– Как я и говорил, от тебя нужен пас и подбор. Блокировать я буду только паренька, дамочка угрозы не представляет, но она будет расстреливать нас перекидушками[24]. Готова?

Лина кивнула и заняла позицию.

Солнце начинало припекать, и девушка пожалела, что не намазалась кремом, как советовала мать. Но ничего, платье у нее закрытое, так что обгоревшие плечи на свадьбе никто не увидит.

Пошла подача. Парень сделал поправку на ветер, но мяч все равно рванул по кривой. Вадим тут же сместил Лину, и она ушла к сетке. Отличный прием Вадима, и вот мяч полетел в ее сторону. Лина подняла руки, ожидая его, увидела, что Вадим начинает разбег, а значит, нужен пас для «взлета». Короткое, но при этом мягкое касание – сине-желтое пятно взмыло сантиметров на двадцать над сеткой. Мяч практически слился с солнечными лучами, но Вадим увидел его и умело снял[25]. Очко!

Мяч угодил туда, где в классическом волейболе могла бы пробегать средняя линия.

– Здорово! – улыбнулась Лина. – А ты неплох в нападении.

Вадим равнодушно махнул рукой, но она заметила тень улыбки на его лице.

– Хороший пас. Впечатлен. Не ожидал от тебя.

– Я же играла связкой, пока была… капитаном. Да, до тебя мне далеко, но забивать можно.

– А я был диагональным примерно до седьмого класса, – поделился Вадим.

– Серьезно?

– Да, очень хитрым и злым диагональным. А потом связка переехал в другой город, и выбрали меня.

– На свидании поболтаете! – крикнул парень из команды противника. – Подавайте!

Вадим не остался в долгу за этот окрик и расстрелял их пятью неподъемными подачами. Брат и сестра ругались друг на друга из-за нерасторопности, а Вадим лишь зло улыбался. Наконец девушке удалось принять подачу, они разыграли, но и в этот раз Вадим выпрыгнул, заблокировав удар парня.

Лина поймала себя на мысли, что играть с ним в паре – все равно что прятаться от бури в крепком доме. Вадим всячески оберегал Лину от сильных подач и пару раз даже отбил рукой мяч, летевший ей в лицо. Они пропустили несколько мячей, когда девица начала хитрить. Но в целом вели с огромным отрывом. Первая партия закончилась со счетом двадцать один – семь.

Теперь брат и сестра косились на них из-под козырьков красных кепок.

– Профи, что ли? – спросил парень.

– В классике, – отозвался Вадим.

– Оно и видно. Хороший у вас тандем.

Вторая партия не сильно отличалась от первой. Вадим брал мяч с подачи, доводил Лине, та пасовала, следя за разбегом парня: иногда перед собой, иногда над, а иногда за спину. Вадим мог нападать буквально с любой позиции, и получалось неплохо. Не так, конечно, как у Вышинского, но для любительской игры в пляжный волейбол пойдет. Несколько раз Лина сама принимала подачу, когда мяч ветром относило сильно в сторону. И тогда Вадим нападал сразу с ее приема.

Под конец его кожа лоснилась от пота, волосы прилипли к вискам, но вид был невероятно счастливым. Таким радостным она его еще не видела.

Противник, оценив профессионализм их пары, признал полное поражение, пожелав встретиться как-нибудь снова. В ответ Вадим, как ни странно, похвалил их.

Подхватив рубашку и кепку, парень подождал отряхивающуюся от песка Лину, и они вместе пошли вдоль пляжа к лежакам родителей Лины.

– Здорово поиграли! – улыбнулась Лина. – Я уже и забыла, каково это, когда не давит ответственность за команду, когда можно просто расслабиться и насладиться игрой. Безусловно, ты мой лучший партнер по команде.

– Я рад, что тебе понравилось.

– И часто вы с Катей вот так приходите сюда?

– Ну, раньше часто приходили, почти каждую неделю сезона. Теперь у нее появились какие-то новые подруги, и они больше зажигают по клубам. Я такие развлечения не люблю. Предпочитаю выпить пива с отцом или погонять мяч с парнями. На худой конец, почитать книжку в гамаке.

– У вас дома есть гамак?

– Не дома, у деда на даче. Отличное местечко, скажу тебе.

– А я пишу… – Фраза вырвалась у Лины случайно. Она не хотела делиться, просто забылась на мгновение.

– Пишешь? Рассказы, романы?

– Вроде того.

– Ого, интересно. Публикуешь где-нибудь?

– Под псевдонимом на нескольких площадках самиздата. Но это так, баловство. Писательством не заработаешь на жизнь.

– Ну почему же? Если чувство языка есть, а слова хорошо складываются в предложения, можно выбрать другую специальность, где доход побольше. Пока будешь работать, и книгу напишешь.

Вадим рассуждал так легко и уверенно, что Лина всерьез задумалась над его словами. И правда, почему она никогда не думала об издательском деле и журналистике? Если ей нравится читать и писать, она с удовольствием проверяет домашнюю работу Ники по русскому языку, а в школе помогала одноклассникам писать сочинения, то почему бы не связать будущее с этим? До этого Лина переживала, что не знает, куда себя приткнуть, какой путь выбрать, а Вадим дал ей ценный совет. И Лина взглянула на парня иначе. Вроде тот же Вадим с запасом едких фраз для тех, кто его раздражает, но выглядит уже по-другому. Возможно, только для нее.

– Ты пойдешь на свадьбу к Светловым, да?

Вадим удивленно спросил:

– Теперь да, но откуда ты знаешь?

– Что значит «теперь да»?

– Ну, у Кати другие планы на вечер, а значит, я свободен и могу побыть с семьей. Ты не ответила на мой вопрос.

– А… да, мы тоже туда идем. Светловы – друзья нашей семьи, – несколько разочарованно ответила Лина, успев вообразить себе, что он передумал только из-за нее.

– Ну надо же! Как тесен мир.

Они помолчали, наслаждаясь прогулкой, а потом Лина не удержалась и спросила:

– За что ты любишь Катю? Считаешь ее идеальной во всем?

Вадим от неожиданности споткнулся.

– Что? О чем ты вообще? Идеальных людей не бывает. Мы просто миримся с заскоками друг друга, вот и все.

– Но как же… тебе не хотелось что-то в ней изменить?

– Мало ли, чего бы мне хотелось. Она человек, а не болванка, чтобы ее вытачивать. Это ее жизнь, и она вольна делать с ней что хочет.

Если подумать, Вадим – чуть ли не единственный знакомый Лины, который рассуждал так нестандартно.

– Но что, если бы она вдруг начала… не знаю… мучить котят? Ты бы продолжил ее любить?

– Любить? Даже не знаю… Для меня это понятие собирательное. Уважал бы я ее после такого? Думаю, нет. Хотел бы? Однозначно. Но любовь? Нет. Это уже определенно не была бы любовь. И вообще, с чего такой интерес к Кате? – Вадим загадочно ухмыльнулся, не глядя на Лину.

– Не к Кате, а к… в общем, от бывшего парня я узнала, что он отыскал для себя идеальную девушку. Понимаешь? Он не хочет в ней ничего менять и не хочет изменять ей с другими… как было со мной.

– Понимаю. – Прозвучало довольно равнодушно.

– И вот мне интересно, что это значит вообще? И как кто-то становится идеальным?

– У него и нужно было спросить. Я-то здесь при чем? Твой бывший – либо школьник, либо идиот. Завтра его девица перекрасит волосы или потолстеет, что тогда?

– Касаемо Андрея, вторая догадка ближе к истине, – тихо произнесла Лина.

– Вот и подумай, зачем тебе идиот? Та, вторая, сделала одолжение, приютив его. Кажется, твои уже ушли. – Вадим указал на череду пустых лежаков, расположенных недалеко от баннера с эмблемой отеля, в котором они остановились.

– Видимо, пошли собираться, и мне тоже пора. До встречи в ресторане.

– До встречи, Лина.

И от того, как мягко он произнес ее имя, у девушки дрогнуло сердце.

Лина редко надевала каблуки, так как после удобных кед они казались изощренным инструментом пыток. И все же сегодня ей захотелось выглядеть на все сто. Еще дома вместе с мамой они подобрали прекрасное бирюзовое платье из приятной струящейся ткани. Оно облегало то, что стоило показать, и укрывало от чужих глаз несовершенства фигуры.