– Нам нужно срочно уходить отсюда. Эта наша последняя ночь. Князь становится всё агрессивнее и наглее в своих попытках меня удержать. Так что нам пора!

– Но как же?!

– Вперёд, милый! Прыгай в рукав и полетели!

– Полетели? – удивлённо встопорщил он свой гребень.

– Да, именно полетели.

И ничего не объясняя, и не напоминая (с памятью у него тоже совсем плохо стало: ещё немного – и мы сами в этом дворце превратимся в безмозглые цветы), я запихнула сопротивляющегося дракончика в свой рукав.

Выскочив на поляну перед цветущим дворцом, я немного притормозила. Моей кареты не было.

Очень надеюсь, что просто ещё не было.

А позади из дворца уже слышался топот (точнее, шелест) ног придворных и пронзительно-напевные и от этого ещё более громкие слова князя Пиона.

– Адалия, драгоценная моя, не стоит так смущаться, нам же будет хорошо вместе…

Ага, как же! Особенно если меня посадить в горшок и заставить цвести там.

Порыв ветра едва не заставил меня упасть на колени. Прямо над моей головой пронеслась карета, запряжённая журавлями – и правила ею Сунь-Ань.

Едва она притормозила, я ловко запрыгнула в цветущую колесницу. А Сунь-Ань при взлёте выкинула из неё ошеломлённого и немного связанного Георгина Великолепного. Немного – так как связан он был не верёвками и даже не традиционными здесь лианами, а рукавами своего собственного роскошного халата.

Журавли заголосили и поднялись в небо. Мы сбежали. Очередной раз из очередного дворца. Ох и везёт мне на них, на дворцы эти.

Оглянувшись, я увидела, как Пион Белый бегает по поляне, размахивая руками, а часть воинов дриад спешно поднимается в небо на незапряжённых журавлях: некоторые, взлетев уже на приличное расстояние, красиво падают с этих больших птиц вниз. Без достойной упряжи трудно удержаться в воздухе, и хорошо, что изнеженные придворные совсем не похожи на пограничных воинов с их цепкими лианами.

Какое-то время мы себе выиграли, но теперь всё зависит от скорости нашей кареты.

Мы летели на Запад, прочь от хитрых прелестей Изумрудного леса.

На опушке Сунь-Ань приземлила карету, распрягла её и отправила журавлей восвояси.

А нас уже ждали. Тар Ар Хен вышел из-под кроны огромного клёна, как всегда, со своей блудливой улыбочкой на устах.

– Вас, девушки, можно поздравить с успешным побегом от столь гостеприимного князя?

Сунь-Ань проигнорировала рыжего, как и всегда.

– Можно. Надеюсь, – вздохнула я.

– Выглядишь… очень… свободной, – заметил Тар Хен, так ненавязчиво намекая на мой вид.

Под его пристальным насмешливым взглядом моя нижняя рубаха показалась мне ещё более тонкой и короткой. Я, приняв независимый вид, извлекла из дорожного мешка своё дорожное платье.

– Готова, – пояснила я, завязывая пояс.

– И славненько, – потёр руками он. – Тогда прошу вас, дамы, на тайные тропы.

И мы сделали первый шаг.

В этот раз мы не сразу оказались под звёздным небом. Вначале нам пришлось побывать в кленовой роще, где царила осень. Жаль, что торопились: зрелище было очень красивым. Клёны разных сортов в эту пору приобретают изумительные оттенки – от красно-бордовых до медных и бледно-золотых. Казалось, что их специально высадили тут и чарами заставили застыть во времени.

Побывали мы и на топком болоте, и в мангровых зарослях, и лишь спустя несколько переходов наконец-то оказались там, куда я стремилась. Под звёздами ночного неба.

Идеально. Луны не было. Чёрный бархат неба стал гуще, а сами звёзды ярче. Путь, что они собой представляли, чётко показывал нужное направление.

Я улыбнулась. Князь дриад не зря старался меня задержать, без моих подсказок ему ни за что не догадаться, где искать жемчужину пространства.

Впрочем, и никому другому это не грозит. Вряд ли Кипарис Древний в ближайшее время откроет свою лавку.

– Теперь нам пора в путь.

– Что, и всё? – возмутился рыжий. – Мгновение посмотрела на небо – и уже уходим?

– Не вижу смысла оставаться. Ещё дриады сюда нагрянут. Зачем нам это?

– Ну… я буду героически вас спасать и похищать! – Тар Хен принял пафосную воинственную позу.

– Убереги нас, Великая Мать, от такого зрелища, – в тон ему со смехом ответила я.

Обречённо пожав плечами, Тар Ар Хен вывел нас в обычный мир. В этот раз, как я и попросила, на восток Изумрудного леса.

– Следы путаешь, красавица? – уточнил он, когда солнечный свет вновь засиял нам.

– Скорее, сокращаю путь.

– А вам на восток? Так можете присоединяться ко мне. Мой караван уходит завтра с утра в этом направлении. Вместе веселее. И безопаснее. Помнишь, я говорил о бедах, что одиноких дев подстерегают? Оно тебе надо? Снова плен, похищение.

– Наоборот, – не удержалась я от шпильки. – Сначала похищение, плен потом.

– Ну тебе, как опытной в этих делах, виднее, – усмехнулся рыжий. – Так что? Поедем вместе?

Я задумалась. Предложение и вправду было хорошее. Так можно многих бед избежать. Но было одно «но». И это «но» радостно скалило зубы, а ветер трепал его рыжие кудри.

– Нет. Всё-таки нам лучше идти прямо сейчас.

– Да не переживай, красавица! Спрячу я тебя до утра! У меня в караване дриады тебя не найдут.

– Спасибо, Тар Хен, но, боюсь, оплата за проезд, что ты назначишь, будет слишком высока для меня.

Рыжий погрустнел.

– Ну хочешь, я поклянусь, что не буду приставать?

Так искренне сказал, что я, может быть, и поверила бы, если бы не весёлые демонята в его зелёных глазах.

– Благодарю тебя за помощь, но нет. Мне свободнее одной, – и, увидев, как рыжий погрустнел ещё больше прежнего, добавила. – Маленькому отряду легче затеряться на просторах этого мира.

Тар Хен не стал меня больше уговаривать, лишь подошёл ближе. Я ожидала, что он снова потребует, точнее, беззастенчиво возьмёт с меня свою обычную плату за помощь. Но он лишь нежно поцеловал меня в лоб, и с какой-то щемящей тоской попрощался.

– Береги себя, Адалия. Надеюсь, Пути Великой Матери вновь сведут нас.

И наш маленький отряд снова отправился в путь.

По мере того как мы удалялись от Изумрудного леса, Фан оживал всё больше.

– А еды-то мы взяли? – задал он главный вопрос.

– Безусловно, милый.

Цветочные чары покидали дракончика, возвращая тому не только бодрость, но и ясность сознания.

– Это хорошо, – и довольный Фан даже перебрался на моё плечо, чтобы осматривать окрестности. – А как ты поняла, куда нам идти?

– Честно говоря, я не была уверена до конца, пока мы не побывали на тайном пути под звёздами, – призналась я.

– Ты поняла, что «среди собственных строк» означает намёк на хризантемы, которые ты растила в своём саду в гареме?

– Благодаря тебе, Фан, ведь ты мне подсказал, что на языке царства Шень хризантемы означают «сущность солнца». Больше ничего «своего» у меня там не было. Да и вообще нигде. В Арнаде брат всё прибрал к рукам.

– А солнце восходит на востоке, – кивнул дракончик.

– Да, и про это косвенно намекает новолуние.

– Рождение луны как противоположность рождению солнца.

– Именно. Но пока я не увидела направление звёзд на тайной тропе, которые становятся видны лишь в момент новолуния… только это и придало мне уверенность. Иначе всё это очень косвенные подсказки.

– А дворец? То, что нам нужно искать – это именно дворец на востоке? Ты так решила только потому, что растила хризантемы во дворце? В своём маленьком дворце в гареме? – с сомнением протянул дракончик.

И, если честно, он был прав, очень натянутая у меня догадка про дворец. Пришлось объясняться:

– Не совсем, точнее не только поэтому. Есть ещё двойная подсказка: ищи их среди собственных строк. Что если это про строки в самой загадке?

– И? – вот тут Фан, до этого момента мудро кивающий моим предположениям, удивился.

Я гордо улыбнулась (мысленно, конечно):

– Если взять первые буквы первых слов обеих фраз, что сказал нам Кипарис, то как раз и получится слово дворец! Такое чтение ещё называют вертикальным стихом!