Камиль скалится. Его губы в злой улыбке разъезжаются.

— Он к тебе прикасался?!

— Нет. Он не прикасался. Только говорил. Но я послала его, Камиль. Я не....

— Моя, усекла?! — Рычит так, что я в кресло вжимаюсь. — Ты только моя!

Громко сглатываю.

«Дождалась, идиотка? Мы от него теперь живыми никогда не уйдём!»

Его голос звенит в воздухе, оглушает. Внутри все от тревоги напрягается.

"Делай что-то! Переводи тему! Прекрати радоваться как идиотка!"

Внутренний голос напуган не на шутку. Но и с тем теплым чувством внутри, которое расплывается и окутывает я не могу ничего поделать.

К черту признания в любви. Это лучше. Когда такой мужчина как Дикий вот так из-за меня с катушек слетает. От ревности.

Внутри меня всё сжимается от страха и возбуждения одновременно. Бурлит. Горит. Полыхает.

Это невероятное, опасное ощущение того, что он потерял контроль.

"Господи, очнись! Его одержимость тобой выходит за рамки. Разумные и неразумные. Да вообще все существующие "

С каких пор внутренний голос стал таким моралистом?

Я прикручиваю громкость. К черту этот отрезвляющий фактор. Сейчас мне это не нужно.

Сейчас.... Я с ума схожу от всего происходящего. От того, что Дикий.... Он... Мой.

Это одновременно пугает меня, но... и притягивает. Его ревность, его ярость. Ничего более захватывающего и возбуждающего я раньше не видела.

Уверена, что он и сам еще не до конца осознает, что...

"Нам крышка. Ему. Нам. Всем!"

— Камиль, — шепчу, голос на хрип срывается. Звенит.

Не зная, что сказать, но его горящие яростью глаза приковывают мой взгляд.

В машине всё ещё слишком жарко. Вокруг все накаляется, и мне кажется, что я сейчас задохнусь от этого напряжения.

Камиль резко бросает на меня взгляд. Вспарывает им. Насквозь пронзает.

Дыхание моментально сбивается. Легкие обжигает от нехватки кислорода. Я жадно пытаюсь ухватить кислород, но все бесполезно.

Его пальцы ещё сильнее сжимают руль, до дикого хруста.

А после, машина резко сворачивает в сторону. Мы на трассе. Но ему плевать. Камиль просто тормозит у обочины.

Я же нервничать еще сильнее начинаю.

— Камиль, я... Ты же не хочешь вернуться, правда?

Мне плевать на того ублюдка. Но не плевать на Камиля, у которого из-за этого может возникнуть куча проблем.

Дикий глушит двигатель и оборачивается ко мне. Его глаза сверкают опасным огнем. На лице куча эмоций, которые он больше не может скрывать.

— Твоя задача отвлечь, малая. Пока что ты хреново справляешься.

Моя грудь тяжело вздымается и опускается, дыхание перехватывает.

Камиль это замечает. Тут же взгляд на грудь опускает. Жадно смотрит. А у меня внизу живота все приятной судорогой сводит.

"Мы на трассе"

Заткнись!

Внутри всё сжимается от волнения, страха, возбуждения смешанных в адский коктейль. Огнеопасный. Не подходи — рванет.

Камиль смотрит на меня так, что воздух в машине становится ещё плотнее, острее.

Резкий рывок вперед. Его пальцы на моей шее. Не сжимает. Поглаживает. Пульс прощупывает.

— Скажи, — рычит, на лице звериный оскал. Глаза пугающе черные. Любая другая бы уже бежала визжа от ужаса. А у меня внутри все трепетать начинает.

Мой Дикий. Мой.

— Твоя, — хриплю. Знаю, что это хочешь услышать. Что я только его. Ничья больше.

"Кошмар. Бандюган тронулся. Как его на заводские настройки вернуть?"

Т-с-с-с-с. Не мешай моему счастью, гадкий голосок. Я столько этого ждала. Не порть момент.

— Еще, — произносит он снова, его голос становится ниже, тише, но от этого я дрожать от эйфории еще сильнее начинаю.

— Только твоя.

Хриплю, языком по пересохшим губам прохожусь.

Пальцы Камиля скользят по шее. Поглаживают. Ниже спускаются. Лишают меня способности думать.

Сердце бьётся слишком быстро, и в груди всё горит от того, как его пальцы обжигают кожу.

Внутри пульсирует адреналин, смешанный с чем-то, что я не могу объяснить.

Жар поднимается по моему телу, и я чувствую, как дыхание к чертям слетает. Я не дышу. Задыхаюсь.

Камиль тянет меня к себе, его губы всего в нескольких сантиметрах от моих.

Я чувствую его дыхание на своей коже, и всё во мне напрягается в ожидании. Эмоции переполняют: страх, желание, паника и что-то дикое, неукротимое. Теперь не только он меня пугает, но и я сама себя.

Я не могу сдержаться. Моё тело откликается само по себе, и я тянусь к нему, жадно в губы впиваюсь.

Пальцы в волосы скользят, сжимают, тянут...

Его губы горячие. Язык напористый. А я слишком мокрая, чтобы думать о чём-то другом как о том, чтобы он меня взял.

Каждый из нас сейчас нуждается в разрядке. Каждому это необходимо.

Вокруг нас всё накаляется.

Камиль прижимает меня крепко. Дыхание перехватывает, но я не могу и не хочу вырываться.

Его ревность, его ярость — это какой новый уровень возбуждения. Яркий. Опасный. Взрывной.

Его рука скользит вниз по моей спине, оставляя на коже горячие следы. Пальцы крепко сжимают платье. Он тянет вверх, я лишь поднимаю руки, чтобы он мог его с меня стащить.

— От тебя все тормоза сносит, — рычит в мои губы, его голос низкий, хриплый, и я чувствую, как вибрация от этих слов отдаётся внизу живота.

Я не отвечаю. Не могу. Моё сердце колотится так быстро, что, кажется, будто оно вот-вот выпрыгнет из груди.

Я оказываюсь на его коленях. В одном нижнем белье.

Его пальцы сжимают мои бёдра, оставляя на коже красные следы. Я дрожу, но не от страха, а от того, что всё происходящее накрывает так сильно, что страшно быть должно.

— Моя. Ничья больше, — рычит, его губы уже у моего уха, дыхание обжигает кожу, а руки скользят ниже, заставляя меня содрогаться от сильнейшего прилива желания.

— Только твоя, — выдыхаю. Знаю, что сама его подталкиваю. Завожу. Клему дёргаю.

Я чувствую, как внизу живота всё сжимается, как каждый мускул моего тела напрягается в ожидании.

Камиль резко притягивает меня к себе. Его губы прижимаются к моим так жадно, так властно, что из груди только хрип вырывается.

Он отводит пальцами в сторону трусики. Прикасается к клитору. Надавливает. И моя влага льётся на его пальцы.

— Малая, у тебя там потоп, — шепчет он мне на ухо, его голос глухой, низкий.

Камиль не даёт мне шанса подумать или ответить. Его член прижимается к лону.

В голове нет совершенно ничего. Никто из нас даже не вспоминает про защиту.

Он толкается в меня грубыми, резкими движениями, и каждый его толчок — это хриплый стон из моего горла.

Я сжимаюсь, мои пальцы впиваются в его плечи, ногти царапают кожу. Воздух в машине раскаляется. А мы продолжаем двигаться в такт этой дикости, которая нас обоих захлестнула.

Каждый его толчок — это новый взрыв внутри меня.

Я не знаю, что так сильно на меня действует. То, что мы оба чертовски возбуждены. То, что я как будто с ума сошла. Или то, что это всё со мной происходит от его признания.

Я не сдерживаюсь. Просто не получается. Не могу подавить стоны, которые вырываются из моего горла.

Внутри всё дрожит, сердце колотится как сумасшедшее.

Я ощущаю каждый его толчок, каждое движение, и всё, что я могу делать, — это отдаваться этому безумию.

— Камиль... — хриплю. Кусаюсь, целую его. Громко хриплю.

Он впивается губами в мою шею. Его дыхание горячее, прерывистое.

Дикий больше не сдерживается, его движения становятся всё быстрее, всё жёстче. Чувствуя, как нас разрывает на части.

Я впечатана в его тело. Вся горю, внутри всё сжимается, я уже на грани....

— Только твоя, — хриплю ему на ухо.

Жадно отвечаю на его поцелуй.

Напряжение нарастает, нервы натянуты до предела, и я чувствую, как всё внутри меня вспыхивает.