Творит насилие и грех, мне заступая путь

10 К моим владеньям родовым. Но, как учил Господь,

В свой срок смирению дано гордыню побороть,

И ныне этот срок настал. Святая Дева-мать

Не хочет долее терпеть, что я гоним, как тать.

Не так давно гонца с письмом решился я послать

15 В Тулузу, ибо в том краю и рыцари, и знать

С любовью помнят обо мне. В том заключалась суть

Письма, что люди, коль хотят, вольны мне присягнуть.

Так я узнал, что магистрат готов меня принять,

Хоть взял заложников Монфор, чтоб горожан унять.

20 Но легче родичей своих тулузцам потерять,

Чем видеть явный произвол и нищету терпеть».

«Сеньор! — воскликнул граф Комменж^[576]. — Должны мы преуспеть,

С Тулузой заключив союз. Гоня насилье вспять,

Вновь смогут Рыцарство и Честь во всем величье встать

25 И, обретая прежний блеск, путь к славе осветить,

И тем, кто злобою гоним, владенья возвратить».

«О граф, — сказал Рожер Бернар, — готов я повторить

Вослед сим пламенным речам: Тулуза — ключ! Открыть

Все двери можно тем ключом. Мы сможем проторить

30 Путь к славе, Рыцарство и Честь из праха возродить,

И всё, чем ни владел ваш род, вам в руки передать.

Клянусь, тулузцы город свой сумеют отстоять,

Вновь вас в сеньоры получив! Ведь лучше жизнь отдать

За отчий край, чем в нищете позорно прозябать».

35 «Любезный граф! — вскричал Монто. — Позвольте мне сказать:

Хоть важно дело завершить, еще важней — начать;

Кто начинает хорошо, тому успех встречать.

Коль до спасительной черты осталось лишь чуть-чуть,

Не поворачивайте вспять, впустив тревогу в грудь.

40 Идите к цели прямиком, стремясь врага попрать!

Тогда и люди до конца вам будут доверять

И смогут доблестью своей сеньору угодить».

«Сеньоры, — рек сеньор Комменж, — клянусь, не мне судить,

Зачем Бог веру и любовь вложил мне в грудь, но впредь

45 Ни пяди собственной земли я не хочу иметь,

Пока не сможет старый граф Тулузой завладеть.

Но если пожелает Бог ему сей город дать,

Тулузу следует беречь и зорко охранять,

Чтоб землю дедов и отцов не смог никто отнять».

50 «Раймон! — воскликнул граф Комменж. — Я вам не стану лгать:

Вы мной и воинством моим вольны располагать,

Но прежде графство от врагов я должен оградить,

Нельзя позволить им врасплох владенья захватить».

«Пора, сеньор, — сказал Монто, — в Тулузу вам вступить,

55 А мы способны, я скажу, успех поторопить!

И горожане город свой сумеют защитить,

От нас поддержку получив. Но если страх явить,

Едва ли можно горожан на подвиг вдохновить».

«Сеньоры, — рек Гильем Юно, — здесь всяк, к чему скрывать,

60 Готов, рискуя головой, врага атаковать.

Пора все бросить на весы, пора все стяги взвить!»

«Тулузцам, — молвил Аймерик, — должны мы объявить

Ту весть, что есть у них друзья. Им нужно нас впустить

В Тулузу через тайный вход. Вновь обретая стать,

65 Тулузцы смогут, страх забыв, стеной за город встать».

«Сию услугу, — рек Раймон, — прошу мне оказать».

Сказали все: «Достойный граф! Уж мы устали ждать.

И если б вы, поверив нам, решились город взять,

То не нашлось бы никого, кто стал бы вам пенять:

70 Ведь лучше кануть без следа, прервав несчастий нить,

Чем не иметь, где головы спокойно преклонить».

«Друзья, мне ясно, — молвил граф, — что, слава Богу, снедь

Готова, вряд ли за нее придется нам краснеть.

Суть ваших помыслов и чувств стремился я узнать.

75 Теперь же вижу, что никто не склонен отступать.

Скорей в Тулузу поспешим, дабы ее занять!»

И, соглашение скрепив, граф приложил печать,

Тому начало положив, что мог бы я назвать

Пожаром, коему дано рассеять мрак опять.

80 А граф, ни дня не потеряв, велел коней седлать

И через горы и леса повел в Тулузу рать.

Недолго резвому коню копытом землю рыть!

Уж из Гаронны, сняв свой шлем, граф мог воды испить,

Осталось только и всего, что реку переплыть.

85 Но что за маленький отряд смог всех опередить?

То три Рожера^[577] и Фуа, о ком нельзя забыть,

Пустились прямо в Сальветат, там полагая быть

Еще при свете дня.

Лесса 182

По дороге отряд окситанцев сталкивается с отрядам Жориса и разбивает его. Тулузцы с радостью встречают Раймона VI

Меж тем еще при свете дня баронов ждал сюрприз;

Внеся сумятицу в ряды, на них напал Жорис.

И не нашлось бы никого, кто б сей орех разгрыз,

Когда б не доблестный Монто, который был не трус

5 И знал, какого цвета кровь и какова на вкус.

Тут и д’Аспель не устоял, столь был велик искус,

Он так де Беша угостил, что наземь пал француз,