«Совсем долбанулась».

— Значит, трахаю?

Хрипло произносит и на меня идёт. Хмурюсь, на всякий случай назад отступаю.

— Ты….

— Я правильно услышал? — кривая усмешка на его лице. С издёвкой, — не жду, когда ты соизволишь, а трахаю когда хочу.

Холодные мурашки по коже пробегают от его тона и взгляда.

— Не перекручивай! Я не это.…

— Ты не это. Ты не то. А я не кобель, чтобы каждую дырку долбить.

В ответ рявкает. А я рот захлопываю, потому что новый поток слов уже наружу просится. Но чувство самосохранения вовремя во мне просыпается. Вопит. Тревогу бьёт.

— Выгони её, Камиль. Пускай в другой дом едет. Пускай что-то другое охраняет, а не твою койку…

Я не сдерживаюсь. Увиденное в этом доме слишком задевает. Ещё немного и я прямиком на дурку поеду. Прямым рейсом.

Он смотрит на меня так, словно готов разорвать. Сверкающими глазами.

Всё внутри меня кричит: убегай, спасайся, но я стою, как парализованная. Горло сдавливает так, что трудно дышать, а сердце колотится, как бешеное.

— Слишком далеко заходишь, малая, — шипит он, его голос едва слышен, но от этого становится ещё страшнее.

Я пытаюсь найти в себе силы ответить, но слова застревают в горле. Внутренний голос кричит, что нужно отступить, что я зашла слишком далеко. Но не могу. Слишком многое поставлено на кон, чтобы отступать. Моя жизнь. Безопасность. Странное чувство, которое я к нему испытываю.

— Что между нами, Камиль … — выдавливаю я наконец, спрашиваю то, на что ответ самой услышать страшно.

— Между нами? — руку протягивает, а я глаза закрываю, когда к волосам моим прикасается, медленно их за ухо заправляет.

Током моментально пронзает. Сильнейшим разрядом бьёт.

— Ты ведь любишь разговаривать честно…

Мой голос подрагивает. Страшно, а я всё никак язык прикусить не могу.

Себя обманывать получается плохо. Ревность уже ничем не оправдать. Не прикрыть. Я попала. Пора признаться хотя бы самой себе. И чёрт его знает, есть ли выход из этой ситуации.

— Давай подумаем вместе, — с издёвкой произносит, горячее дыхание, — кожу обжигает. Табун мурашек разгоняет.

— Камиль, — голос продолжает дрожать.

— Ты ебёшь мне мозг, — произносит с заминкой, — доводишь, нарываешься…

Дёргаюсь, вырваться хочу. Из груди хриплый вздох вырывается.

Он не скажет. Идиотка, на что только надеялась?

— Пусти, — произношу тихо, но его пальцы только сильнее сжимают кожу. Ожоги оставляют.

— Между нами всё довольно серьёзно, малая. Ты забыла? Между нами уговор, — произносит холодно, — ты сама цену озвучила.

Вырываюсь. Но Камиль держит. Я хочу уйти. Потому что разговор мне не нравится. Я не такого ожидала.

— Камиль, пусти!

— Не нравится? Мы можем переиграть, — на ухо хрипит, щетиной по щеке проходится. Заставляет задрожать.

— Я не хочу с тобой играть! — Произношу в ответ, голос с потрохами выдаёт.

— Смотри мне в глаза, — его приказ звучит как удар. Я заставляю себя поднять голову, встречаюсь с его взглядом и понимаю: он больше не собирается играть.

Что-то меняется. Но я пока не могу понять что. Между нами что-то не так. Будто… На другую стадию перешло.

Мы стоим так, в тишине, которая тянется вечность. Его глаза сверлят меня, заставляя чувствовать себя маленькой и беспомощной. Кажется, он видит меня насквозь, знает о каждом моём страхе, каждой слабости.

Сердце как будто в последних припадках бьётся.

— Хочешь отменить уговор? Или внести новые пункты, малая?

— Я ничего не хочу.

Мотаю головой, а щека лишь сильнее прижимается к щетине Камиля. Сердце кувырок делает, вниз проваливается.

У меня кожа покрыта пупырышками, иголки воткнуты глубоко под рёбрами. Дышать невозможно, лезвия сердце задевают.

— А по-моему, малая, — Камиль проводит пальцем по моей шее, надавливает на венку, которая так предательски выдаёт мой зашкаливающий пульс, — ты дохуя всего хочешь. И сама не выкупаешь, чем это обернёшься. Но хотелки у тебя знатные. А платить за них готова?

— У меня нет цены!

Я начинаю вырываться. Умеет же! Одной фразой всё испортить. Развеивает странные ощущения, вызывает только злость.

Почему он такой?

— Разве? — Камиль сильнее на меня наваливается, вжимается. — Помнится, был у нас разговор. В лицо мне швырнула, что я резьбу сорвал, и ты за проебы расплатилась. Было такое?

— Ты же знаешь, — прерывистый вдох делаю. — Что это было…. Что я не… Я сказала то, лишь бы ты ко мне не лез больше. Чтобы всё закончить!

— И чем это обернулось, малая?

Я поджимаю губы. Смотрю в его тёмные глаза, стараясь совладать с дрожью. Камиль не забавляется, не шутит.

Серьёзно выглядит. Непривычно.

И я не знаю, чего ожидать. Не понимаю, куда это нас приведёт. Как дальше будет?

— Ну? — Камиль давит. Опускает ладонь на мою талию. — Что по уговору, малая? Меняем или нахуй его?

— И что тогда? — я нервно сглатываю, ощущаю себя на краю пропасти. Один шаг неверный, и я разобьюсь. — Что будет… Если никакого уговора?

— Посмотрим по обстоятельствам.

— Мне так не подходит. Может, ты меня снова запрёшь. Или свою охрану натравишь. Или…

— Повторяться не люблю. Тсс.

Цокает с усмешкой, когда я вырваться пытаюсь, ударить мужчину. За всю его надменность — он заслужил отменного удара.

Я не хочу уговора. Не хочу, чтобы всё, что между нами… Было просто сделкой. С правилами и ценами. Не хочу!

Но при этом… Слишком страшно довериться.

— Без уговора? — мой голос подрагивает. Волнение булыжником вырастает внизу живота. — Но тогда… Как пойдёт? Но если я захочу уйти — ты отпустишь. Но при этом дашь мне охрану, раз из-за тебя на меня охотятся!

— Снова условия задвигаешь, — хмыкает довольно. — Бульдожья хватка, да? Нихера на самотёк не пустишь.

— Знаешь, даже влюблённые заключают контракты. Брачный договор называется.

«Ой бляха.…»

Внутренний голос стонет, и я вместе с ним. Зачем я это сказала?! Совсем не то вырвалось, на что я рассчитывала.

Камиль на шаг отступает. Я снова дышать полной грудью могу, но при этом не по себе становится. Будто недостаточно тепла.

— Если ты на пляски в белом платье настроилась, то нахер эти мысли выброси, малая.

— Ничего я от тебя не хочу! — вспыхиваю обиженно. — Я как пример привела. Так что… У нас могут быть свои правила. И не значит, что просто какие-то торги. А… Договорённости? Как у взрослых людей, между которыми что-то происходит. И если ты заинтересован быть со мной…

— Предположим. И чего ты ещё хочешь? У тебя же список хотелок на сотню страниц наберётся.

— Чего я хочу?

Я задумываюсь, пытаясь собраться. Мы правда это обсуждаем? Наши отношения? Их возможность?

«Думай. А то потом спросит втридорога за каждое желание».

Я пытаюсь сформулировать мысли правильно, но сбиваюсь, когда слышу шаги наверху. Мгновенно от злобы задыхаюсь, понимая, кто там шастает.

Из-за какой суки всё началось.

— Я уже сказала! — взрываюсь. — Чтобы ты эту Настю убрал из дома! Отправь её куда-то подальше, мне плевать. Но я не буду оставаться в одном доме с ней. Нахрен её. Пока она здесь — разговора нормального не будет. Или она…

— Эту хрень я уже слышал. Вроде дал понять, что ебать тебя настроен. Что тебя не устраивает?

— Что она здесь!

Я руки на груди скрещиваю. Жду, как Камиль решит. Пойдёт на поводу или снова мудака включит.

Судя по взгляду мужчины… Никаких уступок не будет. Он снова забавляется, а потом свою власть покажет. Отправит скорее меня куда-то. Просто назло.

Дикий за телефоном тянется. Достаёт неспешно, смотрит на меня насмешливо. Короткие инструкции даёт. А через минуту…

Дом наполняют визги Насти. Хлопок двери. Тишина.

Он….

— В следующий раз, малая, — Камиль усмехается. — Не истери так из-за ревности.

— Она мне просто не нравится, — защищаюсь.