Склад пах ржавчиной, машинным маслом и страхом. Последний запах был самым сильным, он исходил от связанного парня, который смотрел на меня так, словно увидел собственную смерть.

Возможно, так оно и было. И этот сладкий запах так радовал чёрное солнце в моей груди.

— Ну, здравствуй, Дэмион.

Он дёрнулся, пытаясь освободиться, но узлы держали крепко. Я вязал их так, как учил меня старый палач, служивший на западной границе империи: даже одарённый не развяжет без ножа, если он, конечно, не умеет воспламеняться. А с перекрытыми энергетическими каналами Дэмион был не опаснее обычного школьника.

— Доу… — его голос был хриплым. — Какого демона ты творишь?

— Задаю вопросы. — Я присел на корточки перед ним, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. — А ты будешь отвечать. Честно и подробно.

— Пошёл ты.

Я улыбнулся. Той самой улыбкой, от которой люди в прошлой жизни начинали говорить правду ещё до того, как я доставал инструменты. Каждый целитель умеет лечить, а тот, кто не ограничивает себя лишь исцелением, прекрасно умеет причинять боль. Очень сильную боль, которая может длиться для пациента практически вечно. Ну, или он будет так думать.

Краем глаза я уловил едва заметное движение в темноте за штабелем ржавых бочек. Алиса была на месте. Невидимая, неслышимая и готовая показать мне, стоит ли верить нашему пленнику. Настоящий козырь в рукаве, о котором Дэмион даже не подозревал.

— Знаешь, что самое забавное? — Я склонил голову набок, разглядывая его лицо. — Врать мне бессмысленно. Я вижу ложь. Чувствую её. Это… побочный эффект того, что со мной сделали.

Конечно, это была неправда. Но Дэмиону не нужно было знать об Алисе. Пусть думает, что я сам обладаю какой-то сверхъестественной способностью распознавать обман. Так будет намного лучше. Страх перед неизвестным всегда сильнее страха перед понятным.

— Бред, — выплюнул он, но в его глазах мелькнуло сомнение.

— Проверим? — Я чуть наклонился ближе. — Соври мне что-нибудь. Что угодно. И посмотрим, что будет.

Дэмион молчал. Его взгляд метался по сторонам, и я видел, как в его голове проносятся варианты. Бежать, когда ты привязан к столбу, попросту невозможно. Драться? С перекрытыми каналами… он же не герой древних песен. Врать он обязательно должен попробовать. Точнее, я бы на его месте попробовал, но у него нет моего опыта, и сейчас он явно не был уверен, что это безопасно. Молчать…

— Молчание тоже вариант, — сказал я, словно читая его мысли. — Но тогда мне придётся применить другие методы. Поверь, ты не хочешь узнать, на что я способен.

Из темноты донёсся едва слышный звук. Алиса жестами показывала, что увидела что-то в его эмоциях, что-то очень важное. Небо, благодарю тебя за то, что ты дало мне эту тихую девочку. Клянусь тебе, что я буду её оберегать и учить.

— Ты боишься, — констатировал я. — Но не меня. Кого-то другого. Кого-то, кто пугает тебя гораздо сильнее, чем связанные руки и перспектива допроса.

Дэмион вздрогнул, и в его глазах я увидел то, что искал — страх разоблачения.

— Откуда ты…

— Я же сказал. — Моя улыбка стала шире. — Вижу.

Чёрное солнце в груди дрогнуло, откликаясь на чужой страх. Где-то в его глубине Владыка Металла молчал уже много дней, но сейчас я чувствовал его холодное и выжидающее присутствие. Он наблюдал за моими действиями и ждал, когда я допущу ошибку. Хрен тебе, тварь! Дэмион мой!

— Итак. Начнём с простого. Кто заказал нападение на Алекса Доу?

Дэмион смотрел в пол, и его челюсти были сжаты так крепко, что я слышал, как скрипят зубы. У парня хорошие задатки, не будь у него передо мной долга, из него вышел бы отличный клинок. Если будет упорствовать, то из него всегда можно будет сделать духа-раба.

Мои мысли прервала Алиса, которая пантомимой показывала: он борется с собой, хочет сказать, но боится.

— Ты сейчас думаешь, стоит ли говорить правду, — произнёс я спокойно. — Хочешь рассказать, но что-то тебя останавливает. Страх. Не за себя — за кого-то другого.

Дэмион вскинул голову, и теперь в его глазах был настоящий ужас.

— Как… как ты это делаешь?

— Неважно. Важно то, что я делаю это. И буду делать, пока не получу ответы. Поверь, тебе лучше рассказать всё самому.

Вдох-выдох. Даже в такой ситуации Дэмион пытался успокоить свой разум. Этот парнишка стал нравиться мне всё больше. Убивать такого будет даже жаль. Я видел, как он принимает решение. Как взвешивает риски, просчитывает варианты. И наконец он сдался, просто потому что других вариантов не осталось.

— Кайзер, — выдохнул он. — Его зовут Кайзер. Криминальный авторитет. Контролирует половину теневого бизнеса в графстве. Работорговля, наркотики, контрабанда артефактов из разломов. Всё идёт через него.

Кайзер. Имя ничего мне не говорило, но, судя по тому, как Дэмион произнёс его с той особой интонацией, с которой произносят имена полнейших ублюдков, это был серьёзный игрок.

Алиса кивнула, подтверждая, что он говорит правду. Девочка, я тебе должен, и помочь получить стипендию в академию графства будет самым малым, чем я смогу тебе отплатить.

— Хорошо. Теперь те пятеро, что напали на Алекса. Имена, прозвища. Базовая информация.

Дэмион закрыл глаза. Ему пришлось потратить пять ударов сердца, прежде чем начать говорить. Когда он заговорил, его голос был абсолютно мёртвым, лишённым каких-либо эмоций. И это С-? Да тут полноценный маг B ранга. С заблокированными каналами использовать свой талант во льде, чтобы избавиться от любых эмоций. Парнишка действительно самородок.

— Я был одним из них. Но я, — Он замялся на несколько секунд, а потом всё же продолжил. — … я не бил тебя. Ни разу. Клянусь, я не нанёс ни одного удара. Они заставили меня прийти, быть свидетелем и грёбаным наводчиком. Чтобы найти именно Алекса Доу. — Похоже, вся эта ситуация вызревала внутри парня словно гнойник, и сейчас он прорвался. Даже сквозь ледяную завесу я ощущал его бешенство и бессилие.

А Алиса из тени лишь судорожно кивала, подтверждая, что он говорит правду. Хотя тут мне всё было ясно и без неё. Да, это не снимало с него вины полностью. Всё же он указал на Алекса и не попытался остановить своих подельников. Но всё же это несколько меняло расклад. Только что у парня появился шанс выжить.

— Ты не бил, — кивнул я. — Я знаю. Стоял в стороне, пока другие работали. Но ты был там. Ты видел всё.

— Да, — его голос сорвался. — Видел. И это было… это было хуже, чем если бы я сам бил. — Ярость и бессилие — страшный коктейль. Особенно когда он хорошенько настоится. Не удивительно, что он ищет силу и постоянно тренируется. Мне очень хорошо знакомо это ощущение, но сейчас это не важно.

— Дэмион, мне нужны имена остальных.

— Ингрид Вольф. — Это имя он почти выплюнул, словно оно было мерзостью. Чёрное солнце задрожало в моей груди, почувствовав такую искреннюю и незамутнённую ненависть. — Она… Именно эта сука сломала твоё ядро.

Я ждал продолжения, но он замолчал. Что-то в его позе изменилось, плечи опустились, голова склонилась ниже. Мальчик, только не начни рыдать, испортишь всё впечатление. Хотя, похоже, я зря думал о слезах. Он дрожал от едва сдерживаемой злобы. Покажи его мастерам столичных школ — и минимум трое возьмут его во внутренние ученики своих сект.

— Приказ был от Кайзера?

— Да. Кайзер приказал сломать ядро. Не убить, а именно сломать. Он очень чётко дал понять, что важно разбить ядро. Но Ингрид… — он сглотнул. — Ингрид сама вызвалась это сделать. Никто её не заставлял. Когда Лидия озвучила задание, Ингрид первая шагнула вперёд. Эта… эта тварь улыбалась. Сказала, что давно хотела попробовать.

Алиса, с ужасом на лице, кивнула. Прости, девочка, что впутываю тебя во всё это дерьмо, но мне нужна твоя помощь.

— Попробовать что?

— Сломать чужое ядро. Она… она психопатка, Доу. Настоящая психопатка. Ей нравится причинять боль. Не просто нравится — она этим живёт. Кайзер использует её для особых заданий. Тех, где нужно не просто убить, а… сломать человека. Физически и морально.