Знала бы она, что именно в этот самый момент Рууха с явным одобрением косится на молодую голубоглазую и темноволосую девушку, которая тормошит Лёлика, явно собравшегося морально уйти подальше в свою внутреннюю нору – так Регина про себя называла абсолютно отсутствующий взгляд внука, который тот принимал, когда с ним настойчиво общались лисички.

– Ну-ну, сдаётся мне, что она тебя из любой норы за хвост достанет, не достанет, так выкопает, а не выкопает, так сама нырнёт за тобой! Изумительно настойчивая Лисафетра…

Уртян съездил с Соколовским на оформление квартиры и вернулся с дивным ощущением – у него теперь есть по-настоящему ЕГО нора, куда он может привести невесту! Аури была с Руухой – та увезла её выбирать подарки на новоселье, так что Уртян сам переступил порог норы, словно первый раз её увидев – это его место, его мир, его убежище! Нора, где скоро законно будет жить его жена, а когда-нибудь – и его лисята! И ничего, что нора небольшая, они уместятся!

– И шего ты штоишь как неродной? – мягонькой пушинкой выкатилась из угла Муринка. – Шушана там меджуштенья открыла, а мне велела вшё-вшё тебе показать. Пошли?

Уртян только кивнуть смог, он вообще-то надеялся на помощь норушей, но просить не смел, и так много получил.

Нора оказалась гораздо больше, чем он мог бы рассчитывать, чем он даже мечтал! Лис ходил по дивным отноркам, ощущая себя удивительно счастливым, а у него на спине восседала Муринка, щедро указывая лапочкой на особо комфортные изменения в норе:

– А там ещё комната! Шкажи – ты щаштлив? Тебе нравитшя?

– Очень! – признался Уртян.

– Тогда хорошо! – вздохнула Муринка. – А то Таня как-то шказала, что мы в ответе за тех, кого прирушили. Я даже перешпрашивала у неё, и она мне объяшнила, что прирушенных надо обешпешивать вшяким хорошим-прехорошим! Так што я обешпешила тебя цветуями и плетушками, и вообще, не бойшя, я тебя не брошу! Ни тебя, ни твою лишиньку!

Неожиданно растрогавшийся Уртян оглянулся на довольную норушинку, которая его приручила и теперь заботится:

– Ты самый лучший приручатель, который мог бы у меня быть! – торжественно сказал он.

Когда к дверям норы прибыла Аури в сопровождении Руухи и немыслимого количества каких-то сумок, пакетов, коробок и прочего в том же роде, Уртян был изгнан поработать и не путаться под лапами:

– Никогда не стой между лисицей и её страстью к обстановке норы – целее будешь! – напутствие от Руухи Уртян принял с благодарностью – в конце-то концов, великую лисью мудрость никто не отменял.

Он легко сварил противоядие от лисоярости – там для опытного травника ничего сложного не было, но это имело неожиданные последствия.

Во-первых, его бабуля первый раз увидела, как работает внук, и… впечатлилась.

– Я не знала, что ты так можешь! – с невольным уважением произнесла Ичиго, принюхиваясь к травам в лаборатории Уртяна.

– Это простое зелье, – спокойно ответил внук, а увидев изумление бабки, поправился: – Для меня простое.

Уважение кицунэ – это вам не лис начхал, это уже серьёзно!

А вторым последствием были… претензии пришедших в себя отца и брата Аури. Стоило только их напоить противоядием и рассказать о произошедших с момента их «отключки» событиях, как они оба раскричались, требуя немедленно вернуть Аури в семью:

– Я не давал своего позволения! – сердился отец лисички.

– У нас был совсем другой договор! Аури! Немедленно домой! – требовал её братец.

Возмездие пришло с ходу, и было его много… Опрометчивого Ауриного батюшку уволокла в уголок его супруга, распушилась так, что стала похожей на песца, и грозно протявкала, что если бы не их рррродственница, которая спрыгнула с ума и опоила своих родных, то ни Аури не попала бы в беду, ни они сами! И да, то, что их семье удалось выползти из этой ситуации без потерь – вовсе не заслуга её мужа!

– Если бы не отъезд Уртяна, если бы не Сокол, который определил, что вы опоены, если бы не отвага и дар твоей дочери, которая одна противостояла двум злодеям и смогла даже под зельем вспомнить своего жениха и вернуться в сознание, то у нас была бы ужасная беда! А ты… ты только пришёл в себя, кстати, благодаря Уртяну и его противоядию, и давай с ходу всякую ерунду верещать? Мне за тебя стыдно!

– Но милая… у него же ничего нет! Как мы отпустим дочь жить к… голодранцу!

– У него теперь всё есть – и нора уже в его собственности, и денег хватает! А главное – у него есть настоящая любовь к твоей дочери, талант, знания и умения, а ещё дар мгновенного заживления любой раны. Он – лучшая партия из всех, даже если выбирать только расчётом!

– Но Аури же только учится! – некоторое сходство её мужа с ослом временами вызывало у мамы Аури желание треснуть супруга чем-нибудь тяжёлым промеж ушей, но так как она была хорошо воспитанной лисицей, то пришлось ограничиться предупредительным, но сильным укусом в основание уха.

– Аййй, дорогая, но мы же договаривались так… – попытался оправдаться лис.

– Все договорённости обнулились тем, что твоя дочь самостоятельно отбилась от негодяев, а ещё обнаружила в себе талант двулапой огнёвки!

Супруг открыл пасть, потом её закрыл, сморщился, потрогав лапой укушенное ухо, и глубоко вздохнул – с двулапостью спорить уже было трудно.

Нет, он, конечно, попытался – что поделать, если натура такая.

– Эээ, ладно, я подум… ай! – клацанье зубов у второго уха оказало стимулирующее действие, так что закончил он совсем не так, как собирался:

– Я подумал и решил, что согласен!

– И это правильно! – поддержала его жена. – А то там до тебя рвались добраться моя мама и моя тётя Рууха!

Отчаянный визг Арруна, заставивший его батюшку удивлённо воззриться на супругу, она прокомментировала так:

– Это я тебя пожалела, всё-таки муж… А вот сыночек всё-таки наткнулся и на бабулю, и на двоюродную бабулю разом. Он же упрямством-то весь в тебя. Вот и доигрался!

Аррун действительно рвался что-то доказать сестре и призвать к порядку распустившегося Уртяна, а вместо этого нарвался на бабулю и на Рууху. Пожалел об этом практически сразу, но вырваться от них так просто ещё никому не удавалась, так что верещал он долго и безуспешно.

– Да я ж ничего! Я уже всё понял! Уй… бабуля, зачем сразу за ухо-то, аййй… а за второе зачем?

– А для симметрии! – отвечали ему опытные лисы. – Ибо нечего лисоглупостями маяться!

Они и к тётушке собирались наведаться, но тут вмешался неучтённый фактор – Ичиго, которая решила познакомиться поближе с родственниками будущей жены внука.

Нет, если бы она уловила хоть тень пренебрежения, то знакомство пошло бы по иному пути, но эти две лисы были прекрасно воспитаны, а их собеседница не собиралась делать неприличные вещи и становиться, к примеру, лисовином. А раз так, раз она уважала обычаи земли, где живёт, так и её можно уважить! В конце-то концов, кто у нас только не проживает… если уважаешь нас, считаешь себя частью этой земли, то и на твою непохожесть можно закрыть глаза!