Золотистый отблеск завораживал. Я вертелась перед мутноватым зеркалом, спустив лямку сарафана и пытаясь разглядеть собственное плечо. Символ светился над лопаткой – витиеватые линии, сплетенные в причудливый узор. Искусная работа. Даже на ощупь выпуклость кожи казалась настоящей, будто эта метка проросла изнутри, а не была наведена кистью и закреплена магией.

– Кловер, не трусь, – донесся голос со стороны рабочего стола, загроможденного склянками, свитками и чашами с застывшими красками. – Метку от настоящей не отличить. Все купятся.

– Главное, чтобы купился дракон, – хмуро сказала я, не оборачиваясь.

Дастин появился в отражении за моей спиной, вытирая пальцы тряпицей – блестящие следы колдовских пигментов.

– Непременно купится. Я в эту метку столько силы вложил, что ух.

«Ух» – это был его высший термин одобрения собственной работы. Нельзя отрицать: мой дорогой друг талантлив. Гениальный начертатель, хоть и безродный самоучка. Его магические татуировки очень ценились в определенных тайных кругах. Но это была не просто татуировка. Это был подлог, за который, по всем законам королевства, полагалась одна кара – казнь. А по драконьим законам – наверное, мучительная казнь.

Впрочем, лорд Скайрен вряд ли допустит мысль, что кто-то настолько обнаглел. Их род, древний и яростный, оброс таким количеством жутких легенд, что вызывал у народа страх. У меня, надо признать, тоже. По спине полз мороз, который не заглушала даже летняя жара, стоявшая в нашей конуре над цветочной лавкой.

– Ты справишься, ты лучшая, – подбодрил Дастин, отходя к столу и начиная убирать кисти. Каждую – в свой футляр, с щепетильной аккуратностью, контрастирующей с общим хаосом мастерской. – В любом случае выбора нет.

– Выбор был.

– Ну да. У тебя. Либо подписаться на это, либо хоронить то, что от меня останется, когда Грейсон исполнит свои угрозы.

Я отвернулась от зеркала. Дастин, худощавый, с вечно встрепанными волосами, выглядел как перемазанный в красках воробей. Но в его глазах стояла та самая виноватая решимость, которая всегда предшествовала особенно плохим идеям.

– Не надо было вообще связываться с Грейсоном и его бандой, – прошипела я.

– Да, оплошал, – вздохнул он, не споря. – Но они дают нам этот шанс в уплату долга. И какой! Это же и есть тот самый прорыв, о котором мы мечтали…

– Завязать, – перебила я. – Мы мечтали завязать. Накопить денег и убраться подальше от всего этого.

– Или завязать, – поспешно согласился Дастин. – Это мы тоже сможем. У нас будут средства, чтобы уехать. Поселиться где-нибудь на юге, где тепло и никто не жаждет снести наши головы.

Как бы у нас не прибавился еще и жаждущий откусить нам головы. Дракон. Но чего уж… Если выбор и был, то теперь он сделан.

Я взяла накидку, висевшую на спинке стула. Ткань была тонкой, но плотной, скрывающей и фигуру в легком сарафане, и предательский блеск на плече. Укутавшись в нее, я почувствовала, как Дастин приближается сзади, пытаясь обнять.

– Мой косяк, что тебе приходится… таким заниматься. Ради спасения моей худосочной задницы.

Я ловко ускользнула от объятий, сделав вид, что поправляю накидку.

– Мне пора идти готовиться. А тебе – прятать все это, – указала я на стол. – На случай, если они решат проверить не только невесту, но и ее скромное жилище.

Он кивнул – с привычной деловой хваткой. Я вышла за дверь, оставив его уничтожать следы преступления.

Наша квартирка состояла из трех комнатушек: мастерская, его коморка и моя. Я закрылась у себя и достала из шкафа свое лучшее платье – нежно-сиреневое, простое по крою, но сшитое из добротной ткани, которая не кричала о бедности, но и не претендовала на роскошь. «Цветочница с амбициями» – именно такое впечатление обо мне должно сложиться.

Я переоделась, застегнула тугие пуговицы сзади, с трудом дотягиваясь. Волосы, длинные и русые, уложила в аккуратную прическу, оставив несколько прядей мягко ниспадать на шею и плечи. Марафет наводила скупо – немного румян, чтобы не выглядеть мертвецки бледной, чуть-чуть краски для ресниц. Перед драконом нужно явить «товар лицом». И это лицо должно быть милым, наивным, открытым. Никаких намеков на то, что его владелица может за пять минут собрать отравленный букет или обчистить чужой карман в толпе.

Нервозность ощущалась дрожащими струнами где-то под ребрами. Умудрилась же я вписаться в такую аферу! Умудрился же мой непутевый друг связаться с Грейсоном! Негласным хозяином Нижнего города, главарем самой влиятельной банды, контролирующей самые темные делишки. Дастин выполнял заказ по начертанию – для чего ему выдали мешок бесценной магической краски, которую он не донес до мастерской, выбрав маршрут через злачный кабак. По пути оттуда его ограбили, Дастин унес ноги. А долг остался. Долг, который можно было выплатить или внушительной денежной суммой, которой у нас не было, или услугами, которые мы до этого никогда не оказывали.

Грейсон, человек с лицом злого бульдога и исключительно черной душой, предложил сделку. Он оставляет Дастина в покое. Более того, щедро оплачивает нашу работу. Всего-то требуется – проникнуть в замок драконьего рода Скайрен и выкрасть одну вещицу. Маленькую, но очень ценную. Ага, «всего-то»!

С улицы донесся шум – оживленные возгласы и магический гул, какой издают только самоходные экипажи. Я подошла к окну, отодвинула потертую штору. Во дворе, перед самой лавкой, замерла шикарная карета с серебряными инкрустациями. Дорогая. Неприлично дорогая для наших мест. Рядом с открытой дверцей стоял водитель в строгом, идеально сидящем костюме, и его поза выражала вежливое нетерпение. Народ из соседних лавчонок и трущоб собирался вокруг, глазея.

Сердце екнуло. За мной приехали…

Я спустилась по скрипучей лестнице, ведущей в заднюю комнату лавки. Дастин уже был там, споря с чопорным типом безликой наружности.

– Я поеду с сестрой, она волнуется, – настаивал мой «брат».

– Это исключено, – голос незнакомца был ровным, холодным и не оставлял пространства для дискуссий. – Мне поручено доставить только девушку. Лорд Скайрен не ждет сопровождающих.

– Милая! – Дастин обратился ко мне, и в его глазах читалась паника. – Я тебя одну не отпущу.

– Все в порядке, братец.

Я даже почувствовала облегчение. Если дракон сразу раскусит обман, то спалит дотла только меня. Грейсон обещал пощадить Дастина даже в случае моего провала. Маленькая милость палача.

Чопорный тип повернулся ко мне. Его взгляд, быстрый и оценивающий, скользнул с лица до кончиков туфель и обратно. Кажется, я прошла первый беглый осмотр.

– Кловер? Я – Атмунд Бревик, личный помощник лорда Скайрена. Мне поручено привезти вас в замок.

– В замок? – Я кивнула, сделав вид, что робею, и опустила глаза. – А прежде вы сами не хотите убедиться, что… Ну, проверить.

– Проверкой займется его светлость.

Что ж…

Подходя к двери, я на мгновение задержалась, положив руку на плечо Дастина.

– Приберись в лавке, – тихо сказала я, и в этих словах был шифр: если что, собирай пожитки и беги через подземный ход.

Он сжал мои пальцы в ответ, и я вышла на улицу под шквал перешептываний и любопытных взглядов.

Внутри карета пахла кожей, дорогим деревом и чем-то еще, каким-то освежителем. Я устроилась на сиденье напротив Атмунда Бревика. Экипаж тронулся плавно и почти бесшумно, выезжая с ухабистой улочки на главную дорогу.

Я рискнула заговорить первой, глядя на знакомые, мелькающие за окном обшарпанные фасады.

– Скажите, господин Бревик… Как лорд отнесся к новости?

– Для любого дракона это крайне желанное событие – найти ту, кто предназначена ему судьбой. Кем бы эта девушка ни была.

Тон был вежливым, но в нем не звучало ни тепла, ни осуждения. Констатация факта.