Я кивнул, затем вспомнил, как на такие невыразительные жесты реагировал отец, и произнёс:

— Это и так понятно, — я поджал губы и упрямо посмотрел на «главу своей семьи». — Я не идиот, чтобы такое выкидывать.

Отец холодно улыбнулся.

— Ну, сам понимаешь, я не знаю, как тебя воспитывали… — развёл он руками в стороны.

Я сжал зубы, чтобы не сказать что-нибудь такого, что тут же бы нарушило только что данное мной обещание, просто отвернулся, сделав вид, что нечто в зале привлекло моё внимание.

Тут герольд наконец объявил о прибытии королевской четы:

— Король Аталлис с принцами Тарисом и Эдриасом!

Я с любопытством посмотрел на них, всё же видел впервые.

Короли Аталии славились своей смешанной кровью. Не то чтобы это было абсолютно всем известно, но это не было секретом для приближённых короля, коими всегда являлись Массвэлы, а я был довольно любознателен в детстве, поэтому мне было известно об этом «секрете». А заключался он в том, что человеческой крови в наших королях зачастую было меньше половины. Это было из-за того, что править страной полагалось сильнейшему магу, а другие расы превзошли людей во владении стихиями. Вот король Аталлис определённо был больше эльфом, чем кем-то ещё. Но эта раса была столь редка и жила столь изолировано, что многие считали даже их существование легендой. Это при таком-то короле.

Золотые длинные волосы, утончённые изящные черты лица, длинные, худые конечности. Возможно, чтобы скрыть свою чрезмерную для людей изящность, он носил золотой доспех, подчёркивающий его широкие плечи. Старший принц, Тарис, унаследовал его эльфийские черты и взрослел медленнее, чем люди. Он был ровесником Сэна, но выглядел скорее одногодкой Кая. Когда он взглянул в мою сторону, я вздрогнул. В его невыразительном взгляде было что-то неприятное.

Младший принц, Эдриас, не был похож ни на отца, ни на брата. Он был приветлив с окружающими. Его расу я затруднялся определить. Он выглядел лет на двадцать, примерно столько ему и должно было быть. У него были тёмные волосы, средний рост, довольно обычные для человека черты лица, и, когда он повернулся ко мне, я разглядел его фиолетовые глаза.

Неожиданно. Фиолетовый… такой неестественно яркий. Не то чтобы этого совсем не встречалось у простых людей, тот же Кайрин и его сосед имели довольно яркий цвет глаз, но не настолько же.

Если предположить, что король не нарушил традицию и детей зачал не от людей, и если бы меня попросили угадать расу младшего принца, отбросив всякие предрассудки, я бы выбрал демоническую. Потому что только у демонов были глаза такого необычного цвета, или… на задворках памяти что-то вертелось про фиолетовые глаза, но я никак не мог вспомнить. Ну демоном-то наш принц быть не мог…

Отец неожиданно вырвал меня из размышлений, подтолкнув в спину:

— Пора.

Скользя между расступающимися передо мной людьми к подножию трона, я понял, что прослушал большую часть речи короля, уловил лишь:

— Две великих семьи, что веками служили нашему престолу, вновь обрели потерянных детей. Свидетельствуем, что они достойны принадлежать своим знатным родам, — Аталлис закончил говорить и посмотрел на меня. Я в это время уже стоял в первом ряду толпы.

— Выйди вперёд, Корн, что обретает имя Массвэлов, — я сделал несколько шагов вперёд и преклонил колено, положив левую руку на левое плечо.

Послышался шорох ткани, и вскоре на мою шею опустился тяжёлый кулон в форме щита и четырёх летящих в его центр стрел. Медальон Массвэлов. На миг я забыл, как дышать. Столько всего пронеслось в голове: как меня изгнал из семьи мой же отец, как я жил в приюте, как почти отчаялся обрести магию, и как наконец её обрёл… события, произошедшие в Академии, вертелись даже дольше предыдущих лет. Я глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Всё прошло, и впереди уже другое будущее. Теперь я Корн Массвэл!

Вторя моим мыслям, король произнёс:

— Встань. Отныне ты Корн Массвэл. Носи своё имя с честью и служи Аталии.

— Клянусь, — произнёс я ритуальный ответ и встал.

Когда обернулся, увидел широко улыбнувшегося отца. Мне пришлось тяжело, чтобы не выказать реакции на его наигранное веселье. Я подошёл к моей вновь обретённой семье. Корнелия тепло улыбнулась:

— С возвращением.

— Спасибо.

Кайрина тоже приняли в семью, и он официально стал Ниро. Ну вот, теперь я по-настоящему куратор одного из прямых наследников вражеского рода… Есть в этом что-то забавное.

Отец кивнул мне, а сам ушёл… к Ниро!

Я, вопросительно подняв брови, в непонимании посмотрел на Корнелию. Она поджала губы и скрестила руки под грудью:

— Чем старше становится отец, тем больше ему нравится что-то странное и необычное… Например, Ниро без молнии, — она фыркнула и вздёрнула подбородок.

— Ты хотела сказать Ниро со стихией ветра? — спросил её Сэн.

Корнелия недовольно на него посмотрела:

— Хочешь сказать, тебя это устраивает? — она кивнула в сторону отца, который судя по выплеску его стихии воздуха, пытался сделать из Кайрина лепёшку, не стесняясь рядом с ним находящегося лорда Ниро.

— Он — первый за века, кто из Ниро посягнул на нашу стихию. Что удивительного в том, чтобы интересоваться таким экземпляром?

— У Корна две противоположные стихии! А он интересуется каким-то Ниро⁈ — сжала кулачки Корнелия, отчего у меня потеплело на душе. Магия воздуха вокруг неё слегка закружилась, отчего причёска растрепалась. — Ой… — смутилась она, приглаживая волосы. — Я ещё плохо ей управляю, — виновато она посмотрела на меня.

Я улыбнулся. Корнелия, похоже, не сильно изменилась. Это радовало. Мне не терпелось остаться с ней наедине, чтобы расспросить, но пока для этого было неподходящее время.

К компании отца и Ниро подошёл второй принц, Эдриас, кажется, он уладил конфликт, и отец вернулся к нам. И тут же к нам подошёл сам король.

Мы синхронно поклонились королю.

— Рад наконец-то встретить тебя, Корн, — я, стараясь не перейти границы дозволенного, поднял на него взгляд. Высокий… и мощный, правда, скорее из-за громоздких золотых доспехов, которые, впрочем, смотрелись на нём хорошо. Что отвечать на такое приветствие, я просто не представлял.

Только открыл и закрыл рот, он улыбнулся:

— Наверное, интересно, почему я так ждал встречи с тобой? Скажем так, твой директор мне все уши прожужжал о некоем талантливом ученике… которым в итоге оказался Массвэл! — он рассмеялся, а затем, чуть наклонившись ко мне, так, чтобы никто вокруг не слышал, прошептал: — Скажу тебе по секрету, это очень волнительно. Ниро точно имеет на тебя планы и просто так не отпустит, я жду не дождусь, чтобы увидеть, кому в итоге ты достанешься, — он сделал шаг назад. — Ну что ж, пойду к остальным, — он кивнул нам и ушёл к другим гостям.

Я посмотрел на отца. Разве король только что не провоцировал его? По его лицу было непонятно, что он думает. Ссориться с Его Величеством он точно не собирался.

Что касается того, о чём говорил Аталлис — мне было совершенно не понять, что он имел в виду. В конце концов, я уже «принадлежал» семье Массвэл…

— Пойдём, Сэн. Не будем им мешать, — посмотрел на Корнелию отец. — Моя дочь уже вся извертелась, скоро её терпение лопнет, и она, наплевав на все приличия и необходимости, утащит брата в тёмный угол, а то и вовсе с приёма…

Корнелия надула губы и кашлянула:

— Отец, я всегда соблюдаю приличия!

Он поднял и опустил брови, я не понял этот его жест в сторону сестры, а затем отец повернул голову ко мне:

— Корн, я добьюсь, чтобы сразу после Академии тебя вернули нам, без всякой отработки и их так называемой «практики». Но из-за подписанного тобой с Нейро договора, — едко проговорил он, и я порадовался, что рядом было полно народу, и он даже магией не мог сильно надавить, — мне действительно будет сложно прервать твоё основное обучение, — он с недовольным видом слегка поджал губы. — Но, кажется, ты и не против доучиться?

От его вопроса меня бросило в холод, а затем в жар. Я не мог солгать. А правда ему не понравится. С другими я обычно просто уходил от ответа, но этого мой отец терпеть не мог чуть ли не больше, чем когда ему врали. Тогда я сжал кулак и с вызовом посмотрел на него: