— Не включай дурачка, — раздражённо ответил мужчина. — Все сроки погашения твоего кредита давно прошли. А в качестве залога ты указал дом в славном городе Саратове. Так что, судя по всему, мы можем со спокойной душой его отбирать. Кажется, там живут твои престарелые родители, да?

Твою ж мать. Саня, ты точно дурак. Взял кредит в сомнительном банке, так ещё и дом родителей в залог оставил.

Такие схемы и в моём мире встречались. Однако служащие банка обычно разговаривают более уважительно, значит мне позвонил какой-то посредник, которого наняли для выбивания долга.

— У меня сейчас тяжёлая жизненная ситуация, я попал в больницу, — начал придумывать, как выкрутиться. — Мне нужно ещё время, и всё обязательно верну.

— Ты охренел? — мужчина явно не собирался давать никаких отсрочек. — Завтраками девку кормить будешь, если тебе даст кто-нибудь хоть раз в жизни. А мне нужна вся сумма завтра же.

Чёрт. Мужчина, тут такая ситуация, на самом деле Саня-должник сдох. Может, спишите долг в память о умершем?

Ладно, и так понятно, что это не сработает.

— Честное слово в больнице, врач может подтвердить, — торопливо ответил я. — Деньги будут, даже с процентами. Просто дайте мне хотя бы месяц.

Мужчина хрипловато рассмеялся.

— С процентами, говоришь, — протянул он. — Ладно, складно чешешь. Месяц — это чересчур, но две недели тебе даю. Если по истечению срока денег не будет — пеняй на себя. Пятьсот тысяч рублей, напоминаю. Больше никаких звонков с предупреждениями не будет, сразу же начну действовать.

— Спасибо, — с облегчением ответил я.

Мужчина хмыкнул и бросил трубку. Итак, к существующим проблемам добавился ещё и долг Сани.

Саня, ты явно был не в порядке. Как можно так сильно испоганить свою жизнь?

Я опустил телефон, уставился в потолок. Две недели, чтобы найти пятьсот тысяч рублей. Впрочем, это всё равно лучше, чем смерть. Но решать надо, а то оставлять родителей Сани без дома совсем позорище. Даже при том, что я их не знаю.

Но меня с детства учили уважительно относиться к старшим родственникам. Поэтому я не могу просто позволить забрать дом людей, которые ни в чём не виноваты.

Что ж, Саня. Ты оставил мне хорошее наследство. Но я справлялся и не с такими задачами.

В конце концов я не просто целитель. Я Александр Велесов. Хранитель Праны пятой ступени. И если судьба забросила меня сюда, значит, это неспроста.

Ночью меня разбудил хрип с соседней кровати. Я резко открыл глаза и сразу же понял, что звук раздался со стороны кровати Петровича.

— Что с вами? — обратился я к нему.

Он ответил что-то невразумительное. Я встал с кровати и подошёл к нему. На поднятие с кровати ушло некоторое время, к новому телу я ещё не привык. Дыхание сбивалось, сердце колотилось. Но я всё же заставил себя подняться и подойти к Петровичу.

Он лежал в бреду, его лицо было красным, дышал Петрович часто и поверхностно. Так, он явно не в порядке.

— Медсестру сюда, срочно! — выглянув в коридор, позвал я.

Вскоре молодая сонная женщина заглянула в палату.

— Тут пациенту плохо, позовите дежурного врача, — я указал на Петровича.

О том, какие тут врачи, мне вчера тот же Петрович рассказал. Упомянул, что в случае чего нужно к дежурному обращаться.

— Дежурный сейчас отошёл, будет минут через двадцать, — отмахнулась она.

Двадцать минут — это много. Подошёл к Петровичу, принялся за осмотр. Навыки остались с прошлой жизни.

Так, он упоминал, что лежит после операции на желчном. Посмотрю на шов… Он был воспалён, туда явно попала инфекция. Дело плохо.

— Здесь срочно нужен врач, в шов попала инфекция, — обратился я к медсестре. — Пациента срочно нужно переводить в хирургию, начинать антибиотикотерапию!

Не зря я только вчера прочитал про антибиотики. Такие состояния тут лечатся проще, чем в моём мире.

— Доктор освободится и осмотрит его, — недовольно ответила медсестра. — Ложитесь спать, не отвлекайте меня.

— Немедленно позовите дежурного врача, если не хотите, чтобы у него сепсис начался, — ещё строже произнёс я. — Ему срочно нужна помощь. Иначе же вас самих привлекут за бездействие.

Об этом тоже вчера мельком вычитать успел.

Что-то в моём тоне заставило всё-таки её кивнуть и отправиться на поиск дежурного врача. Через несколько минут тот вошёл в палату.

— Что тут? — коротко спросил хмурый мужчина лет пятидесяти.

— Осложнение послеоперационного периода, — я указал на шов. — Явно инфекция.

— Никифоров, блин, снова напортачил! — выругался тот себе под нос, проведя беглый осмотр Петровича. — Надо в хирургию снова возвращать. Ёперный театр, сколько можно! Доктор, вы молодец, вовремя заметили.

Я коротко кивнул. Дежурный врач заполнил все документы, ввёл препараты и перевёл Петровича в другое отделение.

А я со спокойной душой дальше отправился спать.

На пятый день меня выписали из стационара. Как я понял, больница находилась рядом с поликлиникой, где мне предстояло работать. Один больничный комплекс на весь город.

Медсестра вручила мне больничный лист, выписной эпикриз и пакет с одеждой. Посмотрев содержимое, еле сдержал гримасу отвращения. Свитер с катышками грязно-серого цвета. Брюки, судя по состоянию, никогда не знавшие стирки, мятая рубашка с кучей жирных пятен. М-да уж…

Переоделся, вышел на улицу. И только успел задуматься, а куда мне дальше, как в кармане завибрировал телефон. Пришло сообщение:

«Агапов, зайди ко мне перед тем, как выходить с больничного».

Отправитель: «главврач».

Что ж, ответ на то, куда идти дальше, нашёлся сам собой. Я тут же отправился к одноэтажному зданию, на котором висела табличка «администрация».

Быстро нашёл кабинет главврача, постучал.

— Войдите, — послышалось с той стороны.

Внутри кабинета оказалось неожиданно просторно. Массивный стол, кожаное кресло, шкафы с папками. На стене висели грамоты и фотография с изображением сурового мужчины в костюме. В нашем мире так вешали портреты императора, значит здесь, скорее всего, это местный правитель.

— Садись, — указал усатый мужчина в строгом костюме, сидящий за столом.

Я сел на жёсткий стул напротив. Главврач молча барабанил пальцами по столешнице. Интересно, а как его зовут? На столе даже таблички нет…

— Поправился? — спросил главврач.

— Да, мне гораздо лучше, — уверенно кивнул я.

— И ты, наверное, думаешь, что вернёшься к работе как ни в чём не бывало? — он посмотрел мне в глаза.

Что-то в его тоне заставило меня насторожиться. Каких ещё проблем мне оставил Саня?

— Есть причины думать иначе? — аккуратно ответил я, чтобы не вызвать никаких подозрений.

Главврач хмыкнул и пододвинул ко мне папку.

— Кравцова Вера Игоревна, — заявил он. — Восемнадцать лет. Помнишь такую?

Я открыл папку. Медицинская карта, копии назначений, результаты анализов. Даже изображение было: худенькая девушка с русыми волосами и усталыми глазами.

— Не могу сказать, что помню, — честно ответил я. — Пациентов много.

В это он должен поверить.

— Пациентов много, — эхом повторил главный врач, и в его голосе проскользнула злость. — Ты убил её, Агапов. Такое ты должен помнить.

Похоже, что Саня оставил мне ещё один сюрприз в наследство. И он оказался куда серьёзнее всех предыдущих.

Я молча посмотрел на главврача. Хотелось сказать, что это был не я, а предыдущий хозяин тела, который уже поплатился за свои поступки и умер. Но я не мог. В этом мире в такое попросту не поверят, здесь попаданцы встречаются разве что в фэнтези-книгах.

Пауза затянулась, и я понял, что главный врач ждёт хоть какого-то ответа.

— Что произошло? — спросил я, замечая как у тела учащается сердцебиение от стресса.

— А ты не помнишь? — он поджал губы. — Несколько недель назад Кравцова Вера пришла к тебе на приём. Она состоит на учёте с ревматоидным артритом, уже год как. Пришла за направлением к ревматологу, помнишь?