— Земляные плодятся легче и сразу по десятку яиц откладывают. Если всё пройдёт хорошо в пустыне, то вылупятся восемь из десяти. В то время как крылатые откладывают одно яйцо не чаще раза в два — три года. И то если рядом с самкой окажется взрослый самец во время брачного периода. Самки ведь гораздо меньше самцов и их на войну никто не отпустит. Да и мы не изверги, чтобы своих женщин беречь, а их отправлять на войну.

— А сколько самок способен, э-м-м… скажем так, одарить своим вниманием во время брачного периода один самец?

— Вот этого я не знаю, — весело сообщил учитель, потрепав меня по голове. — Не о том ты думаешь, ученица.

— А о чём надо? — развернулась к нему лицом делая шаги назад.

— Упадёшь, — улыбнулся он.

— Учите-е-ль… — требовательно протянула и споткнулась пяткой о бордюр у закончившейся тропки.

— Вот же несносная девчонка! — поймал меня за руку и забрюзжал как старый дед. Осталось подзатыльник дать как полагается непоседливым детям. — Всё, домой, а то у тебя ноги уже заплетаются. Сегодня отдыхай, а с завтрашнего дня начнутся тренировки. Утром познакомишься с двумя учителями по плаванию и фехтованию. А после обеда этикет и всеобщая история мира.

— А чему будешь учить меня ты? — удивилась новой информации.

— Бег и силовые тренировки будут проходить со мной.

Перспектива на ближайшее время интересная, но пока не сильно радостная. Бегать я никогда не любила и не умела. Плавала последний раз как топор в бассейне, когда были с Аркашей в конфетно-букетном периоде, и то, пару раз от силы. А оружия кроме кухонного ножа никогда не держала, не говоря уже о фехтовании. В школе этикет нам преподавали примерно два часа в неделю в последнем классе за место шитья на машинках. А вот история этого мира для меня была очень важна, чтобы хоть немного разбираться в ситуации.

— Через полгода добавятся ещё две дисциплины. Танцы и рукопашный бой с применением разного холодного оружия. Иногда демоны растрачивают магическую силу и не могут изменить форму, но и тогда они в состоянии хорошо драться. Ты должна уметь сразиться с парой таких бойцов, а то и с тремя. Но этому будут учить уже в лётной академии. Спарринг с партнёром будет у тебя одним из вступительных экзаменов через год. Ко второму ты легче подготовишься, это всеобщие знания мира. А на первом курсе будут смотреть на сколько хорошо ты умеешь плавать. Часто сражения происходят в небе над морями и океанами. Нужно суметь продержаться на воде до прибытия помощи. Обычно первым помогает дракон, но если он будет ранен, то, до прилёта отряда помощи.

— А как они узнают, что мне нужна помощь в воде? — снова почесала переносицу шагая рядом с учителем, который прибавил скорость в сторону того здания, на которое мы приземлились сегодня.

— Полная экипировка и обмундирование выдается каждому легионеру. К нему прилагается специальный артефакт — маяк, нажимаешь, и он виден своим магам. — Видя, что я хочу задать следующий вопрос, опередил с ответом, — нет, демоны его не обнаружат. Разная сила магии. У демонов только огонь, а у нас есть маги воды, воздуха и земли. Огнь, вот правда, только у метисов от демонов, но с золотыми драконами и этого достаточно.

— А сколько золотых в легионе? — поднимаясь по лестнице за учителем задала следующий вопрос.

— С твоим Дроном сто двадцать шесть.

— Не мало? — мне казалось их больше.

— В их стае около пятисот особей всех вместе с самками и детёнышами.

— А других больше?

— Конечно! Самое большое количество драконов у сухопутных войск. Там насчитывается около тридцати тысяч. Летунов в два раза меньше.

— То есть, если не считать золотых, то в общей сложности пятнадцать тысяч голов воздушных легионеров? А сколько в учебных заведениях?

— Эрэн, у меня уже голова гудит от кучи твоих вопросов. Давай ты узнаешь всё это с учителем истории? Ну правда, я не силён в подобных знаниях. Слишком давно учился. Вот кулаками махать или мечом это самое то, а отвечать на миллион вопросов, не моё.

Мы поднимались по лестнице где при нашем появлении вспыхивал огонёк освещая тёмные ступени. Через пару минут он снова угасал если людей не было рядом. Хотя, может и при людях затухал я не знаю. Но знаю, что, идя сейчас рядом с этим мужчиной от которого пахло свежестью и лавандой, мне было очень спокойно.

Я смотрела на стройную фигуру не утратившую идеальную форму даже в его пятьсот с хвостиком лет и понимала, моё сердечко тает. От одного только вида, ну и пусть, что на вид ему больше пятидесяти. Кто сказал, что в таком возрасте мужчина уже не сексуален?

А мне вот он нравится…

Это мне-то нравится мой учитель? Враньё! Не нравится! Совсем не нравится! Да что уж та-а-ам… У меня в голове сейчас звучит один только мат и ничего больше.

Бегу за ним на последнем дыхании. Он сказал, что через пару минут откроется второе, но уже час бегу, а никакого второго дыхания нет и в помине.

— Не отставай, Эрэн.

«Р-р-р…»

— Я больше не могу-у-у…

Дыхание сбилось окончательно, и я упала на землю. Бегаю каждое утро по часу, и вечером по пол часа уже целый месяц. В первый день мой час ушёл на покорение двух километров и то последние триста метров шла, хватаясь за бок еле волоча ноги, выплёвывая лёгкие. Обратно нас довёз на себе обычный, земляной дракон которых используют все жители империи. И так каждый день, потому, что обратно дойти я не в состоянии.

Место моих тренировок, это плато за замком учителя. Небольшое поле с разными установками, где я раз в неделю преодолевала препятствия из бега, прыжков, нырков в грязь, лазание по веревкам вверх и вниз. Избегание летящих брёвен и мешков. В общем весело.

Остальные уроки проходят либо в тренировочном зале, либо в кабинете учителя и только плавала я в бассейне в подземелье замка. При чём после уличного бега два раза в день и вода была горячая, чтобы снять спазмы и зажатость мышц. Это единственное занятие, которое мне понравилось и шла я туда с удовольствием.

Ни руки, ни ноги после вечернего плавания ночью не болели, а утром я могла спокойно встать, не чувствуя себя пожёванной драконом. Однако, после утреннего завтрака, который шёл после бега и плаванья, шли другие тренировки на разные группы мышц. А когда я с трудом поднималась на третий этаж замка, чтобы выслушать лекцию по истории и этикету, то с трудом понимала, что от меня хотят все эти люди. Историю спасало любопытство, а вот на уроках этикета я часто засыпала сидя с открытыми глазами, иногда даже падала со стула на пол отрубаясь напрочь.

В первые две недели было очень сложно привыкнуть к длинному дню, состоящему для меня из двадцати шести часов так как на ночной сон у меня, уходило по десять часов. И ведь спала как убитая, без снов и каких-либо тревог которые часто будили меня в прошлом. Сейчас, по прошествии месяца, я с трудом, но вложилась в расписанный график. Хотя бегать по часу так и не научилась. Каждый раз ползу как подраненная улитка с дыркой в боку. Ну, по крайней мере уже не плююсь кровью под конец часа. И даже не блюю, хотя тошнит пока ужасно, но уже не рвёт.

В общем, не жизнь, а малина. О драконе своём вспоминаю только по вечерам, когда лежу в горячей воде бассейна. И то не слишком долго, а то начинает ныть в груди и тянет повыть от тоски на луну.

Она, кстати, в этом мире тоже есть, только гораздо больше и от этого ярче. Кажется, что она близко, протяни руку и дотронешься. Даже серая поверхность, испещрённая кратерными дырами видна как на ладони. Завораживает, однако…

— Эрэн, ну сколько можно падать? — вывел из размышлений и воспоминаний голос учителя. Я, между прочим так называю только генерала легенду, к остальным обращаюсь ещё и по фамилии: учитель фехтования, высокий, поджарый мужчина Айхэ Залесски. Учитель по плаванию, Вачи Ваммарат, тоже высокий хорошо сложенный мужик с широкими плечами. Учитель истории совсем ещё молодой, не старше меня парень, Калил Пихлок. Учитель этикета смуглая, очень объемная женщина средних лет, Ангрэ Вертрен.