Федералы. Агенты, следящие за соблюдением сухого закона. Те, кто должен был бороться с нелегальным алкоголем. Но большинство из них были на зарплате у наших друзей. Остальные либо слишком тупые или слишком честные. С первыми можно было договориться, а вторых избегали.

— Хорошо, — кивнул я. — Если что — сразу звони. Знаешь, кому.

— Конечно, Чарли. Еще по одной?

— Нет, — я покачал головой. — Мне сегодня еще с Джо-боссом встречаться.

Я уже поднялся, собираясь уйти, но Джонни вдруг спросил:

— Слышал про покушение. Как ты?

А этот вопрос к чему? Он что-нибудь знает? Я виду не подал, усмехнулся — насколько позволяли шрамы:

— Жив. Как видишь.

Джонни кивнул:

— Рад. Ты хороший парень, Чарли. Справедливый. С тобой работать легко.

Комплимент. Приятно, но я не расслаблялся. В мафии комплименты часто предшествуют предательству.

— Спасибо, — ответил я. — Ценю. А ты об этом что-то слышал?

— Да ничего особенного, — покачал головой Адониз. — Слышал, что это люди Маранцано. Не сидится ему у себя в Бруклине, хочет подмять и этот район.

— Это точно.

Нет, не знает он ничего. А обсуждать дела мафии с посторонними неприемлемо. Омерта, все дела. А он ведь даже не соучастник, просто делец, с которым мы работаем.

— Я пойду, — сказал я. — У меня еще дела.

— Идем, Чарли, — кивнул он. — Я тебя провожу.

Мы вышли из задней комнаты обратно в зал. Джаз все еще играл, но уже другая песня. И мне показалось, что парнишка не по нотам играет, а импровизирует. В музыке я особо не разбирался, но нужно обратить на него внимание. Мало ли, вдруг у нас тут под боком Адриано Челентано растет. Или он не певец, а актер? Не знаю.

Охранники ждали у бара. Сэл и Поли. Того, что остался в машине, звали Фрэнки. С Сэлом мы работали очень давно, он был надежным, Фрэнки и Поли прислал Лански, они новички, но Багси их уже проверил. А как он проверял людей?

Кровью. Нужно было покалечить или убить того, на кого он укажет. И они это делали. Потому что мало кому хотелось работать в доках за двадцать долларов в неделю. Всем хочется тачек, денег, женщин, выпивки хорошей.

— Все нормально, мистер Лучано? — спросил Сэл.

Он тоже давно мог бы называть меня по имени, но нет. Так и звал фамилией.

— Все отлично, — ответил я. — Сейчас…

Я вытащил из кармана пачку сигарет. Меня заинтересовала музыка, хотелось послушать. Достал зажигалку — не Зиппо, тогда их еще не было, но все равно дорогую, фигурную. Прикурил. Затянулся, выдохнул дым вверх.

Джонни уже исчез, ушел по своим делам.

Музыка была… Веселая, да. Пальцы мальчишки-пианиста так и порхали по клавишам, и я окончательно убедился в том, что он не заучил эту песню, а импровизирует. Черт…

Может быть, самому клуб открыть? У меня есть доля в нескольких таких, но вот собственного…

Я многое понимал в бизнесе, и прекрасно знал, что есть два способа ведения. Первый — остаешься в тени, не показываешься, владеешь контрольными пакетами акций. Второй — наоборот, максимально строишь личный бренд. Так делают, например, Илон Маск и Дональд Трамп, они так вообще в политику влезли.

Раньше я предпочитал первый вариант. Но тут все держится на личном авторитете, да и мне не повезло попасть в публичную личность. Несмотря на всю скрытность и конспирацию Лучано был публичным.

Так почему бы не сделать из его имени личный бренд? Даже не из имени, а из прозвища, потому что это самое «Лаки» уже ушло в народ и расходится. Начать с малого. Скажем, с клуба. К тому же это способ отмывать бабки. Даже не на еде и напитках — это как раз сложно, за этим следят. А на выступлениях. И на рекламе их.

Ставить большие затраты на рекламу, а на самом деле платить кучке мальчишек за то, чтобы они клеили плакаты. Да они через неделю за бакс в день будут готовы все вокруг обклеить. Ну и выступления организовывать, продавать билеты. И по документам у нас каждый день будет аншлаг.

Надо подумать.

— Идем, парни, — решил я.

Мы направились к выходу, и тут послышался грохот и дверь слетела с петель. Дерево треснуло, петли оторвались, створка рухнула на пол, подняв облако пыли.

— Облава! — послышался громкий крик позади, музыка стихла.

В проем ввалились пятеро, и это была не полиция.

Ирландцы.

Я сразу понял по рыжим волосам, по наглым рожам. Здоровенные, пьяные, агрессивные. Один из них — главарь, судя по тому, как остальные за ним следовали — был просто огромным. Ростом под два метра, широченным в плечах. И бухим в дрова.

Все в зале резко замолчали, почувствовали, что сейчас будет. Когда итальянцы вроде нас встречаются с ирландцами, это редко заканчивается хорошо. Неважно, служат ли те в полиции или ведут дела в бандах, как вот эти вот.

А это бандиты. И судя по тому, что я не узнал их главаря, какие-то мелкие. Решили наехать на бар, отжать его себе тайком? Да нет, у них не хватит на такое ни мозгов, ни влияния. Скорее всего, просто грабители. Владелец подпольного питейного заведения ведь не пойдет в полицию, чтобы заявить об ограблении.

Нет. Он будет действовать иначе. Он пойдет к нам, а там уж мы решим проблему тем или иным способом. Правда, за помощь мы взяли бы гораздо больше, чем украли бандиты.

Но сейчас — это вопрос репутации.

И ирландцы не съедут, главарь пойдет до конца. В другое время он не связался бы с Чарли Лучано, но сейчас если он откажется от конфликта, то потеряет авторитет среди своих же.

Да и слишком он пьян, это видно. Они порядком разогрели себя алкоголем, им ведь нужно было набраться смелости для того, чтобы наехать на мою точку.

Главарь осмотрелся, обвел зал взглядом, а потом уставился на меня. И криво усмехнулся.

— А вот и ты! — заорал он с сильным ирландским акцентом.

Похоже, недавно переехал в Америку. Может быть, его родители были связаны с Ирландской Республиканской Армией, вот они и решили покинуть Родину. А возможно, что просто поехали сюда в поисках лучшей жизни.

— Лучано! — продолжил он. — Макаронник гребаный!

Узнал. И все равно не собирается съезжать. Ну, после покушения мой авторитет порядком подкосился. И теперь мне нужно его восстановить. Вот и случай подвернулся. Но желательно обойтись без стрельбы, да.

Хотя… Пятеро, все здоровые, но пьяные, а драться пьяным — это такое себе удовольствие. Координация движений не та, замедленная реакция. Хотя, ирландцев это, пожалуй, не касается, потому что они как раз способны драться в любом состоянии. Пьяные драки — это вообще часть их национальной культуры.

Музыка оборвалась. Весь зал смотрел на нас, как я отреагирую. От этого будет зависеть вообще все.

Вижу пистолеты как минимум у двоих — у них куртки подмышками топорщатся. У остальных они либо в другом месте, либо решили обойтись без них или не смогли добыть. Может быть, рассчитывают на свои здоровенные кулаки или ножи, черт его знает.

Мои охранники потянулись к оружию под пиджаками, но я поднял руку, остановил их. Пока что.

Главарь ирландцев шагнул вперед, чуть пошатнулся, но удержался на ногах, оперся на стойку.

— Слышал, тебя порезали как свинью, а, макаронник? Чудом выжил, да?

Он расхохотался, а остальные подхватили. Смех был пьяный, противный, как у шакалов из старого мультика, который еще не сняли в это время.

Я молча продолжал смотреть на него. Оценивал. Они опасны. Своей безбашенностью опасны, и тут ничего не поделать. Жесткие парни. А значит придется действовать еще более жестко.

Главарь подошел еще ближе, ткнул пальцем мне в грудь.

— Макаронник, чего молчишь?

— Лучше бы вам уйти отсюда, парни, — проговорил я. — Если не хотите проблем.

— Лучше бы вам уйти отсюда, если не хотите проблем! — передразнил он меня. — Сами валите! Ты хоть знаешь, кто я такой?

Когда-то давно я смотрел видеоблог одного парня, Майкла Франчеце, бывшего капо семьи Коломбо. Ну, интересовался историей мафии, что поделать, правда он вел свои дела уже позже, в семидесятых. А потом, после тюрьмы, ушел в религию и общественную деятельность.