Вечно твой крылатый балбес Радис»

Пирра сжала губы. Сердце билось попавшим в бурю драконом, но разум настойчиво напоминал, что радоваться рано. В конце концов, в письме супруга только слова, а их провидение отпускает всем подряд в любом количестве.

– Радис не сказал, какой именно магией на него воздействовали? – поинтересовалась Пирра хрипло. В горле застрял противный ком, и язык отказывался отлипать от неба. С какой бы радостью она и впрямь сделала бы вид, что ничего не случилось! Если бы могла, конечно.

– Сказал, что там замешаны подземные колдуньи… – брат смотрел на нее выжидающе.

– Конечно, куда ж без них в таких делах… Их воздействие рождает самые неожиданные вещи…. А как он объяснил выходку Циноса? – Пирра запустила обе пятерни в прическу. Показалось на миг, это на нее воздействует магия подземных колдуний. Все вокруг давило на голову и плечи.

– Расстройством из-за твоего бегства. У короля крутой нрав, все это знают.

– Они хотели убить меня, Дирр, – напомнила Пирра, окончательно убеждаясь, что самообладание оставляет ее.

– Ты не так поняла подслушанный разговор…

– Получается, кругом я сама себя наказала, – невесело подытожила чародейка. Снова уставилась брату в глаза, хотелось понять, что именно происходит: – Почему ты веришь им?

– Ты должна быть с мужем, – его величество пригладил свою и без того идеально уложенную шевелюру. – Да, он ошибся, но все не так однозначно и, думаю, он заслуживает шанса. Возможно, ты тоже виновата. Была недостаточно горяча в постели или не дотягивала до будущей королевы за ее пределами.

– Ах вот как…

– Мне кажется, Радис раскаялся… – брат перешел на шепот.

– Дай мне пяток великанов на неделю, – в тон ему ответила Пирра, – и я точно поеду на турнир.

– Вряд ли это возможно. Они работают там, где нужнее нашему народу. После наступления холодов, если ты еще не оставишь идею к тому времени.

– Хочешь принести меня в жертву своему страху?

– Ешь мясо, Пирра, и не говори глупостей. Я желаю тебе счастья. Правда, сегодня превосходный соус?

Брат выдавил придворную улыбку, и принцесса поняла, что разговор закончен. Возможно, у нее есть пара дней на решение, но его величество не готов обсуждать условия, только «да» или «нет». Ничего хорошего подобное не сулило. Брат хоть и был спокойнее свекра, но от своих решений отступал с бо́льшим трудом.

Уткнулась в тарелку и продолжила трапезу. Мясо показалось на редкость мерзким: жестким, тягучим и горьким, будто специально отлеживалось незнамо где несколько дней перед подачей на стол.

Возвращалась к себе неспешно, на ходу раздумывая, как поступить дальше. Уже попав обратно в Кессанский замок, Пирра остановилась и перечитала письмо Радиса. Зря! Лучше бы вовсе выкинула послание. Чем дольше она бегала глазами по строкам, тем больнее было думать о происходящем. Будто горный великан сжимал сердце безжалостной рукой.

С самого их с Радисом знакомства у Пирры не было иллюзий. Династический брак не обещал великих чувств, только уважение и доверие. Муж переиграл ее: к концу первого года брака принцесса влюбилась как кошка и, кажется, перестала замечать все вокруг. Еще бы! Красавец Радис не только великолепно ухаживал, дарил подарки и радовал в постели, он постоянно был рядом, выслушивал ее рассказы о магии, камнях и даже катал ее на своих крыльях.

Пирра не поняла, когда все изменилось. Не уловила первый холодок. Возможно, Радиса расстроил неудавшийся отцовский поход в шахты и ее нежелание делиться секретами запутанных коридоров Кессанского замка, или ему просто наскучила очередная влюбленная женщина, но в один из дней принцесса обнаружила, что проводит в библиотеке куда больше времени, чем подле мужа. Заметила, что частенько гуляет в одиночестве и с тоской смотрит в небо.

После к холоду от супруга добавился интерес Циноса, и в жизнь Пирры пришел ледяной шершавый страх. Поговорить с мужем о своих сомнениях она не успела. Все вмиг стало неважным. Радис, сияя, как змеиная чешуя на солнце, объявил о рождении наследника.

Сейчас, сжимая в руке исписанную торопливым почерком бумажку, принцесса страшно боялась ошибиться. У нее не осталось заступников и надежного дома, даже горы и те отказались помогать ей, спрятав такие нужные самоцветы. Любой неверный шаг обещал обойтись слишком дорого.

Коридоры Кессанского замка пустели к ночи, и Пирра не пыталась держать себя в руках. Все равно никого не встретит на пути. Душой владели мрачные духи подземелья, и единственное, чего хотелось по-настоящему – поплакать в темном уголке. До этого злосчастного письма она думала, время подлечило и самолюбие, и сердце… Напрасно! Все оказалось свежее, чем цветы в королевском зале для приемов.

Пирра свернула в коридор и шмыгнула носом. Скоро будет у себя в спальне и сможет нареветься вдоволь.

Остановилась, вглядываясь в высокую фигуру рядом с ведущей в приватную часть замка лестницей. Около перил, освещенный тусклым светом магических кристаллов, стоял новый знакомый господин Стир и рассматривал гобелены вокруг. Пирра нахмурилась. Обычно магия не пускала в эту часть замка посторонних, и не мешало бы выяснить, как сюда попал гость.

Вытерла слезы и еще раз посмотрела на мужчину. Как и все жрецы воздушного бога, он был статен и хорош собой: широкие плечи, сильные руки, правильные черты лица, темные волосы, идеальная стрижка. Прямой нос, в меру тяжелый подбородок, не тонкие губы… Не мужчина – идеал. Разве что во взгляде его синих глаз читался не свойственный драконам холод, но Пирра не бралась гадать, в чем дело. Даже если он и впрямь полукровка, это ровным счетом ничего не значит. Спрятала письмо в карман платья и направилась в сторону гостя.

– Опять потерялись, господин Стир? – улыбнулась ласково. Драконы видели в темноте лучше хранителей самоцветов, и стоило следить за лицом. – Или вас снова что-то напугало?

– Ищу вас, – он вернул улыбку. – Жажду еще раз испытать себя на прочность при встрече с чародейкой. Думал пригласить прогуляться после ужина по местному саду. Сопровождающий так долго восхвалял его, что я решил непременно увидеть это чудо. Не хотите ли показать гостю местные красоты?

– Даже не буду интересоваться, как вы нашли вход в жилую часть…

– Я не искал. Сопровождающий проговорился, куда идти.

– Кадвор болтун, каких поискать, – заметила Пирра. Пока все рассказанное походило на правду. В конце концов, магия могла подпустить незнакомца к лестнице, если не заметила в нем дурных намерений.

– Так что насчет прогулки? – Стир ухватил дракона за крылья. – Я бы не отказался побеседовать с вами с глазу на глаз, так, чтобы нас никто не услышал, принцесса.

Пирра ухмыльнулась. «Принцесса» многое объясняло.

– Вы осведомлены, что здесь меня защищает местная магия? И любого, покусившегося на мою жизнь, ждет медленная мучительная смерть?

– Я не собираюсь покушаться на вашу жизнь. Окажете мне честь?

Хозяйка замка смерила его внимательным взглядом. Она не была в саду целую вечность, предпочитала шахты, но не отказалась бы навестить цветочки перед сном.

– Пойдемте, – она поманила мужчину в нужную сторону. – Я даже знаю подходящее место.

– Отлично! Я самый удачливый жрец сегодня.

– Не торопитесь. Подсчитывать прибыли будете после разговора, – Пирра ускорила ход. Любопытство хоть и ненадолго, но прогнало злость и обиду.

***

Ластир шел рядом с принцессой и раздумывал, с чего начать беседу. Поразмыслив после встречи в хранилище, решил особо не хитрить: Пирра показалась неглупой женщиной, и играть с ней в драконов и пташек не хотелось. Осталось только верно выстроить прямой разговор. С ним у Ластира были сомнения. Повелителя Жвакара и впрямь недолюбливали все соседи. Но принцесса уже шагала рядом, и обратный путь заволокло облаками забвения.

Они свернули в очередной коридор – сколько их в замке, похоже, не знал даже воздушный бог, – вошли в большой зал, пересекли его по диагонали и попали в сад через высокие стеклянные двери. Первое, что уловил Ластир, – запах. Воздух будто состоял из ароматов цветов, самых разных: сладких, горьковатых, нежных и настойчивых. Тьма мешала, глаза не видели всего разнообразия, но нос улавливал сонмы оттенков.