- Катя, ты же старшая сестра. Подойди первая и помирись.

- А я не хочу с ней мириться?

- Да что такого она сделала?

- Она соврала мне, и не только мне. Пыталась своей ложью отбить у меня парня, - я перечисляю все Надины ошибки, без подробностей.

- Ей нравился Дима? - мама делает удивлённые глаза.

- Мама, я слышала ваш разговор с Надей. Можешь не притворяться.

- Прости меня, не казалось, что это детская прихоть.

- Как видишь нет. И не надо говорить, что я старше и должна уступить. Ты всегда так говорила, а я всегда устапала. Но сейчас не тот случай.

- Катя, ты права. Я попробую ещё раз поговорить с ней.

***

Начинается зачетная неделя, Дима больше не появлялся в деканате. Несколько раз я уже проверяла документы, чтобы убедиться, что он все еще числится в институте. Вдруг он как-то смог отчислиться с помощью Светланы Витальевны. Подойти к ней и спросить я не решаюсь, не знаю, как она расценит мои вопросы.

- Катя, там проблемы с замком в триста первой аудитории, - Василий Петрович заходит к нам в деканат.

- Я поняла, вызовем мастера.

- Спасибо. И поторопись, а то сегодня уже студенты случайно закрылись там.

Я собираюсь набрать нашему завхозу, чтобы тот прислал мастера, но меня отвлекают студенты второго курса.

***

Из-за совещания в деканате я не успела сдать зачет. И первый раз я иду на пересдачу, хотя раньше я всегда сдавала все в первых рядах. Захожу в кабинет к методистам, нужно забрать ведомость.

- Таня, привет. Распечатаешь ведомость на зачет по кредитам?

- Привет. Я уже распечатала. Возьми на принтере, вас несколько групп, заберешь на всех?

- Конечно, – я беру ведомости и иду в аудиторию. Здесь никого, преподаватель еще не пришел. А вот почему я одна из студентов? Я смотрю в распечатки и вижу свою фамилию и Егорова, самого заядлого прогульщика и пофигиста. А вот во второй ведомости фамилия только одна и она слишком хорошо мне знакома. Хлопает дверь, я поднимаю глаза. Вот и он.

- Прекрасно. Препода еще нет, я подожду в коридоре, – я собираюсь выйти, но Дима перехватывает меня за руку. Мое лицо оказывается в опасной близости от его.

- И тебе привет. Можешь остаться, я тебя не съем, – он и не думает меня отпускать, только смотрит на меня, не спуская глаз.

- Мне нужно выйти, – я все таки вырываюсь, но он оказывается быстрее меня и захлопывает дверь прямо у меня перед носом. А ведь именно в этой аудитории проблемы с замком. Я вспоминаю, что так и не вызвала мастера. Я дергаю за ручку, ничего. Мы с Димой заперты в одной комнате. Сама виновата.

- Чудесно.

- Я тоже так думаю, – он нависает надо мной.

- Я не то имела в виду. Ты вообще последний человек, с кем я бы хотела оказаться в одной комнате.

- Катя, может, хватит играть в кошки-мышки. Я же вижу, что ты все еще любишь меня.

- И как ты это увидел?

- По твоему поцелую в деканате, – я снова вспоминаю его, предательское тело выдало меня с головой.

- Ты же хотел забрать документы и уехать. Почему ты еще здесь?

- Я передумал, – я, оказываюсь, прижата к двери. Он тянется, чтобы поцеловать меня, но я подныриваю к нему под руку и отхожу на безопасное расстояние.

- Ну и зря. Москва уже ждет тебя. Уезжай быстрее.

- Катя, ты же знаешь, про то, что Надя с Олегом придумали ту историю. Почему ты до сих пор винишь меня?

- Знаю. А то, как ты оказался в постели с какой-то наркоманкой, тоже они договорились и организовали?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Нет. Это организовал я, по своей глупости. У нас ничего не было, я уже говорил тебе.

- Даже если не было, что под очень большим вопросом. Почему я должна искать тебя по всем непонятным квартирам? Я не хочу этого. Не хочу таких отношений. Постоянные проблемы, какие-то непонятные друзья.

- Я обещаю тебе, что такого больше не повторится. Твоя сестра как бы тоже не ангел, - он облокачивается на закрытую дверь спиной.

- Подловил, - про Надю он прав. Я абсолютно уверена, что это была её идея. - А куда тогда вы ездили вместе с ней?

- Я хотел просто позлить тебя. Вообще, я и сам не знаю, зачем это сделал. Но именно тогда я и понял, что она говорит неправду. А Олег уже позже подтвердил это. Катя, я больше не собираюсь тебя обманывать.

- Конечно, у меня и сомнений в этом нет, – я сажусь на парту. Как мне хочется в это верить, если бы он только знал. Дима подходит ко мне, я слишком поздно понимаю это и не успеваю убежать. Он пытается меня обнять, но я так просто не дамся. Чем больше я сопротивляюсь, тем крепче он меня обнимает.

- Посмотри на меня и скажи, что не любишь. Не надо врать мне про Пашу, что у вас с ним любовь и отношения. Я все знаю, Морозов и не скрывает правды.

- Вот предатель, - мог бы и предупредить меня о том, что сдал меня с потрохами.

- Спасибо ему, – он приподнимает мой подбородок и я смотрю ему прямо в глаза. Дима хочет поцеловать меня, и я уже не могу никак этому помешать, когда раздается щелчок и дверь открывается.

- Здравствуйте, – преподаватель заходит в аудиторию. – Вижу, вы уже готовы к зачету.

Я отхожу от Димы и сажусь за парту.

- Готовы. Я могу первой тянуть билет.

- Так, как я понимаю Романова и Гордеев пришли на пересдачу, а Егоров не явился. Что же, пересдачи я люблю.

Спустя час мы с Димой выходим из аудитории, оба не сдав простой зачет. Со мной такого никогда не было. Преподаватель будто издевался над нами и гонял по всем темам. И если я еще пыталась как-то отвечать, то Дима был совершенно спокоен и расслаблен. Казалось, что его совсем не волнует незачет.

Я стараюсь убежать от Гордеева, но идет за мной по пятам.

- Долго ты еще будешь преследовать меня?

- До тех пор, пока ты не согласишься, что мы созданы друг для друга.

- А если я никогда не соглашусь?

- Значит, я буду вечно преследовать тебя.

- Твой юмор не смешной, – я надеваю куртку и выхожу на улицу и спускаюсь по ступенькам. Тут идет сильный снег, и я не вижу, как наступаю на лед, а ботинки у меня скользкие, я уже готовлюсь встретиться с землей, но Дима подхватывает меня. А дальше происходит то, чего я так ждала и боялась. Его язык оказывается у меня во рту, здесь нет места нежным и ласковым поцелуям, только бешеные эмоции. Я цепляюсь за него, то ли, чтобы не упасть, но скорее всего, чтобы быть как можно ближе.

- Вы бы хоть до дома дошли, – преподаватель стоит над нами. Он ухмыляется. – Не забудьте подготовиться к пересдаче.

- Спасибо. Мы подготовимся. – Дима отвечает за нас двоих. Я настолько смущена, что не могу ничего ответить. Он проходит мимо и удаляется в сторону парковки. А мы возвращаемся к тому, на чем остановились, будто подростки. Я понимаю, что жутко соскучилась по нему. Мое сердце говорит, что любит, а голова подсовывает воспоминание Димы в спальне с другой.

Я пытаюсь отстраниться, он не выпускает.

- Да, отпусти ты меня, - у меня наконец-то получается вырваться. – Не делай больше так.

- Катя, почему? – он разочарованно смотрит на меня.

- Ты знаешь причину. Я не смогу тебя простить, извини. Я хотела бы, но не могу. Не могу забыть твою измену.

- Я же тебе говорил, что не было никакой измены.

- Я уже не могу верить твоим словам. Прости, но по-другому не получается.

В этот раз я уже готова к скользкому льду и поэтому у меня получается уйти и не упасть. Я иду не оборачиваясь. Голова начинает болеть, реакция на смену погоды. Еще этот дурацкий снег повалил так, будто в последний раз, кажется, начинается метель.

Я с трудом добираюсь до дома. В квартире тишина. Я иду на кухню и завариваю себе чай, грею руки о горячую чашку, мысленно все время прокручиваю наш поцелуй. Я всегда думала, что измену нельзя прощать и осуждала тех, кто прощал. Но сейчас я сама оказалась с такой ситуации, и не могу избавиться от этого наваждения.

Утром у меня начинается мигрень, я не могу оторвать голову от подушки. Мне срочно нужна таблетка, но сил встать нет.