Как же надоел весь этот цирк и моё показательное выступление, я словно находился на арене цирка, ощущал себя дрессированной мартышкой, которая обязана исполнять каждое указание дрессировщика ради сладкого лакомства.

— Уважаемые родители, повторяю, что мы с Сашей должны решать свои проблемы самостоятельно, без посредников, — твёрдо и безапелляционно расставлял рамки, чертил границы, через которые никому не позволю переступить.

Мать Александры помрачнела, а вот отец стал более серьёзным, его брови сурово напряглись, глаза наполнились негативом и озлобленным негодованием.

Тактично улыбнулся, давая понять, что уважаю их мнение, понимаю, что они заботятся о своей дочери, но уважать это вовсе не означает принимать и беспрекословно исполнять.

— Ты обязан объяснить причины, по которым оставил мою дочь? И только если я посчитаю твои аргументы обоснованными, то лишь в этом случае подумаю о том, чтобы позволить дочери с тобой поговорить. В противном случае…, — Вавилов многозначительно замолчал, грозно вглядываясь в моё лицо, пытаясь угадать мои мысли, просчитать реакцию.

Но моё лицо оставалось непроницаемым, хотя внутри бушевала злость…

— Что в противном случае, Дмитрий Геннадьевич? — Решительно уточнил, заполняя затянувшуюся паузу. — Что будет в противном случае? Неужели запретите своей дочери встретиться с собственным мужем? Или, может, вынудите её развестись со мной?

Понимал, что действую цинично, расчётливо, но такова жизнь…

К чёрту принципы и мораль!

Принципы делают жизнь безопасной, хорошие принципы делают её сносной, точно выверенные принципы делают жизнь социально и финансово успешной, но никакие принципы не сделают человека счастливым. Чем строже принципы, тем крепче цепи, тем меньше свободы и тем меньше личности и индивидуальности. Принципиальность — это вечный плагиат чужой мудрости или глупости, как их на себя ни натягивай, всё равно выглядят инородно и уродливо.

Принципиальность — признак слабости!

Дмитрий Геннадьевич самоуверенно взмахнул головой, самонадеянно полагая, что его дочь полностью исполнить любое его указание и перечить не станет.

— Разведётся. Саша хорошо воспитанная девочка, она выполнит любое моё требование.

Пи… ц! А я ещё себя циником и эгоистом считал, да после заявлений господина Вавилова, я «белый и пушистый»…

— Ты ошибаешься, папа, — сверху раздался звонкий девичий голос.

Не сговаривавшись мы, все кто присутствовал в гостиной, стремительно подняли голову.

— Саша, ты зачем покинула свою комнату? — недовольно рыкнул Вавилов.

Девушка, храбро расправив спину, проигнорировав грозный вопрос отца, твёрдым уверенным шагом начала спускаться по лестнице.

Невольно залюбовался Александрой. Не ожидал, что она будет вести себя так сдержанно и уверенно… Считал, что устроит скандал. Будет кричать. Топать своими длинными, стройными ножками. Удивила так удивила.

Напряжённо прищурился, когда мы встретились с ней взглядами. Малышка лишь напускала на себя мрак холодности и безразличия, тёмные глазка с лихвой, выдавали её животрепещущую злость и горькую обиду.

— Папа. Мама, — ни на секунду не разрывая зрительного контакта, провозгласила она, — прошу вас, оставьте меня наедине с мужем. Игнат прав. Мы семья и должны решать свои проблемы без посредников.

Надменно усмехнулся. Всё это время малышка подслушивала, затаился мой воробушек и выпорхнул в самый подходящий момент.

— Саша, — сурово прокричал Дмитрий Геннадьевич, — дочка.

— Не надо, Дима, — своевременно вмешалась мать Саши. — Пусть они поговорят.

Мой тесть недовольно покосился на жену.

— Пусть поговорят, — повторила женщина и, немного приподнявшись, что-то успокаивающее прошептала супругу.

Не знаю, что сказала ему моя тёща, но возражать более Дмитрий Геннадьевич не стал.

— Хорошо. Но запомни, парень, если ты опять обидишь мою дочь, то…

— То ничего не будет, — медленно распахивая сахарные губы, так громко прошептала Александра, что смогла заглушить бас отца. — Между нами всё завершится, и каждый пойдёт своей дорогой. Ничего страшного не произойдёт. В конце концов, не мы первые, не мы последние, кто разводится.

Умная девочка. Гораздо умнее своих родителей!

— Саша, ты меня извини, — виновато промолвил и сделал шаг вперёд, желая прикоснуться к супруге, но Александра отскочила от меня как от прокажённого.

— Стой на месте, — прошипела она, как дикая кошка. — У нас с тобой договорной брак. И я приняла твои правила игры. Но унижать себя не позволю.

Фривольно ухмыльнулся. А малышка-то с характером. Прямо-таки взбесившийся воробушек, который того и гляди заклюёт ястреба без жалости и сожаления!

— Значит, развод?

— Нет, Игнат. Так, просто ты от меня не отделаешься. Развод состоится тогда, когда я скажу, — распетушилась моя девочка. — И на моих условиях.

Удивительно! Её реакция не вызывала у меня никакого отторжения или агрессии, наоборот, моя бунтарка умиляла меня, вынуждая гордиться смелой, независимой, воинственной девочкой.

— А теперь найди людей и помоги мне перевезти мои вещи.

— А ты сама не можешь?

Саша ехидно усмехнулась.

— Нет. Не могу. Ты как никак мой муж. И обязан во всём помогать. А пока ты только по ночам бегаешь, как похотливый кот. Но ничего, Игнат, я тебя исправлю. Научу семейной жизни. И знаешь, может, тебе очень даже понравится.

ДРУЗЬЯ! УСПЕЙТЕ ВОСПОЛЬЗОВАТЬСЯ книгой на прокат(50 %) скидка:

КНИГА: «ПОКОРНАЯ, но НЕПОКОРЁННАЯ…»:

— Ты прекрасна. Самая настоящая красавица, достойная всего лучшего.

Ледяной, липкий страх парализовал мою волю, как только услышала будоражащий кровь мужской голос. Зов самой бездны…

Готова поклясться что в помещении стало темнее… Или просто перед глазами образовалась чёрная пелена?

Молниеносно развернулась и с ужасом обнаружила, что в примерочной находится тот самый мерзавец, который вчера вечером меня едва с ног не сшиб.

Обескураженно приоткрыла рот. Банальное совпадение?!

— Вы что здесь делаете? Как вы сюда попали?

Ошарашенно смотрела на таинственного человека и невольно чувствовала, как липкий страх подступает к груди.

Холодный. Надменный. Страшный. Ужасно страшный. Этот мужчина напоминал дикого зверя, который загнал свою невинную жертву в ловушку.

Только я вовсе не жертва. Подавляла безумный ужас, пристально смотрела на мужчину, плохо понимая, что именно он от меня хочет…

Мерзавец усмехнулся, он упрямо молчал, а вот его похотливые глаза с эротическими искорками бессовестно водили по моему телу.

Мерзко. Грязно. Невероятно противно. Нервно сглотнула, чувствуя, как бешено стучит сердце.

Чувствовала себя товаром на аукционе, а этот подонок вёл себя как покупатель, который бесцеремонно оценивал товар.

— Пошёл вон отсюда, — давилась собственной яростью, воздуха не хватало, казалось, что этот надменный, невоспитанный хозяин жизни весь кислород забрал. — Даю секунду, чтобы убрались из примерочной, в противном случае вас выведет охрана. Не стоит испытывать судьбу. И прекрати так на меня смотреть.

Нахал приглушённо усмехнулся.

— Охрана. Правда? Давай. Кричи, куколка. Безумно хочу послушать твои страстные вопли.

Подонок хищно оскалился, продолжая наглым образом пожирать меня сумасшедшим взглядом, прожигая насквозь, лишая возможности адекватно оценивать ситуацию.

— Куколка, запомни, на мужчину нельзя повышать голос, он должен бояться взгляда, — ядовито прошипел мерзавец. — Едва слышу я, как твой голос песней льётся, он сразу в моем сердце отзовётся. Он наполняет все собой. В него хочу нырнуть — как в омут, с головой. Слушая мелодию твоих слов

душа мгновенно замирает, в состояние умиротворения всецело погружает. Твой голос, сладко дурманит, приятно пьянит. Твой голос, как магнит, притягивает и манит, манит. Бархатной мягкостью слух мой ласкает и вдаль за собою увлекает. И сердце бешено стучит. Обволакивает негой, томною и сладкой, оставаясь для меня загадкой. Неразгаданною тайной, обретённою случайно. Обольщает, завораживает, увлекает и манит, — протяжённо и безумно фамильярно простонал мужчина. — Манит. Непреодолимое желание идти за тобою вызывает. Даже если разум мне кричит «постой» я все равно иду за тобой. Даже если я ладонями закрою уши. Я сердцем его буду слушать.