул чёрную бровь. — К тому же, мне может повезти и какой-нибудь упырь прибьёт тебя раньше и избавит меня от грязной работёнки.
Понятно, надеяться на помощь Шаррена не стоит, поэтому надо быстренько вспоминать всё, что успел вдолбить в мою непутёвую голову горячо любимый Гад. Личей бьём ледяными стрелами, ибо огонь на них не действует, упырей замораживаем, так как они вообще к магии устойчивы, в скелетов стреляем всем чем только можно, хоть камни швыряй, всё равно рассыплются. В крайнем случае, создам вокруг себя ледяную сферу и засяду в ней, покуда дракон всех не перебьёт.
