– Слава Богу, что мы еще сами себя не выдали, – Уинстон Замаяна залез на свою кровать на втором ярусе и отвернулся к стене.

– Мы даже не можем устроить им тотальную войну, ведь наши бластеры с ловушками сильно ослабли в условиях бескислородного пространства и низкого уровня гравитации. Ловушки не включаются вообще, а плазма из бластера летит медленно и способна только ненадолго парализовать объект, если вообще в него попадет, – грустно произнес Пит.

– Да, наши тайные опыты чуть не поставили нас на грань провала. Хорошо еще, что тогда по улице бродил какой-то новобранец, – улыбнулся Игон, вспоминая события трехдневной давности, когда охотники решили проверить возможности прямой агрессивной атаки.

– Ну и смешной же был тогда этот дохлый новобранец! Он трясся после разблокировки, как осиновый лист, – присоединился к воспоминаниям Рэйман. – Он поменял цвет семь раз за три минуты.

– Веселитесь? – не разделила их оживления Джанин. – А если он завтра очухается, поймет, что были не самые крутые из местного населения, и доложит начальству?

– Думаю, нас только похвалят, – повернулся к товарищам Игон. – Мы можем сказать, что изобрели новое ружье и проводили досрочные практические занятия.

– Плохо, что мы растратили на эти практические занятия половину боевых запасов. Чем теперь будем сражаться против канцлера или прикрываться, если придется отступать? – озадачил всех Вейтман.

В эту секунду дверь распахнулась, и на пороге появился высокий охранник ядовито-зеленого цвета. У друзей перехватило дыхание. «Неужели нас подслушали?» – пронеслось в голове у каждого. Уинстон, Игон и Рэйман мысленно потянулись к бластерам. Джанин подумала, что это развязка и вздохнула с облегчением.

После трехсекундного осмотра помещения, где кроме охотников никого не было, охранник достал из-за пазухи что-то скрученное в трубочку, расправил и прижал к стене. Потом охранник исчез, а на стене у входа выделялось белое пятно.

Охотники подошли поближе, чтобы рассмотреть его. На куске полупрозрачной бумаги было начертано:

– Ха-ха, – сказал Уинстон после того, как закончил чтение объявления. – Кажется, он сам идет к нам в руки.

– Уин, он же будет с охраной! – простонала Джанин.

– Хватит ли плазмы в наших бластерах, чтобы блокировать и охрану, и Канцлера? – Питер Вейтман в задумчивости почесал затылок.

– Делать все равно нечего. Добраться отсюда до дневной стороны мы не сможем. Значит, на подзарядку надежд нет. Упускать случай тоже нельзя, потому что другого не представится. Значит, надо как-то заманить Канцлера туда, где он будет один, и накрыть, – предложил Рэйман.

– Итак, друзья, – Пит положил руки на плечи Рэйману и Уинстону, – кажется, близится конец нашего странного мероприятия. Завтра будет ясно: или мы его провалили, или вышли победителями. У нас осталось пара часов вечера да несколько часов ночи. Предлагаю не ложиться спать, пока чего-нибудь не придумаем.

– Лады!

– А как же иначе!

– Я бы все равно не заснула.

– А я на все готов, лишь бы поскорее отсюда убраться.

– Тогда прошу выдвигать идеи. Обратная сторона этого объявления послужит нам для записи предложений. Джанин, поручаю тебе секретарские функции.

Друзья переклеили лист с объявлением обратной, чистой стороной ближе к столу, вокруг которого и расселись, чтобы найти единственно правильный путь к завтрашней победе.

Они предлагали, спорили, отказывались от, казалось, гениальных идей, придумывали новые и опять отвергали, потому что находили в них несовершенства.

Ночное заседание продлилось до четырех часов утра.

В начале пятого Джанин осторожно, чтобы ее никто не заметил (ведь все призраки прекрасно видят в темноте), пробралась к себе в комнату.

После принятия решения все охотники разошлись по своим местам, навели порядок, чтобы не вызвать недовольства Фалька Дорри, и заставили себя расслабиться, не думая о деле.

Очередь встречаться с канцлером дошла до охотников только после обеда. Лечь спать до этого было нельзя, поскольку точного времени прибытия проверки никто не знал, и все пятеро были на пределе сил, когда, наконец, услышали за дверью шум.

Зато за это время Джанин, которая, чтобы не заснуть, пошла гулять по городу, выяснила, что канцлер ходит в сопровождении всего трех охранников и без единого учителя. Отсутствие учителей очень обрадовало охотников, но трое охранников были все же серьезным препятствием.

– Приветствую вас, господа, – в помещение, где жили охотники, ворвался оглушительный голос канцлера.

Если не учитывать его рост, широченную грудь, огромные кулаки и прозрачность, Фалька Дорри можно было принять за обычного, в общем положительного человека. Однако отсутствие в нем положительного начала выдавали узкие, почти в ниточку, плотно сжатые губы, резко очерченные скулы и, самое главное, бегающие, ни на чем подолгу не задерживающиеся колючие глаза.

Тем не менее рот Фалька Дорри растянулся в улыбке.

– Я вижу, что здесь у нас поселились сильные духом воины идеи ночи! – окинул он взглядом группу из четырех человек, стоящих во весь рост с гордо поднятой, явно по привычке, головой.

– Рады приветствовать величайшего из канцлеров мира в нашем скромном жилище! – Пит решил перехватить инициативу у Дорри. – Мы действительно привыкли ко всяким испытаниям и не боимся трудностей. Наш славный и яркий путь на Земле закончился веселой пиратской забавой, но благодаря этому мы остались навеки вместе. Вы видите, какие мы бравые ребята. Жаль только, что мы не можем предстать перед вами в полной красе. С нами наша подруга – богиня отваги и решительности. К сожалению, она живет в соседнем бараке. Но если господину канцлеру будет угодно...

– Да-да! Мне угодно, – нетерпеливо прервал Пита Фальк Дорри. – Я желаю видеть вашу богиню прямо сейчас. Эй ты, – Дорри повернулся к ближайшему из охранников, – сейчас же ступай в соседний корпус и приведи пятого члена этой славной компании. Кажется, у меня есть для них дело.

Услышав, что у них может появиться возможность ближе подобраться к канцлеру, Уинстон спросил Пита шепотом:

– Может, повременим с планом?

– Нет! – тоже шепотом, но резко ответил тот и, когда один из охранников исчез за дверью, чтобы привести Джанин, уже громко обратился к Фальку Дорри: – Господин канцлер, в нашей группе имеются два изобретателя и один ученый. За то небольшое время, пока мы здесь, они изучили окружающую жизнь, природу нашего нового состояния и, полагая, что все призраки на Марсе имеют принципиально одинаковое строение, кое-что придумали.

– Что? – насторожился Фальк Дорри.

У обоих охранников в глазах пробежала оранжевая волна крохотных звездочек.

– Парализатор для той тонкой материи, из которой все мы сделаны.

– Это опасная игрушка, – канцлер покосился на своих высоченных охранников.

– Да, господин канцлер, но только для тех, кто не держит ее в руках. Мы подумали, что вы могли бы создать отряды для покорения не только Земли, но и дневной стороны Марса. Ведь в ваших руках будет такое оружие!

Эти слова привели в блаженное состояние и охранников, и Дорри.

– Когда я могу увидеть это приспособление в действии? – уже доверительным тоном спросил канцлер.

– Проще пареной репы, – вступил в разговор Рэйман, – только, уважаемый канцлер, на ком будем испытывать?

– Вот если бы попробовать вашу охрану... – задумчиво произнес Игон. – Понимаете, на учениках мы уже пробовали. Это было безумно смешно и просто. Но охрана-то покруче будет. Если этот прибор подействует на охрану, значит, весь мир у вас в кармане!

– Только вы, господин канцлер, отойдите в сторону, встаньте около нас, чтобы вас, чего доброго, не задело, – перебил Уинстон, не давая Фальку Дорри и его телохранителям опомниться.