Гануш распрощался с продавщицей, которая, судя по масляным глазкам, уже мысленно построила матримональные планы в отношение любезного незнакомца с толстым кошельком.

Спустя десять минут Витольд был уже у дома бабки, прозванной в селе Трандычихой.

— Хозяйка! — крикнул он и продемонстрировал рублевую купюру. — У тебя лопата есть? Дай червей накопаю на рыбалку. Бабка выскочила во двор, подслеповато прищурилась:

— Чего тебе?

— Бабуль, разреши червей накопать на твоём огороде? — громко повторил Гануш, протягивая рубль. — Навоз-то есть?

Бабка ловко выхватила рубль из рук Гануша, бросила:

— Заходи!

Проводила его в сад, сунула в руки старую лопату, показала на кучу навоза возле сарая:

— Вон там копай! Да побыстрей. Некогда мне.

Однако Гануш копать червей не спешил. Украдкой оглядевшись по сторонам, он подошел вплотную к бабке и тихо спросил:

— Где найти отца Алексия?

Бабка замерла, потом скривившись, ухмыльнулась и поинтересовалась:

— А зачем тебе поп-расстрига, а?

— Нужен он мне, — тихо ответил Гануш. — Друг он мой сердечный.

Бабка огляделась по сторонам, не обнаружив вблизи никого, в том числе и соседей за забором, буркнула:

— Сто рублей!

— Сколько? — удивился Гануш. — Сто? Не много ли хочешь, старая?

Бабка развела руками:

— Не хочешь, как хочешь! Значить, не нужен тебе он.

— Ладно! — согласился Гануш, протягивая 50-рублевую купюру. — Остальное, когда покажешь мне его.

Бабка отрицательно покачала головой:

— Нет, милок! Так не пойдёт! А если он с тобой не захочет увидеться? Не… Давай сотню целиком. А завтра с утра часов в семь подъезжай ко мне. Повезешь меня в Кутятино. Там всё и решим.

Скривившись, Гануш, мысленно проклиная старую скрягу, протянул ей ещё 50 рублей.

— Вот и молодец! — улыбнулась бабка. — Завтра жду тебя в семь часов утра! Не проспи!

На следующее утро ровно в семь он стоял возле бабкиного дома. Трандычиха вышла, закрыла дом на висячий замок, садиться в тесную люльку не стала, а вскарабкалась на сиденье позади Гануша, ухватив его за бока.

— Поехали!

Он довёз бабку до центральной площади районного центра.

— Жди меня здесь! — сказала Трандычиха. — Что ему передать?

— Передай, что для Вацлава и Кшиштофа посылка пришла.

Гануш уже понял, что бабка направлялась через дорогу на центральный переговорный пункт, где был междугородный телефон. Он угадал. Бабка вышла через полчаса, по-хозяйски залезла сзади, скомандовала:

— Поехали обратно!

У своего дома она объявила:

— Завтра жди его на автостанции в Кутятино в час дня. Обещался приехать с «межгородом».

«Межгородом» звали междугородний автобус. Гануш посмотрел бабке в глаза:

— Смотри, если не приедет, отвечать тебе! Сожгу в чертям собачьим!

Глава 16.

Дела магазинные, почти семейные, оперативно-розыскные.

Переславль

Я приехал в поселок Химик к Наталье Михайловне на следующее утро к восьми часам, рассчитывая, что она будет собираться-краситься, как любая молодая девушка, минимум час, а то и полтора. Я не угадал. Стоило мне подняться к ней в квартиру, как она встретила меня на пороге, как говорится, во всеоружии.

С Зинаидой Михайловной я созвонился накануне, еще вчера, как только вернулся домой. Она уже собиралась уходить. Успел я её застать, вовремя набрал номер.

— Конечно, приходи, Антон!

А что она еще могла сказать?

— Я приготовила список, — сообщила Наталья Михайловна. — Только это…

Она смутилась, отвернулась, но справилась с собой и сказала:

— Я рассчитывала, что ты мне одолжишь некоторую сумму.

— Разумеется, Наталья Михайловна!

Ходить, точнее, ездить по магазинам с Натальей Михайловной мне неожиданно понравилось. Во-первых, у неё был список, которому она жестко следовала: заходим в посудохозяйственный, берем это, это и это. И никаких тебе вводных, мол, надо бы посмотреть то, сё, а потом еще вот это…

Во-вторых, содержание списка, в который были включены вещи исключительно с практической точки зрения, продумано основательно, в чём я убедился лично.

Мы заходили в магазины, Наталья Михайловна доставала из сумки блокнот, где был составлен этот самый список товаров и предметов первой необходимости, ручку и вперед! Пошла массовка!

Визит в ЦУМ за одеждой у нас пошел заключительным этапом. Зинаида Михайловна весьма удивилась, увидев у меня новую пассию. А еще больше удивилась её запросам.

— Тулуп овчинный, телогрейка ватная 46 размер, сапоги кожаные на меху, сапоги кожаные осенние…

Она кивала, поднимала на меня удивленный взгляд, потом зачитывала снова.

— Вы что, в экспедицию собрались? — наконец не выдержала Зинаида Михайловна. — Собирала я как-то группу студентов-геологов… Вот там было почти то же самое!

— Почти, Зинаида Михайловна! — загадочно улыбнулся я. — Собираю вот свою очень хорошую знакомую…

— Надеюсь, ты не уходишь никуда в эту самую свою экспедицию? — буркнула директор. — А то ведь у нас с тобой тут кое-какие дела…

Наталья Михайловна бросила на меня внимательный взгляд. Я ей улыбнулся и подмигнул.

— Куда я денусь от вас, Зинаида Михайловна? — пошутил я. — У меня домик в деревне, корова, запасы на зиму.

— Пригласил бы что ли к себе в гости, — задумчиво сказала она. — Денька на три отдохнуть от городской суеты.

Наталья Михайловна незаметно наступила мне на ногу, мол, я тебе приглашу!

— Посмотрим, — уклончиво ответил я. — Может, и отдохнём.

В общем, к полудню мы свой вояж по магазинам завершили, машину забили практически до отказа: и салон, и багажник, оставив только свободные места для пассажира и водителя. Конечно же, тремястами рублями дело тут не обошлось: если зимние сапоги из крепкой, прочной кожи, разумеется, немецкие «саламандер» стоили 80 рублей! И это по госцене, без спекулятивных накруток!

Я умышленно завернул к кафешке. Наталья Михайловна смолчала, видимо, впечатленная суммой потраченных на неё денег.

— Надо пообедать, — заявил я. — А то я сейчас в деревню собираюсь. Некогда будет.

Учительница кивнула.

— Я так думаю, что все покупки мне лучше отвезти в Кочары, — заметил я. — Чтоб лишний раз не грузить, не перегружать. Вы как считаете?

— Если тебе не сложно, Антон, — осторожно ответила Наталья Михайловна. Ты их Цветане в дом тогда сложи, хорошо? Я у неё ведь жить собираюсь.

Я не возражал. Я так и предполагал. Я совсем не готов был к тому, что у меня в доме поселится взрослая женщина, ну, кроме maman, конечно.

И всё-таки интересно, как Цветана убедила её идти к ней в ученицы? Бросить спокойную размеренную городскую жизнь, променяв теплую квартиру с горячей водой на жизнь в деревне? Хотя с другой стороны, эта квартира никуда от Наташки не денется, будет она приезжать в город на выходные. А там видно будет!

— Антон! — перебила мои мысли Наталья Михайловна. — Извини, пожалуйста, сможешь мне одолжить еще хотя бы рублей десять?

Я молча вытащил из кошелька и протянул ей четыре 25-рублевых купюры. Для меня это была такая мелочь! Для неё, надеюсь, это тоже скоро станет так же.

После кафе Наташка вдруг домой, в поселок Химик ехать отказалась, сославшись на какие-то дела. Я же прямиком рванул в деревню.

УКГБ СССР по Переславской области.

Кабинет начальника Управления

— Заместитель председателя комиссии полковник юстиции Некрасов Юрий Олегович, — доложил начальник отдела контрразведки полковник Горюнов, — во внеслужебное время дважды посетил объект «Площадка». На территорию объекта проникнуть не пытался, но, — полковник улыбнулся, — в щели между досок заглядывал. В отношении него в Москву направлена ориентировка.

Киструсс кивнул, перевел глаза на Устинова: