— Хорошо. Ты главное не опаздывай! Нужно создать видимость, что слова твоего отца имеют для нас какое-то значение.

— Будет сделано, — смеётся Аврора и отключается.

После этого я сразу набираю номер Александра и договариваюсь с ним о встрече в том же кафе, где мы виделись ранее.

Улизнуть из дома не составляет труда — все думают, что я увлечена подготовкой к предстоящему ужину, а я и не собираюсь никого разубеждать. Едва я вхожу в кафе, как сразу замечаю Александра. Мужчина сидит за тем же столиком, что и в прошлый раз, задумчиво помешивая кофе и уставившись в одну точку.

— Спасибо, что согласились приехать, — с улыбкой произношу я.

— Я подумал, что раз вы предлагаете встретиться, значит, что-то произошло. Планы изменились? Ваш муж отменил ужин?

— Нет, ужин он не отменял, но наши планы действительно придётся подкорректировать. Аврора должна была сориентировать вас внутри дома. Но мой муж настаивает на том, чтобы она присутствовала на ужине.

— Ничего страшного, — успокаивает меня Александр. — Всё же я не раз бывал в доме Кирилла, как-нибудь разберусь. Не думаю, что за пять лет коттедж сильно изменился.

— Вы планируете всё сделать самостоятельно?

— Нет, конечно, — качает он головой. — В одиночку я точно не справлюсь. Мне помогут те, кто очень заинтересован в возвращении Кирилла, например, его бывший управляющий, которого ваш муж оставил без работы.

— Я вас поняла. Это хорошо. Просто побоялась, что все эти изменения помешают нам исполнить задуманное.

— Людмила, я же вижу, что вас беспокоит совсем не это. Можете говорить со мной откровенно, что ещё у вас произошло?

— Я переживаю за свою дочь. Муж как-то странно выразился о своем желании видеть её на завтрашнем вечере… Он сказал, что пообещал своим друзьям, что познакомит их с Авророй. Я не знаю, что он задумал и чем это грозит моей дочери! И вдруг он на полном серьёзе собирается сосватать её за одного из своих дружков?

— За это не переживайте! Даже если у него в планах было нечто столь ужасное, я помогу вам защитить дочку, — обещает он, глядя мне в глаза. — Как же вы умудрились связаться с таким… мужчиной?

Ответить на этот вопрос я не могла. Вряд ли Александр поверит, если я скажу, что раньше Давид таким не был. До того как с его братом случилась беда, мы буквально не вылезали из долгов. Приходилось экономить на всём. Мне прекрасно известно это ощущение, когда ты выскребаешь из кошелька последнюю мелочь и думаешь, на что её потратить: на пачку дешёвых макарон или на проезд до офиса. Да, бывали дни, когда мне приходилось ходить на работу пешком. Добиралась я примерно за час и считала, что это нормально, что многие так живут, и в этом нет ничего особенного.

Когда мы переехали в дом Кирилла, я ещё какое-то время продолжала работать в офисе. А потом жизнь моя кардинально изменилась. Одна из сиделок Кира ушла, и Давид попросил меня уволиться, чтобы посвятить время уходу за его братом, пока он ищет новую медсестру. Тогда-то и выяснилось, что деверь относится ко мне иначе, чем к остальным. Видимо, он всеми силами пытался хоть до кого-то достучаться, объяснить, что с ним происходит нечто странное. Но я была так занята собственными проблемами и переживаниями, что ничего не замечала. И сейчас я винила себя за то, что была такой слепой.

Даже представить не могу, что чувствовал Кир, день за днём беззвучно взывая о помощи. Думаю, он не раз пытался поймать мой взгляд, чтобы подать какой-нибудь знак, но всё было бесполезно. Я, как и многие в этом доме, ничего необычного не замечала.

Домой я возвращаюсь, преисполненная решимости. Уверена, что раз Александр сказал, что справится — мне больше не о чем беспокоиться. Не похож друг Кирилла на того, кто бросается пустыми обещаниями. Главное, спокойно пережить оставшиеся часы до похищения Кирилла и не угробить Давида в приступе ярости.

Субботнее утро для меня начинается в районе шести утра. До прихода гостей у меня остается ровно двенадцать часов. Первым делом я заглядываю к Киру и проговариваю, как для него должен закончиться этот день.

— Спасибо, — едва слышно выдыхает он.

— Благодарить не стоит, — тихо отвечаю я, присаживаясь на край кровати. — Я очень надеюсь, что у нас всё получится, но нельзя быть уверенными на все сто процентов Что-то может пойти не так, и лучше нам быть готовыми к любому исходу событий.

В комнате у Кира я надолго не задерживаюсь. Совсем скоро должны появиться приглашённые повара и два официанта, которые будут обслуживать гостей. Когда персонал появляется на пороге дома, я сразу веду их в столовую, чтобы познакомиться с обстановкой, а затем провожаю на кухню. Мы обсуждаем меню, проверяем наличие нужных продуктов и расходимся по своим делам.

На выходе из кухни меня догоняет один из официантов — высокий молодой человек лет двадцати пяти. Симпатичный, голубоглазый брюнет с ямочками на щеках.

— Вы что-то хотели? — холодно интересуюсь я.

— Я от Александра, — очень тихо отвечает он. — Мне нужны ключи от чёрного хода.

Я молча киваю и жестом приглашаю его следовать за мной. Запасные ключи от всех помещений хранятся на кухне. Беру из ящика нужный ключ и показываю мужчине, где находится задняя дверь. Провожаю через участок, объясняю, как легче всего обогнуть дом и дойти до центральных ворот. Практически весь этот путь мы проделываем в полной тишине, чтобы не привлекать внимание ненужных свидетелей.

Вернувшись на кухню, я сразу отхожу от молодого человека. Официант тоже делает вид, что видит меня впервые. Когда его коллега интересуется, где он пропадал, мужчина спокойно поясняет, что ему показывали, где находятся мусорные ящики.

Часов до четырех я ношусь как белка в колесе. В очередной раз проверяю, что всё идёт как надо, и отправляюсь в свою комнату, чтобы привести себя в порядок к ужину. По пути ненадолго забегаю к деверю, чтобы пожелать нам обоим удачи.

Я настолько сильно переживаю, что кажется, будто сердце вот-вот выпрыгнет из груди — так часто оно стучит. Даже холодный душ не особо мне помогает. Но невзирая на нервозность, я беру себя в руки и начинаю готовиться к ужину.

Аврора приезжает где-то через час, и настроение Давида тут же меняется в лучшую сторону. Толком не поздоровавшись с дочерью, он начинает рассказывать о том, какие важные люди посетят наш дом и как Авроре повезло, что она сможет с ними познакомиться. Дочь, конечно, энтузиазма своего папаши не разделяет, но всё же натягивает вежливую улыбку и старается притвориться, что её всё более чем устраивает.

Когда гости начинают прибывать, я понимаю, что вечер вряд ли пройдёт спокойно. Друзья Давида выглядят как типичные завсегдатаи криминальных сводок. В дорогих костюмах, с золотыми часами на запястьях, но при этом обрюзгшие, с выпирающими животами, проплешинами в волосах и сальными взглядами, которыми они одаривают не только меня и мою дочь, но даже свекровь. Мамаша моего мужа выглядит растерянной — явно не таких гостей она планировала увидеть сегодня. Мы, в своих простых, но элегантных платьях, смотримся среди этих мужчин так же уместно, как бокалы для шампанского рядом с металлическими мисками.

Начинается всё довольно неплохо, если не брать в расчёт нашу неловкость. Муж настоял, чтобы Аврора сидела рядом с ним, и теперь я то и дело бросаю на дочь растерянные взгляды. Она сидит с совершенно прямой спиной и молчит, в то время как один из соседей Авроры вовсю пытается её разговорить.

— Какая скромница! — ржёт один из мужиков, опрокидывая в себя очередную порцию спиртного. — Люблю таких! Поначалу строят из себя недотрог, а потом показывают, на что способны.

Вилка выпадает из моей руки, громко лязнгув о тарелку.

Я набираю в лёгкие побольше воздуха — собираюсь поставить этого урода на место. В это время Аврора вскакивает из-за стола, явно намереваясь уйти.

— Сидеть! — рычит Давид, хватает её за запястье и тянет вниз. — Прояви уважение к моим гостям!

Я инстинктивно хватаюсь за столовый нож, крепко сжимая его в кулаке.