Ненавижу просыпаться с разламывающейся головой. Стоило мне открыть глаза, как перед ними вновь появилась карта воображаемого континента. Она словно молчаливо насмехалась над моими попытками найти хоть какой-то смысл в происходящем.

Голова гудела от обилия информации — за ночь мозг не успел отдохнуть из-за беседы в междумирье. Но за получение подобной информации головная боль — небольшая плата. К тому же её всегда можно уменьшить.

Глубокий вдох и тут же медленный выдох с одновременным нажатием на точку между большим и указательным пальцем. Острая вспышка боли тут же сменилась лёгкой волной, идущей по всему организму, и головная боль стала чуточку слабее. Следом лёгкими массирующими движениями размять внешние уголки глаз. Боль постепенно таяла, словно кусочек льда на горячей ладони.

Буквально пара минут терапии, и я уже могу трезво мыслить. И это крайне радовало — слишком много всего свалилось на меня за последние сутки. Допрос Дэмиона и его вербовка. Имена будущих трупов. А теперь ещё и разговор с осколком души того, чьё тело я занимаю.

Я сел на кровати, и пружины жалобно скрипнули. За окном уже рассвело. Судя по положению солнца, около семи утра. Пора было приводить мысли в порядок и структурировать всё, что мне известно.

Первое: Алекс Доу не был случайной жертвой.

Это я понял ещё вчера, когда Дэмион назвал имена. Кайзер — птица не того полёта, чтобы тратить ресурсы на обычного студента со слабым даром. Моя теория подтверждается тем, что на дело он отправил только одарённых. И куда важнее, что за всем присматривала его любовница и правая рука.

Куда важнее — почему так произошло?

Теневая свита вокруг души Алекса давала ответ. Или, по крайней мере, намёк на ответ. Мальчишка был из рода Повелителей духов. Древнего рода, судя по количеству теней. Судя по всему, он сам не знал об этом, считая, что он обычный сирота из приюта. А свита начинает проявляться для самого одарённого лишь когда он встанет на путь владыки духов. Возможно, кто-то знал, что Алекс обладает древней кровью. И этому кому-то было выгодно уничтожить потенциального наследника, пока тот не осознал свою силу.

Это означает, что у меня реальные проблемы и придётся рисковать, чтобы ускорить собственное развитие. Найм Кайзера явно стоит немало, а это означает, что заказчик достаточно могущественен. Известие, мягко говоря, хреновое, но с другой стороны — это отличный мотиватор.

Второе: осколок Алекса пробудился не потому, что я стал сильнее.

Глупый мальчишка думал, что сила — это ключ. Сразу видно дилетанта. Но нет. Стена между нами рухнула не из-за моего ранга или плотности ядра. Она рухнула, потому что я начал действовать в духе клятвы.

Мои шаги на пути мести открыли ему путь, и он смог связаться со мной.

Допрос Дэмиона был первым настоящим шагом на пути выполнения обещания. Я получил имена врагов и начал охоту. Взамен клятва откликнулась, приоткрыв дверь между мной и тем, кто её потребовал.

Это было одновременно хорошо и плохо.

Хорошо — потому что теперь у меня есть понимание, как выполнить первую клятву. И пока я двигаюсь к цели, пока предпринимаю активные действия на пути выполнения клятвы, тело будет работать как надо. Связь с Алексом останется стабильной. Кадавр-ядро не взбунтуется, и я не сдохну.

Плохо — потому что я не знаю остальных трёх клятв. А незнание в моём деле равносильно смерти. Что если одна из клятв противоречит моим планам? Что если я случайно нарушу обещание, о котором даже не подозреваю?

Мне нужна информация. О самом Алексе. О его жизни, привычках, страхах. О людях, которые были ему дороги. Осколок души помнил слишком мало, но где-то должны остаться следы. И начав действовать в духе следующей клятвы, я получу следующую подсказку.

Самым логичным выглядит наведаться в тот детский дом, где его воспитывали. Там он провёл первые годы жизни. Если у Алекса были привязанности, страхи, мечты или ещё какие-то зацепки, то там могли знать. Воспитатели, другие сироты, записи в личном деле, детские тайники. Нужно наведаться туда при первой возможности.

Но не сейчас. Пока в приоритетах у меня охота и подготовка к турниру.

Школьный турнир одарённых даст мне возможность усилить себя. Позволит привлечь внимание нужных людей и получить доступ к ресурсам Академии. Мне нужно тренировать не только себя, но и Алису. Зрящая без боевой подготовки — это мишень, а не оружие. А я хочу, чтобы она стала оружием. Моим оружием.

Дэмион говорил, что со мной должны закончить работу, а значит, охотники уже начали охоту. Но это классическая история о том, как богомол ловит цикаду, не видя за собой притаившуюся птицу. Правда, ирония судьбы в том, что в этот раз цикада и птица — одно лицо.

Рано или поздно они придут за мной, но я предпочитаю, чтобы это произошло на моих условиях, а значит, мне надо поторопиться с первым шагом.

Встав с кровати, я подошёл к окну. Мусорные баки внизу выглядели именно так, как должны выглядеть мусорные баки в переулке за дешёвым мотелем. Идеальное место для убийства.

От этих мыслей мои губы сложились в жестокую усмешку, а в голове уже созрел план охоты. Первой целью я выбрал Давида Моргана. По словам Дэмиона, он безответно влюблён в Ингрид и будет защищать её любой ценой, даже ценой собственной жизни. Это его слабость, но она же является и его силой. Выгоднее убрать его первым, и тогда Вольф, которая является главной в их тандеме, начнёт паниковать.

Да, логика подсказывала начать с неё. Отрубить голову змее, и тело умрёт само. Но так говорит логика воина, а не охотника.

Охотник должен быть хитрее. Да к тому же мне хочется, чтобы эта тварь помучалась перед смертью.

Ингрид — психопатка. Она привыкла контролировать ситуацию, привыкла к тому, что Давид всегда рядом, всегда прикрывает спину. Если убрать Давида, она потеряет не просто телохранителя. Она потеряет якорь. Потеряет чувство безопасности.

А психопат без чувства безопасности — это бомба с горящим фитилём.

Она начнёт совершать ошибки. Начнёт дёргаться, паниковать, принимать необдуманные решения. И тогда приду я, чтобы сломать её окончательно. Забрать её глаза, чтобы последнее, что она видела, было улыбающееся лицо Алекса Доу. Следом отрезать язык и пальцы — ни к чему, чтобы она могла указать на меня. А потом сломать ей ядро так, чтобы даже такой мастер, как я, не мог его снова собрать. Карма должна возвращаться.

Кивнув самому себе, я отвернулся от окна и начал собираться. Кадавр-ядро пульсировало ровно. Сорок восемь процентов после ночи в междумирье — это, прямо скажем, очень и очень маленькие затраты. Тень в своей татуировке посылал ощущение уверенности. Призрачная крыса хотела воткнуть свои клыки в горло врага и напиться его тёплой крови.

Подожди, мой верный слуга, скоро у тебя будет такой шанс. А пока мне нужно вычислить Давида и понять его привычки. Потому что хороший охотник никогда не бросается на добычу без подготовки. Сначала изучить жертву. Потом найти слабые места. Потом нанести удар.

И никаких лишних эмоций. Месть — это блюдо, которое подают холодным. Я слышал эту поговорку ещё в прошлой жизни и всегда считал её мудрой. Горячая кровь затуманивает разум. Ярость делает тебя предсказуемым. А предсказуемый враг — это мёртвый враг.

Дорога до школы заняла около получаса. Я шёл пешком, наслаждаясь утренней прохладой и тем, что вектор развития вырисовывался намного чётче. Город просыпался вокруг меня. Гудящие машины, люди, спешащие по своим делам, и запах кофе со свежими булочками, доносящийся из уличных кафе. Для меня же это утро стало началом охоты.

Немного пройдясь, я вспомнил об очень важном деле. Достал телефон и тут же набрал сообщение Мире:

«Доброе утро. Как настроение?»

Ответ пришёл мгновенно. Словно она ждала.

«Привет! Теперь хорошо. В обед всё в силе?»

Я улыбнулся. Было что-то успокаивающее в этих простых сообщениях. В иллюзии нормальной жизни, которую мы оба старательно поддерживали.