Я захожу к отцу в кабинет. Он как всегда в идеально отглаженном костюме, при галстуке, как настоящий бизнесмен.

- У меня для тебя новости. Надеюсь хорошие. Садись, – я сажусь напротив него. – Один из наших юристов увольняется, и я хочу, чтобы его место занял ты. Согласен?

У меня даже дар речи пропадает. Я еще студент четвертого курса, причем далеко не самый блестящий студент, а отец доверяет мне такую работу.

- Папа, ты уверен? Я, конечно, работал помощником юриста в Москве. Спасибо за такое доверие.

- Не за что. Я очень надеюсь, что ты оправдаешь его.

Я выхожу из кабинета, все еще в легком шоке. Лучшего способа для меня, чтобы отвлечься, просто не придумаешь.

Весь день я занимаюсь тем, что изучаю старые договоры и общаюсь с юристами. Я уже и забыл как это здорово, мне всегда нравилось изучать новые законы и искать несоответствия и несостыковки в документах. Я так увлекаюсь, что не замечаю, как звонит телефон. Снова незнакомый номер.

- Гордей, привет. А ты где? – Олег Макаров собственной персоной на проводе.

- А тебе какое дело?

- Ну почему так грубо?

- Ты что до сих пор не уехал? – мне казалось, что его уже нет в городе.

- Нет, я нашел себя здесь. Приезжай, сейчас кину тебе адрес. Тут хорошо и много клевых девчонок, ты ведь расстался со своей подругой, так что гуляем.

- Я не хочу, Олег. Мне больше это не нужно, я не хочу оставаться в прошлом и переживать свое горе. Жизнь продолжается, и я хочу жить дальше, – это точно я говорю? Я даже трогаю себя на предмет наличия температуры. Но дело в том, что я, и правда, не хочу больше возвращаться к старому образу жизни. На том конце провода звенит тишина.

- Ты уверен? Смотри не пожалей потом, – он отключается.

Я выбегаю из этого дома, как ошпаренная. В голове стучит только одна мысль: «Не верю, этого не может быть». Я чувствую, что умираю, не понимаю, как за три дня можно перейти из состояния «Я самая счастливая» до состояния, когда у тебя не двигаются руки и ноги. Я, молча, захожу в квартиру и иду к себе в комнату. Надя тут же оказывается рядом.

- Катя, что случилось? На тебе же просто лица нет.

- Ничего, все нормально. Просто плохо себя чувствую.

- Ты же не разговаривала с Димой? Ты обещала, что вы не будете мириться.

- Нет, мы не будем мириться, – я сажусь на кресло, а сестра довольная ходит по комнате. Я, наверное, плохая сестра, но сейчас я не могу думать о ее проблемах, думаю только о себе.

- Давай посмотрим какой-нибудь фильм?

- Да, выбирай, что ты хочешь, – это вряд ли поможет мне отвлечься, но я хотя бы попробую. Мы смотрим комедию, я едва ли могу понять, о чем там речь. После фильма Надя уходит к себе в комнату, а я остаюсь одна со своими мыслями.

Слезы приходят ночью, я никак не могу уснуть, они душат меня. Я стараюсь плакать в подушку, чтобы не разбудить сестру и родителей. Утром просыпаюсь с больной головой и опухшими глазами.

В институт мы идем вместе с Надей, и по дороге встречаем Машу. Она видит, что я молчу, но ничего не спрашивает при сестре. Всю дорогу сестра рассказывает ей про вчерашний фильм, а у меня нет сил, чтобы участвовать в разговоре. В институте мы оставляем Надю, а сами поднимаемся на свой этаж. Возле двери в аудиторию стоит Дима. Я не хочу, чтобы он видел мои глаза и смотрю на свои сапоги.

- Ты все неправильно поняла вчера. У нас ничего не было с той девушкой. Я, конечно, не ангел, но я тебе не изменял. Я пил весь день и не смог добраться до дома, поэтому остался там ночевать.

- Хорошо. Я поняла тебя. Это все? – главное, чтобы он побыстрее ушел.

- Нет, не все. Я хочу извиниться, прости меня за все. И за вчерашнее, и за Надю.

- Я тебя прощаю. Но между нами ничего не меняется, мы больше не вместе.

- Катя, я люблю тебя, ты меня тоже, я знаю. Давай попробуем все сначала, – я понимаю, что он не отстанет, мне нужно что-то срочно придумать.

- Дима, я не хочу пробовать все с начала. Я тебя не люблю.

- Когда ты поняла это?

- Недавно, просто не знала, как тебе сказать. Я же говорила тебе, что для меня проблема расстаться первой, если ты помнишь.

- Я тебе не верю.

- Это твое дело. Мне нужно идти на лекцию, – я захожу в аудиторию и сажусь рядом с Машей. Чтобы как-то себя отвлечь начинаю раскладывать ручки и тетрадки. Делаю это с таким увлечением, будто бы за четырнадцать лет учебы никогда такого не видела.

- У тебя все в порядке? – спрашивает подруга.

- Нет. Но все будет хорошо.

- Конечно, будет. Но сейчас я вижу, что-то случилось. Вы поссорились или расстались?

- Второе, – я поднимаю на Машу глаза.

- Ты только держись, не плачь, после лекций пойдем ко мне, – я и не сомневалась в своей лучшей подруге.

В аудиторию заходит Морозов и направляется к нам. Только его здесь не хватает.

- Привет. Как дела? – он садится рядом со мной.

- Все отлично у нас. – Маша отвечает за меня.

- Иванова, так я не у тебя спрашиваю, а у Романовой.

- Паша, все хорошо.

- Я вижу по твоим глазам, – почему вообще все вокруг всё видят? Я что, как открытая книга. – Не хочешь говорить не надо. Кстати, твой парень, если он таковым еще является, только что отправились куда-то с твоей сестрой. Вдруг тебе будет интересно.

Это еще что за новости? Куда они могли отправиться и главное зачем? Может Дима хочет извиниться перед Надей, но ведь для этого не нужно никуда идти. Паша уходит, а мы переглядываемся с Машей.

- Может ну ее лекцию, давай лучше сразу уйдем? – предлагает подруга.

- Да, пошли быстрее, пока препод не пришел, – мы быстренько собираемся и уходим. Если бы не повод, по которому мы сбежали с учебы, я бы подумала, как здорово иногда вот так просто взять и пойти против системы.

Мы выходим из института. Я вижу, что Диминой машины нет на парковке. Звоню Наде, она не берет трубку. Может быть, она вернулась на лекции? Я набираю Оксане.

- Оксана, привет. А Нади, случайно, нет рядом, не могу до нее дозвониться?

- Привет. Нет, она еще не приходила.

- Ясно. Спасибо, – я смотрю на Иванову, она слышала весь разговор.

- Я не знаю, что там происходит, предлагаю посмотреть в ближайшем кафе, как вариант. Но лучше ты мне скажи, с чего это вдруг они куда-то поехали?

- Давай я расскажу по пути, – мы отправляемся в сторону кафе. Маша моя лучшая подруга, я бы хотела рассказать ей всю правду, но я обещала Наде держать все в секрете.

- Я не совсем поняла. Вы расстались из-за того, что Димин друг накурил Надю? Я, конечно, была против ваших отношений. Но, если честно, подруга, то твоя сестра как-то уже выходит из берегов. То ей нужен твой парень, и она ставит тебе ультиматумы, а тут она сама по собственному желанию отправилась курить. Дима здесь не при чем.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

С Ивановой даже не поспоришь, как всегда у нее по полочкам. Я уже думаю, что бы сказать, когда мы приходим в кафе.

- Ты постой тут. А я быстренько загляну, – я киваю. Ждать мне приходится недолго.

- Объекты на месте. Сидят, разговаривают. Надя твоя только что на столе не лежит, – это все выглядит настолько смешно, что я начинаю хохотать. Мы как два Шерлока Холмса. Маша тоже смеется.

- Пошли отсюда. Пусть разговаривают, – я тащу Иванову в сторону. Надя ведет себя очень странно, она веселая все последние дни и сейчас зачем-то повела Диму в кафе. В том, что это была она, я не сомневаюсь. Может она что-то не рассказала мне про тот вечер? Даже если это так, я сама видела Диму в той квартире и в постели той девицы. Воспоминания мгновенно вызывают боль.

– Он изменил мне с другой. Мы поссорились, и он отправился искать утешение в непонятное место, похожее на притон, видимо там и познакомился со своей новой подружкой, - я рассказываю все Маше, когда мы приходим к ней домой.

- Постой, может, у них ничего не было.