Путь домой затянулся. Мила, в принципе, шла наверх в горку медленнее, к тому же прислушивалась к организму. Грань между ушибом мышц и повреждением органов довольно тонка. Знакомой резкой боли не было, но это означало лишь отсутствие явных тяжёлых повреждений. Внимательный пес не отходил далеко, а стоило Миле чуть покачнуться, так вообще подпирал собой. Вес пса придавал устойчивости и не только ему.

Дома ее встречал обеспокоенный Сергей и сонная Эля. Добрая девочка согласилась помыть Асу лапы, пока ее дядя выяснял, требуется ли помощь и вызвать ли скорую или врача на дом.

— Всё нормально. Пока просто ушиб, причём не факт, что ощутимый. Посмотрю, может, даже синяков не будет. Если вдруг что-то почувствую, сразу пойду к врачу, но пока реально непонятно. Какие у тебя планы на сегодня?

— Зависит от твоих планов. Мне съехать?

— По мне, так было бы лучше, но по-хорошему — нет. Тебе нужно привыкнуть к Эле, ей к тебе, а сделать это, не живя вместе, сложно. Даже мне было тяжело, хотя Эля оставалась у меня на пару дней в неделю.

— Хорошо. Тогда обычно на пару часов еду в контору, потом слежу за ремонтом и что-то выбираю.

— Теперь этим снова займусь я, — улыбнулась Мила. — У нас сегодня в одиннадцать поликлиника, и всё. Думала отвести ее на гимнастику, но пока не уверена.

— Понятно. Позвонишь, я вас отвезу, если решишь.

— Нет, если что мы пройдемся или проедем. Эля в восторге от троллейбусов, а ты не согласишься на такой транспорт без причины.

— Давненько я не катался на троллейбусе, — развеселился он. — Хорошо, созвонимся днем.

— Отлично.

Привычный завтрак, организованный Сергеем, и Мила чуточку растерялась. Не зная, что есть в холодильнике, по дороге домой она успела набросать примерный вариант еды. Как оказалось, зря. Сергей учел их предпочтения и добавил кое-что из меню лайнера. Эля тут же обрадовалась фруктам, поэтому без возражений согласилась на кашу и яйцо. Как ни удивительно, но каша с молоком, точнее, со сливками оказалась очень вкусной.

— Ты замечательно готовишь, — удивленно призналась она.

— Судя по тону, ты поражена этим фактом, — развеселился он.

— Я тоже хорошо готовлю! — вставила замечание Эля.

— Разумеется, — согласились взрослые хором.

После чего мужчина добавил:

— Мне понравилась кулинария. Когда-то начал попробовать разнообразить меню. Точнее, готовить мы все умеем с детства, у родителей в этом плане было единое мнение. Потом посмотрел несколько курсов профессионалов и кое-что из них подчерпнул. На самом деле, если не заниматься покупкой продуктов, то готовка — по большей части способ расслабиться.

— И уборка на кухне после? — обрадовалась Мила.

— Нет, — развеселился он. — С этим в пролете. Так, я пошел. У меня тренировка с девяти, потом на связи.

— Хорошо.

Эля вышла проводить дядю и помахать ему рукой, а Мила растерянно изучила изменения на своей кухне и задумалась — как к этому отнестись. У нее появилась новая сковорода и ковшик. Старые надо было поменять, но всё руки не доходили. Да и не так часто она ими пользовалась, чтобы ставить в приоритет. Теперь и старые остались на месте, и новые прибавились.

Сергей купил чуть иной набор продуктов, судя по холодильнику. К тому же держал мясо в контейнере. Мила либо готовила сразу, либо замораживала впрок.

Странно всё это…

Размышления прервал грохот. Эля, оставшись одна, рассыпала игрушки с шумом, характерным для роняемого шкафа. Поэтому и пес не отреагировал, он бдел. А Мила, отвыкшая от наличия няньки, по привычке ринулась смотреть, что там и как.

Как люди справляются без пастушьей собаки — большой вопрос, ответа на который она рассчитывала никогда не узнать. Уборка на кухне и первые стирки мягко перешли в визит в поликлинику. Где Эля, чуть покапризничав, поверила, что в этот раз всё обойдется без прививок, поэтому общению с терапевтом обрадовалась. Справку выдали без проблем, и так же без проблем Пирожочек согласилась пойти на гимнастику, показать, чему она еще успела научиться.

Мелкая, а инстинкты и мотивация вполне себе, как у взрослых.

Созвонившись с Сергеем по дороге, Мила оставила Элю на пару минут во дворе, а сама выпустила пса на улицу — бдеть на природе. Чтобы самой вернуться к насущному — ремонтам. Ей обрадовались, как родной, поскольку Сергей не решал очень многие важные вопросы, сначала передавая их Миле, а последние дни вообще забил до ее возвращения. Коммуникации, стены, светильники, подводка и согласование датчиков.

Хорошо, когда всё хорошо.

Решения, выяснения, разборки по кривой работе, выбор новых материалов. Рабочую суету прервал лай Аса. Эля начала скучать и решила начать лазить по деревьям.

— Пара минут и всё решу.

Сергей, к счастью, мог подъехать и взять на себя дальнейшие развлечения вроде детской площадки. Он же организовал обед и пойманный на слове отвез Милу с Элей на гимнастику, был представлен тренеру и назначен ответственным за транспортировку обратно. А Милу ждали строительные магазины.

— Давай отвезу.

— А Эля?

— Довезу тебя до магазина и вернусь за ней. Занятие час?

— Чуть меньше, час с переодеванием. Тебе несложно?

— Доехать на машине? — иронично переспросил он. — Ничуть. Поехали.

Мила села в авто и задумалась, точнее, сначала обсудила на словах требуемое и необходимое, а задумалась уже потом. Значительно позже, дожидаясь организацию сбора своего заказа и доставку.

Она не привыкла к помощи. Точнее, она привыкла получать помощь в ответ на просьбу. Любой из соседей, пусть и без восторга, но согласится помочь, проследить или сделать. Занимались же они двором, пока Милы почти три недели не было, и ничего. Никто не умер и не пострадал.

Но помощь сама по себе, без просьб с ее стороны — это… странно. Сергей мог остаться и посидеть — посмотреть за занятиями Эли. Это не сказать, чтобы фантастически интересное зрелище, но по первости довольно любопытное. Это потом Мила взялась за небольшие гантели и тренировалась сама, а сначала просто наблюдала за явной несогласованностью движений. Это странное впечатление, когда Пирожочек не может понять, что нужно сделать рукой или ногой, чтобы получить требуемый результат.

Вместо этого Сергею пришлось выйти и отправиться в не самую любимую по транспортной развязке часть города, просто чтобы Мила не поехала туда на такси. Он приложил усилия и явно доставлял себе неудобства безо всяких просьб, и это показалось дикостью.

Эту мысль требовалось обдумать и осмыслить, но чуть позже, сначала дела. Дела уровня разгрузки, выяснения с оконщиками, звонок по поводу разрешительных документов.

К вечеру возникло понимание — как будто никуда не уезжала. Хотя теперь всё случившееся воспринималось спокойнее и отрешеннее.

Вечерняя прогулка с собакой прошла без дополнительных участников. Эля выпросила себе разрешение поиграть дома, а Сергей взялся присмотреть за ней и развлечь параллельно с приготовлением ужина. От предостережений и советов Мила удержалась с трудом, а слова «Не напрягайся, вернусь, сделаю» поймала, буквально начав произносить.

Иногда привычки — это зло. Определенно, зло…

Ас отказался идти большим кругом, то ли устал, то ли набегался утром, то ли переживал по поводу оставшейся непонятно с кем мелкой. Мила тем более не возражала.

Зато встреченная во дворе парочка программистов, снимающая квартиру Эли, остановила вопросами:

— Людмила, подскажите, а ремонт еще долго продлится?

— Добрый вечер. К сожалению, да. Надеюсь, в течение месяца закончат офис в подвале, но с квартирой на первом этаже история затянется. Мешает?

— Да и сильно, — с претензией произнесла девушка.

— Извините. Тут, к сожалению, ничем не могу помочь.

Ей действительно было неудобно, но не в такой степени. Поскольку в квартире самой Милы постоянного шума не было, периодически что-то раздавалось, но не настолько сильно, чтобы бить по мозгам. То соседняя с ней еще меньше должна была страдать от шума.