У регистратуры уже толпилась очередь людей, слышалась ругань. Пахло хлоркой, только что помыли полы.

Ключ от кабинета был прикреплён у меня к ключам от дома, поэтому я сразу отправился на его поиски. К счастью, на дверях висели таблички с фамилиями, и с этой задачей я справился быстро.

Он оказался маленьким. Стол, два стула, кушетка для осмотра, старый шкаф с бумагами. На столе снова находился страшный агрегат под названием «компьютер» древнего вида, стопки медицинских карт, ручки в стакане.

Я закрыл дверь за собой, подошёл к столу. Взгляд сразу же упал на кружку с надписью «Лучший врач». В ней были остатки кофе. Видимо, Саня пил его на приёме, когда ему стало плохо.

Но по краям виднелись какие-то белые сгустки вместе со следами испарившегося за долгое время кофе. Это заставило меня насторожиться. За годы работы я научился чувствовать неладное.

Сосредоточился, потянулся к крохе своей праны. Направил её к обонянию, согласно одной древней технике. И усилил его. Правда, совсем немного, но этого хватило, чтобы учуять знакомый запах.

Я всё понял. В кофе был подсыпан бета-блокатор. Я читал об этих лекарствах, да и в моём мире были такие же. Они замедляли сердцебиение, снижали давление. Использовались при аритмиях и гипертензии, в основном их пили простолюдины, которые не могли себе позволить целителей.

Но у Сани Агапова была астма. А при астме эти препараты противопоказаны, ведь они сужают бронхи и вызывают бронхоспазм. Так и умереть недолго…

Саня хоть и был дураком, но это знать должен был. Да и зачем бы ему подсыпать это себе в кофе лично?

Вывод напрашивался сам — кто-то пытался его убить.

Открытие мне не понравилось. Да, я уже понял, что Саню Агапова, мягко говоря, не уважали. А если точнее — его терпеть никто не мог. И люди всячески старались это показать.

Но убийство… Это уже гораздо серьёзнее. Кому же ты так успел насолить, Саня, что дело аж до такого дошло?

Самое главное — этот человек скоро узнает, что ему не удалось довести дело до конца. Ведь Саня жив. Да, в его теле теперь другой Александр, но этого никто и никогда не узнает, если я сам не решу открыться какому-то близкому человеку, но таких у меня пока нет.

Отравитель мог ещё не знать, что Саня жив, а мог уже быть в курсе. И если причины, по которым он решился на убийство, достаточно серьёзные, то меня ждёт ещё одно покушение. А может, и не одно.

Весёлая вторая жизнь, ничего не скажешь.

Я снова почувствовал стрессовую реакцию организма, которая была мне не свойственна — задрожали и вспотели руки. А ещё я едва смог остановить новый приступ астмы, воспользовавшись ингалятором.

Такие реакции мне совершенно не нравились, но чтобы от них избавиться, это тело нужно тренировать. В том числе к стрессоустойчивости.

Значит, надо как можно скорее найти этого любителя бета-блокаторов. Раз я нашёл их в своей чашке, это должен быть кто-то из поликлиники или больницы. Хотя это логично, больше Саня никуда и не ходил. Даже если бы захотел, то двигаться в этом теле очень сложно, и я до сих пор пытаюсь привыкнуть.

Вспомнить бы в идеале последний день жизни Сани. Но память предшественника была начисто стёрта. В голове вообще было много пробелов, потому как я и свою память до сих пор полностью не восстановил.

Что ж, разберёмся.

Я осмотрел кабинет. Картина тут была явно лучше, чем дома у Сани. Оно и понятно, в поликлинике есть уборщицы, которые моют полы, окна и подоконники.

Так что в этом плане здесь всё было идеально. Уборщица работала добросовестно.

Однако уборку в документах и на столах они проводить не могут, как я вычитал в регламенте. И вот тут начинался настоящий хаос.

Стол Сани был завален стопками карт пациентов. Без всяких обозначений, что это вообще за карты, просто куча наваленных документов. Ей богу, дома куски от туалетной бумаги и то были аккуратнее разбросаны.

Взял наугад одну из них — там вообще не был вклеен осмотр Агапова. Во второй та же история.

Да уж, отношение к работе у Сани было таким же, как к жизни. Печальная картина.

Но я не устану повторять, что бывает и хуже. А это всё ещё можно исправить.

Сел за стол и проверил содержимое ящиков. Тут история была такая же, как и дома. Куча мусора, обёрток из-под конфет, пустых коробок из-под лекарств. Вперемешку с этим списки пациентов, заявки на лекарственные препараты, чьи-то выписки. Какой бардак!

Третий ящик оказался запертым на ключ. Хм, интересно. Что же Саня там держал?

Ключ в общей связке не оказался. Надо будет потом поискать, возможно, он спрятан где-то в кабинете.

— Агапов, ты чего к Татьяне Александровне не зашёл? — дверь в кабинет распахнулась, и внутрь зашла невысокая девушка лет двадцати. Курносая, светловолосая, довольно симпатичная. На ней был белый халат, значит, она либо врач, либо медсестра.

В руках у девушки была целая стопка тетрадей, журналов и бумаг.

— Доброе утро, — для начала поздоровался я. — Давайте я вам помогу.

Я взял у неё поклажу, одновременно прочувствовав боль в каждой клетке своего тела. Да, вчерашние подвиги давали о себе знать.

Не подавая вида, аккуратно взял все документы и положил их на стол медсестры. Он стоял напротив моего.

Устройство поликлиники я изучить успел. Врач терапевт работал вместе с медсестрой, которая делала довольно многое. Вместе они должны были создавать тандем, работать в команде. Тогда и на участке всё будет хорошо. Ну, по крайней мере, так говорилось в интернете. Подозреваю, что на деле всё куда сложнее.

В моём мире не было ни медсестёр, ни участков. Понятия «медсестра» вообще не существовало, а целители по большей части были закреплены за крупными семьями. Здесь же всё обстояло иначе.

Девушка между тем замерла посреди кабинета с открытым ртом.

— Агапов, ты чё, в себя после больнички ещё не пришёл? — наконец выдала она. — С чего такая вежливость?

Может, Саня водил с ней дружбу? Сильно сомневаюсь в этом, скорее он просто был хамом. Эх, Саня, Саня…

— А почему нет? — вопросом на вопрос ответил я.

Это ещё больше повергло девушку в шок. Она пару секунд похлопала глазами, собираясь с мыслями.

— В общем, Татьяна Александровна попросила меня тебе документы по новому участку принести, — наконец перешла она к делу. — Вообще мог бы и сам догадаться к старшей медсестре зайти и не заставлять другую медсестру бегать по этажам.

Итак. Эта девушка — медсестра, а ещё я узнал, что Татьяна Александровна — старшая медсестра. Что ж, хоть какая-то информация.

— Спасибо, — кивнул я. — А моя медсестра скоро придёт?

— Агапов, да что с тобой⁈ — прыснула курносая. — Нет у тебя медсестры.

А это неожиданный поворот. Такого я не предвидел, когда задавал свой вопрос. Почему-то был полностью уверен, что медсестра точно есть.

— Точно, — вслух ответил я и улыбнулся, сводя всё в шутку.

Саня, ну ты бы хоть дневник какой вёл о своей жизни, чтобы мне проще было. «Дорогой дневник, я жирный неудачник, у меня нет ни медсестры, ни планов на жизнь…»

Серьёзно, я даже не подозревал, что могут существовать люди с таким положением, как у Сани. И мне даже было немного жаль предшественника. Однако себя я жалеть не собирался, а потому нужно скорее выпутываться из этой кутерьмы неудач.

— Странный ты, — смерив меня взглядом, заявила курносая медсестра. — То за жопу меня щипать пытался на глазах у всех на корпоративе, теперь вот внезапно с тяжестями помогаешь, и весь такой любезный. Это всё потому, что я тебя отшила? Думаешь таким образом теперь подкатить?

Отшила? За жопу? Твою ж мать, Саня…

— Просто больница меняет людей, — заявил я. — Теперь я уже не тот, что раньше.

Ну надо же хоть что-то было ответить.

— В любом случае, даже если свободная медсестра появится, вряд ли она пойдёт к тебе, — фыркнула та. — Во-первых, в этой поликлинике от твоих подкатов даже санитарка уже ополоумела. Во-вторых, пятый участок — это полный…