Стоит ли говорить о том, что именно Магда была настоящей главой этого семейства. Своих домочадцев она держала в воистину ежовых рукавицах. Ни муж, ни, тем более, сын не смели и слова сказать поперек ее мнения. Хотя, если честно, Ларса она любила безмерно. И так же безмерно опекала его. Ее забота с годами не ослабевала, а становилась все сильнее и… удушливее, что ли. Например, до сих пор Ларс не имел права и на пару минут задержаться в гостях или на прогулке с друзьями. Если часы на городской ратуше били девять вечера, а его еще не было дома, то Магда выходила на крыльцо дома и без всякого стеснения в полный голос звала сына домой. Мол, ужин уже остывает. Если тот не откликался – то немедленно отправлялась на поиски. Сколько раз на моих глазах она кухонным полотенцем и скалкой разгоняла дружков Ларса, во всю мощь своих легких вопя о том, что они дурно влияют на ее мальчика.

Естественно, среди соседей Ларс слыл самым настоящим маменьким сынком, и шага не смеющего сделать без позволения родителей.

И вот теперь его властная мама подобрала ему невесту. Более того, сделала все, лишь бы я не посмела отказаться от столь «выгодного» предложения.

– Я услышал достаточно, чтобы сделать определенные выводы о характере Магды Дуггер, – продолжал тем временем Морок. – Сдается, она из числа тех женщин, которые идут к намеченной цели, невзирая ни на какие препятствия. Даже лучшей подруге не захотела помочь бескорыстно, вместо этого поставила перед ней жесткие условия выполнения сделки. Разве я не прав?

– Прав, – сухо подтвердила я. – Магда… Она весьма своеобразная особа. Мягко говоря.

– Вот я тебя и спрашиваю, что ты намерена делать, если Магда прикажет тебе и думать забыть о возвращении в академию, – вкрадчиво мурлыкнул Морок. – Более того, я уверен, что так и произойдет. Несколько месяцев студенческой вольной жизни без всякого присмотра со стороны родных? Нет, слишком большой риск, что ты за это время найдешь кого-нибудь получше ее сынишки. Готов поклясться, что она и глаз с тебя не спустит, пока ваш брак не будет заключен. А скорее всего – и после этого ты так и останешься под ее пристальнейшим наблюдением.

Я досадливо цокнула языком, мысленно признав правоту Морока.

– Ну? – протянул он. – И каков твой план на этот вечер?

– Прежде всего выжить, – хмуро проговорила я.

– Выжить-то выживешь, в этом и сомневаться нет смысла, иначе зачем мы с Аспидой здесь, – не унимался Морок. – Я про другое. И ты прекрасно понимаешь, о чем я. И-и?

Выжидающе уставился на меня.

– Да не знаю я! – раздраженно воскликнула я. – Морок, честное слово, не знаю! Буду действовать исходя из ситуации. Как я уже сказала, насильно меня замуж за Ларса точно не выдадут. Послушаю, что скажет Магда, поулыбаюсь. И при первой же возможности рвану в академию.

Мой столь уклончивый и неопределенный ответ Морока не устроил. Он явно был настроен продолжить беседу, но не успел.

Из коридора вдруг послышались громкие голоса моих сестер, видимо, закончивших с уборкой и украшением гостиной. Морок немедленно растаял зеленоватой дымкой, а Аспида золотым проблеском молнии переметнулась ко мне и обвила запястье, тут же спрятавшись под рукавом платья.

– Ага, вот ты где!

В следующее мгновение дверь без предупреждения распахнулась, и в комнату ввалились мои младшие сестры – Мирна и Лорна.

Наша общая спальня, и без того небольшого размера, мгновенно стала совсем крохотной и тесной.

– И почему ты тут прохлаждаешься? – с нескрываемой претензией бросила Лорна и с размаха бухнулась на кровать. Как раз на то место, где только что лежал Морок.

– Да, нестыдно тебе? – с готовностью поддержала ее Мирна, примостившись рядом со мной.

Среди нас она была самой маленькой. Ей недавно исполнилось восемь, тогда как Лорна была всего на два года младше меня.

– Мы сегодня как пчелки трудимся, а ты даже матери не соизволила помочь, продолжила Лорна. – Совсем в академии зазналась, да?

– Ничего я не зазналась, – огрызнулась я. – Просто… Просто не в настроении.

– Не в настроении? – Лорна нехорошо прищурилась. – Интересно, и по какой причине?

Рассказывать сестрам о ссоре с матерью совершенно не хотелось. В конце концов, они слишком юны, чтобы понять все происходящее. И, полагаю, сестры в этом споре встанут на сторону как раз матери. Как ни крути, но Ларс для нашей семьи действительно «выгодная партия». Выражаясь языком матери, конечно. Из хорошей семьи, при деньгах, в принципе, даже симпатичный, если не обращать внимания на его отвратительные манеры. И потом, таково решение родителей, а стало быть, необходимо подчиниться.

В любом случае, они расстроятся, узнав о том, что я поругалась с матерью. Раз уж праздник испорчен у меня – не дело портить его другим.

– Ладно, неважно.

Я решительно встала, не желая продолжать беседу.

– Командуй, чем вам помочь! – приказала Лорне.

Лорна с принуждением улыбнулась и тоже поднялась на ноги. Было видно, что она очень хочет продолжить расспросы. Я слишком хорошо ее знала, поэтому понимала: дай ей волю – и она не успокоится, пока не вытрясет из меня всю правду. Но в комнате присутствовала и Мирна. Самая младшая из нас в силу возраста была той еще болтушкой и совершенно не умела хранить секреты. Не самая лучшая идея вести подобный разговор в ее присутствии.

– Да в принципе, все уже готово, – проговорила Лорна. – Мы пришли позвать тебя в гостиную. Оцени наши усилия.

И поманила меня пальцем.

Я послушно последовала за ней. Несколько шагов по узкому короткому коридору – и я замерла в восхищении.

Сестры не преувеличивали – они проделали колоссальную работу. Комната, обычно такая скромная и даже аскетичная, преобразилась до неузнаваемости. В воздухе витал сладкий аромат имбирного печенья и глинтвейна. На столе, накрытой нашей лучшей, хоть и слегка потрепанной скатертью, стояло множество блюд: запеченный гусь с румяной аппетитной корочкой, несколько пирогов, парочка салатов, домашняя буженина в остром соусе. Повсюду мерцали свечи в самодельных подсвечниках из веточек ели и шишек, а над дверью висел пышный венок из омелы.

«Красиво», – мелькнуло у меня в голове, и на секунду теплое сияние праздника отогнало мрачные мысли.

– Ну как? – с гордостью в голосе спросила Мирна, уцепившись за мою руку.

– Прекрасно, – честно ответила я и потрепала ее по волосам. – Вы молодцы.

Из кухни вышла мама с большим подносом, уставленным глиняными горшочками с готовым жарким. Искоса глянула в мою сторону, но ее лицо осталось невозмутимым, будто наш недавний разговор мне лишь почудился. Она была мастером в этом – делать вид, что ничего не произошло.

– А, Габи, наконец-то соизволила присоединиться, – произнесла ровным, безразличным тоном. – Помоги Лорне расставить тарелки и стулья. Гости скоро придут.

Я кивнула и подошла ближе к столу. Лорна молча принялась помогать мне. При этом мы не проронили ни слова, но я чувствовала, как напряжена сестра. Явно ощущает, что в воздухе витает нечто неладное.

Вдруг снаружи послышался громкий, нарочито веселый голос, от которого у меня похолодело внутри.

– Добрый вечер, соседи! Разрешите войти?

Сердце рухнуло в пятки. Это был голос Магды Дуггер.

Мама бросила на меня быстрый и полный выразительного предупреждения взгляд, после чего поспешила к двери.

– Магда! Питс! Ларс! Проходите, проходите, мы вас заждались!

В гостиную вкатилась, словно лавина, вся семья Дуггеров. Впереди, активно жестикулируя и сияя белозубой широченной улыбкой, шла Магда. За ней, словно тень, крался Питс, нервно теребя свою шляпу. И замыкал шествие Ларс.

Он был тщательно причесан и одет в свой самый лучший, но тесный в плечах и короткий в рукавах праздничный камзол. Увидев меня, Ларс выпрямился, попытался придать своему лицу томное и загадочное выражение, отчего его и без того круглые глаза стали похожи на блюдца.

– Габи! – радостно воскликнул он, расплывшись в приветливой ухмылке. – Ты сегодня просто… ну… в общем, очень красиво выглядишь!