Еще пару часов армия засылала своих разведчиков за границу, тестируя реакцию противника. И тут выяснился любопытный момент — когда легион давил всем собой, не переходя границу, он как бы отодвигал границу вглубь серой зоны. И на это монстры реагировали особенно сильно, даже если ни один из адептов не проникал на их территорию.

Алекс прекратил засылку разведчиков и принялся просто давить и давить. В ответ за барьером начали накапливаться враги: сначала прилетела одна стая, потом вторая, а потом стаи стали появляться одна за другой.

— Словно дыру в плотине затыкают! — прокомментировал он.

— Естественно! — развеселилась Мирам. — Монстры строили-строили Пузырь, а тут ты пришел и пытаешься его сломать. Если бы монстры умели говорить, они бы точно называли тебя Разрушителем.

— Меня больше интересует, что они будут делать дальше.

— Скоро узнаем. Пока их не так много…

Буквально через четверть часа в серой зоне рядом с легионом скопилось больше ста тысяч разнообразных тварей: пираньи, шакалы, быки, щиты, стрелки… Титана, к счастью, не было, что полностью устраивало Алекса.

Он вообще подозревал, что исполин прилетит только лично за ним…

Накопив достаточно сил, противник все-таки перешел границу. Очевидно, инстинкты подсказывали чудовищам, что армия адептов слишком велика, однако было также очевидно, что инстинкты чудовищ подавлялись. Иначе они бы сюда не прилетели.

Либо истинные монстры Бесформенного были гораздо более сложными созданиями, служили высшим целям и готовы были пожертвовать собой во имя общего блага… как они его сами понимали, разумеется.

Однако Алекса подобные соображения ничуть не смущали. Разумные были всего лишь одним из игроков в большой игре, и что по мнению Вселенной или Бесформенного является благом — отдельный вопрос.

В любом случае лучше быть сильным и независимым, чем вручить свою судьбу Вселенной или Бесформенному…

Еще одна причина смелости монстров или их хозяина — в серой зоне чудовищ было столько, что потеря и ста тысяч, и многих миллионов ничего не меняла и считалась небольшой жертвой.

Так или иначе, монстры подыграли адептам, вступив в бой на их территории и на их условиях…

Юрд впервые участвовал в массовом сражении. Впрочем, не он один… Возможно, во Втором Радиусе массовые бои случались сплошь и рядом, но в Первом огромные толпы адептов и монстров редко сталкивались. Обычно прорвавшиеся сверху чудовища гонялись за разумными небольшими группами, избегая встречи с огромными армиями адептов.

Но сейчас одна армия пошла в лобовую атаку на другую.

Несмотря на долгую жизнь и кучу поглощенной информации, Юрд не был большим специалистом в сражениях и тактике. Однако ему казалось, что сейчас стороны разменяются ударами, потеряют часть бойцов передней линии, после чего начнется основное сражение.

Пираньи и шакалы набросятся на адептов.

Но почему-то легион не стрелял…

«Что происходит? Почему мы бездействуем? — с тревогой думал Юрд. — Нельзя позволять монстрам безнаказанно приближаться!»

Он, конечно, понимал, что Алексу, офицерам и вообще всем бойцам внутри легиона мало что угрожает. Но можно же было провести сражение более эффективно!

— Надо было атаковать монстров, пока они собирались небольшими стаями, — прошептал он.

— Юрд, сосредоточься на главном! — тут же напомнила ему Мирам. — Следи за пространством, а командование оставь другим.

— Гм… хорошо. Но я беспокоюсь, что мы не стреляем.

— А ты не беспокойся. Тут есть кому беспокоиться…

Раааааммм!

Монстры сделали свой ход — шквал выстрелов тысяч существ сложился в одну большую волну, которая полетела на адептов. Юрд неосмотрительно выкрутил энергетическое зрение на максимум, поэтому на секунду ослеп, настолько много энергии к ним приближалось.

На мгновение его охватила паника.

— Бездна! У нас будут потери!

В этот момент волна дошла до адептов, разделилась на тысячи ручейков и мгновенно рассеялась.

— Юрд, это же не титан, — спокойно произнесла Мирам. — Там этих стрелков тысяч тридцать. Не больше. Поверь, они нам вообще не угроза.

— Но к нам летят шакалы и пираньи! Почему мы даже не пытаемся их уничтожить на расстоянии?

— Потому что это — добыча. Зачем ее уничтожать? Мы сюда охотиться пришли. Помнишь? Если не понимаешь, то поймешь позже, а пока сделай то, что тебя просил Алекс. Наблюдай за легионом и реакцией серой зоны. Это важнее каких-то там шакалов и пираний.

— Гм… хорошо. Я все сделаю, — выдавил из себя Юрд, с трудом отводя взгляд от приближающейся орды…

Алекс смотрел на сборщиков, азартно перемещающихся от одного трупа к другому в поисках пропущенных врат. Хотя это было абсолютно бесполезно — если бы какой-нибудь монстр сохранил врата, то он, во-первых, не висел бы спокойно, а во-вторых, от взгляда Мирам даже крохотный кусочек полуразрушенных врат не мог сейчас укрыться.

Вообще, после того как она настроилась на вибрационное поле легиона и стала использовать его в качестве глаз, ее возможности чудовищно возросли. Как и количество информации, которая через нее проходила. Хотя формально она использовала метки. Но в отличие от нее, Алекс не мог вот так просто замечать и анализировать малейшие изменения вибрационного поля.

«Мне на это мозгов не хватит даже сейчас, — усмехнулся он, благоразумно оставив мысль при себе. — Интересно, а как идут дела у Юрда?»

Аналитик, по идее, занимался тем же самым, что и они с Мирам, но на своем уровне. Правда, весь бой он с задумчивым видом провисел на одном месте. Собственно, он и сейчас не шевелился, продолжая разглядывать серую зону.

«Хм… наверное, не стоит его отвлекать, — решил Алекс. — Пусть работает».

Какой навык или технику Юрд использовал, оставалось загадкой. Но это не имело значения. Главное — результат. А медитативная увлеченность доказывала, что Юрд работает и натолкнулся на что-то интересное.

В любом случае, по приказу Алекса вибрационное поле продолжало поддерживаться в фоновом режиме. Это и помогало тренировке бойцов, и могло предотвратить неожиданную атаку, потому что Мирам сейчас видела дальше и гораздо больше. Даже в серой зоне.

Однако в данную секунду ее интересы лежали не так далеко…

— Ты закончила сбор? Что мы получили? — поинтересовался Алекс.

— Во время сражения было уничтожено примерно сто двадцать две тысячи монстров, — деловым тоном заметила Мирам. — Кстати, ни один не ушел!

— Это я заметил…

— Но ты вряд ли заметил, что из ста двадцати двух тысяч восемьдесят две оказались существами четвертой стадии. Остальные — пятой. Но интересно, что большинство монстров пятой стадии составляли стрелки, а не шакалы с панцирями. До этого такого перевеса у стрелков не было.

— Им это не помогло, — равнодушно пожал плечами Алекс. — Сто двадцать тысяч — неплохое число. Я думал, будет меньше.

— Их и оказалось меньше, — тяжело вздохнула Мирам.

— Что такое?

— Добыча была бы гораздо богаче, если бы мы извлекли врата из всех монстров. К сожалению, многих просто убили.

— В бою убийства случаются, знаешь ли. Так сколько у нас добычи в итоге?

— На переработку пошло тридцать тысяч, — мрачным голосом произнесла Мирам. — В основном это как раз и были стрелки. Потому что когда мы до них добрались, я запретила убивать монстров без разбора. Хотя донести эту мысль до боевиков оказалось крайне сложно.

— Неудивительно, они ребята увлекающиеся, — усмехнулся Алекс.

— Агарафахцы тоже боевики, но с ними было проще.

— То были чемпионы, а мы имеем дело с мастерами Линзы. Они не привыкли себя сдерживать.

— Это еще мягко сказано. Мне пришлось просить Листа вмешаться. Спасибо ему большое, он сумел убедить своих бойцов… В общем, с тридцати тысяч монстров мы набрали примерно сорок тысяч врат. Половина четвертой стадии, и столько же пятой.

— Неплохо…