- Ангелина, - начал все тот же властный дедуля, - Меня зовут Глеб Александрович Мальтов, я глава этого дома и всей нашей семьи. Это мой сын Алексей - твой отец, его жена Дарья, ну и с Ангеликой ты немного успела познакомиться.

Я всех обвела взглядом, сказать, что почувствовала что-то родственное, ничего не сказать. Да и вряд ли сейчас я могла что-то чувствовать.

Девочке, которой пятнадцать, и, которая всего месяц с лишним назад потеряла мать, вряд ли способна на сентиментальность и слезы радости от воссоединения с семьей, которая в принципе была рядом, и, если бы у кого-то из них возникло хотя бы малейшее желание общаться и видеться, то это обязательно бы произошло.

Но как всегда в жизни сильно много ,,если бы". Алексей Глебович, мой папа. Папа. Я даже это слово произносила за свою жизнь всего несколько раз. В моем свидетельстве о рождении в графе отец стоит прочерк, а отчество, как и у мамы Павловна.

Стоит сказать, что Алексей, пока могу называть его только так, очень красивый мужчина. Возраст около сорока, статный, хорошо одет и сложен. Но внешне я копия своей мамы и бабушки, от отца мне не досталось абсолютно ничего.

Я признаться этому только рада. Алексей не сводит с меня взгляда и в этом взгляде нет ничего отцовского. Он, как будто смотрит на меня, а видит совсем другого человека. А еще я вижу, как подрагивают его пальцы, он очень волнуется и не может это скрыть.

Рядом с ним женщина Дарья, его жена, то есть моя мачеха. Выглядит она очень усталой. Нет, она также хорошо одета, ухожена. Видно, что регулярно посещает салоны красоты, но взгляд пустой.

Она, как красивая упаковка и больше ничего. В ней нет ни высокомерия, ни стервозности, ничего, пусто. Похоже ее вообще ничего не интересует.

Алексей держится отстраненно от нее, а еще почему-то у него нет кольца на пальце. Да, наблюдательность мое все. Я с детства все вокруг подмечаю, анализирую. Не зря же все считали меня через чур взрослой.

Ну и моя сестра Ангелика, даже имена у нас похожи. Странно, как так получилось? Она моего возраста, не старше, хотя внешне тяжело понять. Очень красивая, глаза карие, вот она как раз и похожа на Алексея.

Высокая, настоящая аристократка и прекрасно вписывается в эти стены, в отличие от меня. Ангелика смотрит на меня и не перестает улыбаться. Ей видно, очень хочется остаться со мной наедине и много, много чего рассказать.

Но я так сильно устала от поездки, что единственным желанием хочется побыстрее принять душ и лечь спать. Дорога, сильные эмоции очень вымотали меня, все вокруг воспринимается тяжело и давяще. Стены давят, люди давят.

- Я бы хотел поговорить с Ангелиной наедине.

Все как будто только и ждали этого приказа. Вмиг и в гостиной мы остались вдвоем. Глеб Александрович пристально смотрит на меня, пытаясь что - то разглядеть. Мне бы упасть на кровать и проспать пару дней, а тут разговоры, ну, конечно, кому есть дело до моей усталости.

- Пойдем, - говорит Глеб Александрович.

И всего-то! А я то думала. Судя по всему, дедуля не отличается многословностью. Я иду следом за ним, для своих лет он очень быстро передвигается.

Мы поднялись на второй этаж, остановились прямо напротив огромной массивной двери. Мужчина достает из кармана пиджака ключ и быстро открывает ее. Когда мы входим внутрь, я тут же забываю за усталость, и что пару минут назад хотелось спать.

Да я даже дышать и то забываю.

На мгновение время застыло. Мы входим в библиотеку и не просто в библиотеку. Это настоящий музей книг, настоящий клад для таких, как я. Их настолько много, что просто не сосчитать даже по количеству, не то что все прочесть.

Тут и несколько жизней не хватит. Посередине комнаты стоит пианино, судя по виду начало двадцатого века. Даже оно здесь гармонично вписывается. Огромные окна, возле которого круглый стол и два кресла по бокам. На столе несколько фотографий в красивых рамках, но мне не хватает времени рассмотреть их внимательно.

Все мое внимание сосредоточено только на книгах. По переплету замечаю, что у разных изданий разный возраст. Здесь собраны издания со всего мира. Многие из них кажутся бесценными.

Нахожу несколько названий и вспоминаю, что читала в интернете про них, что они были куплены на закрытых аукционах за бешеные деньги, а часть я уверена даже считается пропавшей.

Мне казалось у Раисы Ильиничны огромная библиотека, но эта... Сколько же надо лет потратить, чтобы собрать все это? Видно, что здесь регулярно убирают, вокруг ни пылинки, даже воздух другой. На стене старинные часы, но время здесь останавливается. Уверена, зайди сюда с утра, и не заметишь, как настанет глубокая ночь.

- Вижу ты оценила мое хобби, Ангелина!

От вопроса я даже подпрыгнула, уже и забыла, что здесь не одна.

- Да ... Здесь... Даже слов нет. Как, как вы смогли все это собрать?

- Я очень долго живу и много, где был, да и не все это моя заслуга. Здесь есть издания разного времени, коллекцию начали собирать еще наши предки. Понимаешь, у всех разные увлечения, кто-то покупает лошадей, другие картины, драгоценности, а у меня вот... Мужчина обводит рукой комнату.

- Когда остаешься сам, и вся жизнь почти позади, есть время на раздумья. Я люблю здесь думать, и моя покойная жена, твоя бабушка Мария Петровна, тоже очень любила книги, так же как и цветы. Ты заметила сад во дворе?

- Конечно, он безумно красив!

- Это тоже ее заслуга. Маша, несмотря на титул и кучу слуг в доме, сама любила повозиться в земле. Все эти цветы, деревья, кустарники, я и половины названий их даже не знаю.

Везде, где бывал в разъездах, брал свою Машу. Пока подписывал очередные договора, она знакомилась с местностью и всегда вместо подарков привозила разные саженцы, хотя по стоимости и не сказать,что они дешевле бриллиантов.

Глеб Александрович слегка улыбнулся, еле заметно, но уловимо, и на минуту закрыл глаза и замолчал, о чем - то видимо вспоминая.

- Давай присядем. Ты с дороги, я не отниму у тебя много времени. Ключи от этой комнаты есть только у меня и у Клавдии. Она старшая у прислуги и очень давно здесь работает. Ты скоро с ней познакомишься, как и с остальным персоналом.

Она убирает здесь два раза в неделю, остальным вход сюда запрещен. Сыну давно нет не до чего дела. Дарью волнуют другие проблемы, а Ангелика пытается увлечься всем и сразу. Но я вижу это не приносит ей никакого удовольствия. Ей скорее больше скучно. Хотя она и пытается обмануть старика, видимо, подлизывается.

- Ну какой вы старик? Вы мужчина в почтенном возрасте и в отличной форме!

Я пыталась разрядить немного неловкую обстановку. Было немного не по себе. Меня, которую он видит скорее всего впервые, приводит в свою сокровищницу и рассказывает личные моменты, он ставит выше, чем ту внучку, что росла и жила с ним всю жизнь.

- Здесь есть издания на разных языках. Ты же знаешь языки, как твоя мать?

Вопрос поставил меня в тупик.

- Я понимаю, о чем ты думаешь, - все также спокойно продолжал Глеб Александрович. - Откуда мне знать о твоих увлечениях? Поверь, если твоего деда и отца не было рядом, это не значит, что мы были не в курсе твоей жизни. Мальтовы всегда были главными спонсорами твоего лицея.

У меня от удивления даже глаз задергался.

- Но вашей фамилии никогда не было в списке спонсоров.

- Я знаю, это было наше главное условие - анонимность. Твоя мать не должна была ни о чем знать.

- Значит вы знали и Раису Ильиничну?

- Разумеется, удивительная женщина, сильная, всегда с гордостью и любовью отзывалась о тебе и Надежде.

- Значит путевки, подарки это тоже, благодаря вам?

- О нет, девочка, все подарки и призы - это только твоя заслуга и больше ничья. Мы только спонсоры, но не более. Раиса сразу обговорила свои условия. Несмотря на свою любовь к вам, справедливость у нее на первом месте.