С такими моделями связано появление мумиобразных фигурок-кормильцев, которые помещались в специально вырезанный маленький деревянный саркофаг. С эпохи Нового царства их становится больше, а к концу эпохи в погребении состоятельного египтянина могло оказаться уже более 365 таких фигурок[25]. Они назывались ушебти («ответчики»). На их задачу указывала Глава 6 «Книги Мертвых», текст которой часто наносили прямо на эти фигурки: ушебти должны откликнуться на призыв о работе, которую должен был выполнить покойный, и трудиться вместо хозяина гробницы. Эти фигурки изготавливались из различных материалов: раскрашенной глины, дерева, известняка, но самым популярным материалом стал сине-зеленый фаянс. Ушебти «одевали» в пелены или в одежду живых и иногда даже снабжали изображениями корзин и орудий труда для сельскохозяйственных работ. Из-за внушительного количества фигурок, пусть даже небольшого размера, для их хранения в гробнице требовалось особое место — художественно оформленные деревянные ящички в виде архаических святилищ со сводчатыми скругленными крышками. Чем больше становилось ушебти, тем мельче они были, а в ящичках для их хранения появилось несколько отделений для размещения статуэток.

^{Модель с изображением пекарей и пивоваров. Дерево. Среднее царство.}

^{Rijksmuseum van Oudheden}

Заупокойные тексты, записанные как на свитках папирусов и предметах погребального инвентаря, так и на стенах гробниц, упорядочивали хаос иного мира, помогали сориентироваться в нем вновь прибывшему покойному, охраняли и вооружали его знанием природы существ, которые встречались ему на пути. Об этом подробно речь пойдет ниже.

^{Ушебти и ящик для ушебти Парамнеху. Новое царство, правление Рамессидов, ок. 1279–1213 гг. до н. э.}

^{The Metropolitan Museum of Art}

Разнообразный погребальный инвентарь формировал предметное окружение для покойного египтянина, помогал ему преодолеть переход в мир иной и снабжал всем необходимым. В гробницах в этом качестве оказывались и полноразмерные предметы вроде одежды и обуви, орудий труда и оружия, украшений, бронзовых зеркал и благовоний, сундуков для хранения и различной мебели (кресел, табуретов, кроватей и т. п.), и их миниатюрные модели, выполненные из дерева и глины. Все зависело от возможностей заказчика. Не стоит также забывать о том, что египтяне заботились о красоте и комфорте предметов для вечной жизни.

Во многих архаических и современных культурах умерший человек приобретает особый статус. К телу относятся и с опаской, и с уважением. Он больше не принадлежит миру живых, но не всегда сразу попадает в обиталище мертвых. С этим связаны разнообразные представления об опасности, исходящей от умершего: если не поступить с его телом так, как полагается, и не помочь его душе уйти в мир иной, то он может навредить родственникам и близким и вообще стать существом зловредным по отношению к живым. С этим периодом перехода также связаны некоторые ограничения и табу. Это поведенческие и пищевые запреты, ограничения в одежде и деталях внешнего вида. Нередко строго регламентируются время и место пребывания тела покойного до погребения, кто и как может с ним взаимодействовать.

В Египте получение статуса покойного было делом далеко не автоматическим, а являлось длительным процессом и сопровождалось ритуалами, важнейшими как для отсоединения покойника от социума, в котором он пребывал при жизни, так и для присоединения его к миру предков и богов.

Образцом разрешения ситуации, вызванной смертью, в Египте была история Осириса. Подробный рассказ о его обмане и гибели, о разрубании тела Осириса на куски, его собирании и чудесном воскрешении Исидой изложен в своем позднем варианте у Плутарха в трактате «Об Исиде и Осирисе».

^{Амулет в виде богини Исиды. Фаянс. Птолемеевский период, 332–30 гг. до н. э.}

^{The Metropolitan Museum of Art}

Несмотря на очевидную популярность цикла мифов, связанных с этой парой богов, на протяжении всей истории Египта — в заупокойных текстах и храмовых надписях, в гимнах, плачах и восхвалениях — мы встречаем лишь отсылки к определенным элементам этого повествования, а не связный последовательный рассказ. Вероятно, это стало результатом того, что важнейший культурообразующий миф знали абсолютно все египтяне. В их представлениях это было настолько общее место, что оно совершенно не нуждалось в дополнительной фиксации. Кроме того, имелась, по-видимому, устойчивая устная традиция, которая в конце концов и стала известна греческим собирателям историй о египетских богах, зафиксировавшим ее в подробной нарративной форме.

Осирис был не только первым умершим и воскресшим, но и тем, с чьим телом впервые провели манипуляции, которые привели его плоть в особое состояние целостности и нерушимости, что способствовало его трансформации, а через воссоединение членов его тела — к бессмертию.

^{Статуэтка Осириса. Бронза. Поздний период, 664–525 гг. до н. э.}

^{The Cleveland Museum of Art}

Уже в «Текстах Пирамид» покойный царь назывался Осирисом. И все же поименование говорило не о том, что царь умер, а о том, что он воскрес. Формула «Осирис N» стала классической для заупокойных текстов. В «Книге Мертвых» так именуется каждый владелец папируса или гробницы, уже необязательно царского происхождения.

Это подразумевало, что с умершим произойдет то же, что случилось с Осирисом: его тело трансформируется и он воскреснет.

В египетском языке существовали и другие метафоры, обозначающие скончавшегося человека.

Мути — буквально значило «мертвый»; имелась в виду смерть без возможности воскресения, так часто обозначались «враги бога», те, кто не следовали Маат, творили плохие вещи и направляли свои действия против утвержденного богами миропорядка.

Ах — противоположность мути. Это прошедший через смерть человек: он умер, но его индивидуальность, его память и личностные характеристики трансформировались в ах. Ах аперу — это покойный, снабженный всем необходимым для пребывания в ином мире, у него есть гробница, заупокойные тексты, жертвенная формула и перспектива поступления жертвенных продуктов на алтари. Икер ах — «совершенный ах», человек, который прошел загробный суд и которого ждет пребывание на Полях Иалу; существо, имеющее светоносную природу, которая неподвластна смерти и распаду.

Умершего могли назвать также «тот, кто ушел к своему ка», подразумевая соединение со своим двойником в ином мире.

Для обозначения покойных и предков нередко использовали слово аментиу, то есть «западные», от Аменти — «Запад». Это те, кто ушел на Западный берег, в иной мир. Осириса часто описывали эпитетом хенти-аментиу, то есть «первый из западных».

У египтян также было понятие имахи, относившееся к благородным предкам, покинувшим мир живых, и относительно схожее с ним понятие сах — «благородный человек, предок».

Еще одна концепция древних египтян не совсем укладывается в наши представления о смерти и свидетельствует о том, что умирание они воспринимали не как факт, а как процесс. Это идея о «доброй старости» — состоянии, когда человек уже стар и близок к смерти, но смертью оно, по-видимому, не прерывается, а длится до того момента, как человек будет оправдан на загробном суде.