Делать было нечего пришлось вновь соглашаться на такой вариант. Купив билет и отходя от кассы я увидел курсантский патруль который потрошил нарядного дембеля, проверяя по военному билету соответствие всех тех значков, что он нацепил на свою парадку и явно собираясь срезать, как неуставные, роскошные аксельбанты, что он нацепил на свой китель.

Проходя мимо будок с междугородними телефонами — автоматами, я хотел было позвонить домой и предупредить о своем скором приезде, но подумав махнул рукой.

-Все равно, завтра вечером дома буду, так, что нечего звонить. Лучше в буфет схожу подзаправлюсь.

В буфете стоя за столиком и поедая курицу ( за соседним столиком расположился парень в гражданской одежде все повадки и жесты которого выдавали в нем явного дембеля, но я совершенно не помнил видел ли я его в тот свой первый раз) я вспомнил, что почти два года назад, июльским утром, сойдя с московского поезда, с группой призывников, я также в ел и пил в этом самом буфете. Нас везли на сборный пункт километрах в семидесяти от Верхневолжска, откуда уже на следующий день я попал в свой полк. Да-а как то быстро пролетели эти два года, а ведь с начала казалось, что они никогда не закончатся. Впрочем так же быстро пролетит и вся жизнь, которая в двадцать лет кажется длинной и нескончаемой. Подумав об этом я грустно вздохнул. Даже если предположить, что, кто то или что то подарило мне возможность второй раз пережить молодость, в конечном итоге я все равно вернусь на круги своя и стану пожилым мужиком шестидесяти лет, чтобы с этого рубежа двинутся дальше, прямым путем ведущим прямо на кладбище. Увы, но мой жизненный опыт не давал мне повода для оптимизма.

Я вдруг впервые поймал себя на мысли, что больше не хочу обратно в 2024 год. Несмотря на весь тот ужас и то потрясение, что пришлось пережить мне всего несколько дней назад, когда я осознал себя пребывающим в своем собственном прошлом, жить в нем мне нравилось все больше и больше. Если бы пожалуй, сейчас все закончилось и я вновь оказался бы в осеннем лесу возле пня усеянного опятами ( или в больнице, или в своей квартире или еще где- ни будь), я бы наверное пережил самое большое разочарование в своей жизни.

Доев курочку, я бодрым шагом вышел из помещения буфета, решив ( как и в первый раз )погулять по городу,( тем более, что когда я служил в учебной роте видеть его мне почти не доводилось) сходить в кино, в общем как то убить время до поезда. Я напряг свой ум пытаясь вспомнить, что я знаю о богатых достопримечательностях и исторических местах города Верхневолжска, которые я мог бы успеть посетить за имеющееся у меня до отправления поезда на Москву время и вдруг застыл на месте пронзенный пришедшим мне на ум воспоминанием...

В тот первый раз я тоже убивал время до отъезда бродя по Верхневолжску. Я посетил кинотеатр, посмотрел в нем какой то фильм ( решительно не помню какой именно), прокатился по имевшейся в городе ветке метро ( В Московском или скажем Ленинградском метро были многие, а вот многие ли были в метро Верхневолжском!) и уже в сумерках шел обратно на вокзал, рассчитывая провести оставшееся время в зале ожидания ( не забыв перед этим зайти подкрепиться в вокзальный буфет).

Уже в наступавших сумерках я возвращался обратно на вокзал, идя по тропинке проходящей возле края заросшего деревьями оврага, как вдруг увидел впереди себя большую группу людей, стоящую возле машины «Скорой помощи», рядом с которой приткнулся милицейский УАЗ.

Было понятно, что что то произошло и снедаемый любопытством я решил подойти поближе.

Когда я почти вплотную подошел к стоящим возле оврага людям, то услышал жалобный женский голос.

-Господи, да, что же это делается то! Молодая ведь совсем! И у кого это на рука то поднялась?

-А, что произошло то? - спросил подошедший с противоположной стороны мужчина.

-Девушку убили. Совсем девчонку. Ее наш сосед Василий обнаружил. Проходил рядом услышал шевеление какое то, глянул, а она под кустом лежит. Одежда на ней вся изорванная. Он ее за руку взял, еще теплая. Думал, что живая, побежал «скорую» вызывать, да поздно уже. Приехали, а она мертвая.

-Черте, что твориться, скоро на улицу в магазин выйти страшно будет. Убьют и ограбят- произнес другой мужской голос.

-Это все молодежь, волосатики эти. Мы в их время работали не покладая рук, а они знай только по своим дискотекам отираются. Сталина на них нет!

-Точно, точно,- поддержал его старушечий голос, - в троллейбусе ни за что места не уступят. Войдешь, а он рассядется как боров и в окно глядит тебя не замечает! А девки эти бесстыжие, в портках, да крашеные. Да курят вдобавок. Я б им всем губищи то их бесстыжие по отрывала!

Из дальнейших разговоров я понял, что совсем не давно в этом овраге было обнаружено тело убитой девушки. Обнаружил его, проходивший мимо, мужчина привлеченный каким то подозрительным шумом. Спустившись в овраг он наткнулся на убитую и возможно даже видел спешно покидавших место преступления убийц.

Я постоял еще немного, послушал разговоры, а потом двинулся на вокзал.

Надо сказать, что все это произвело на меня довольно не приятное впечатление. Я ничего не знал о погибшей девушке, не знал сколько ей лет ( из разговоров зевак было понятно только то, что она «молодая») не представлял как она выглядит, но все равно осознавать, что какие то подонки вот так взяли и запросто оборвали молодую только начавшуюся женскую жизнь было очень не приятно. Уже потом в поезде я представлял себе эту девушку представлял как спас бы ее если бы подошел к этому оврагу чуть раньше, когда преступники не успели расправиться со своей жертвой, в общем воображал себе всякие глупости.

Я довольно быстро забыл об этом прошествии, хотя время от времени все же вспоминал о нем. Было очень жалко погибшую девушку о которой я не знал ровно ничего. Уже спустя много лет, вспомнив в очередной раз о ней, я решил на всякий случай поискать информацию об этом убийстве в интернете. И к своему удивлению быстро нашел ее. Оказывается это было довольно громкое убийство для Верхневолжска образца 1986 года учитывая семью из которой происходила убитая.

Это была Александра Мошкина, студентка филологического факультета Верхневолжского университета двадцати лет от роду. На фото я увидел очень симпатичную особу, но главное заключалось не в этом. Отец Мошкиной занимал должность директора Верхневолжского мясокомбината, а тому кто жил в советское время не надо говорить, что это была за должность и какие возможности она открывала человеку ее занявшую. И вот теперь у меня появилась реальная возможность помешать произойти этому убийству.

Мошкину убили, когда она возвращалась домой от подруги. Ее убийцами стали типичные маргиналы Артем Новиков и Ратмир Касаев. Девушка решила сократить путь до автобусной остановки пройдя через овраг, где Касаев и Новиков расположились для распития бутылки самогона. Увидев спускающуюся по тропинке Александру они решили ограбить и изнасиловать ее. Кстати Касаев как и я был дембелем и видимо за распитием бутылки горячительного подробно рассказывал своему дружку, как он в армии участвовал в групповых изнасилованиях, забредших в казарму «на огонек» девиц с пониженной социальной ответственностью ( надо сказать подобного рода случаи в Советской Армии были совсем не редкость). Во всяком случае Новиков давал именно такие показания на следствии.

В интернете нашлись и фотографии убийц. Я увидел типичные дегенеративные морды, которые во все большем количестве встречались в городах и весях в позднем СССР ( и стали даже на мой взгляд даже преобладать в современной мне РФ, что даже позволило в один прекрасный день сформулировать мне гипотезу о начавшемся необратимом биологическом вырождении русского и родственного ему народов).

Напав на девушку Касаев и Новиков оттащили ее в кусты, где начали срывать с нее одежду. Мошкина оказывала сопротивление и срывавший с нее одежду Новиков как он показал на следствии «немного переборщил». Это «переборщил» состояло в том, что он задушил ее. Видимо в этот момент, привлеченный шумом в овраг стал спускаться мужчина, который первым обнаружил тело погибшей. Новиков и Касаев струхнули, и сбежали прихватив джинсы которые они успели стащить с Александры.