Получив свою порцию ужина, он пояснил:

– Многое зависит от того, признает ли байстрюка отец. Своих я признал и провел особые церемонии, чтобы никто не усомнился в степени их значимости для меня. Официально моим наследником считается Альбин, у Бабы Яги преемницей станет Лиса. Когда ты исчезла, это и произошло, но так как не случилось законной передачи полномочий от одной к другой, Лиса не смогла получить всех положенных прав и сил.

– То есть если ты когда-нибудь решишь уйти на покой, то путем какого-то особого ритуала сможешь передать наследнику власть и правление окончательно?

– Именно.

– А закон о ненаследовании?

– Разве кто-то в здравом уме рискнет предъявить претензии Кащею или Бабе Яге? Или их детям?

Верно, подобных психов в Небывальщине сложно было представить. Неудивительно, что тройняшки и Василисы чувствовали себя счастливыми и довольными жизнью, с такими-то родителями. Власть и влияние решили проблему рождения для них безболезненно.

– Вот оно у вас как, – протянула в задумчивости Яна. – Полагаю, что и с отношениями вне брака та же ситуация?

– Здесь попроще, главное – не переходить границ дозволенного, – пояснил Кащей.

– Например?

– Не афишировать – самое главное. Конечно, если власть и сила позволяют, то никто и слова не скажет.

– Небывальщина странная. Она современная, во многом куда раскованней Яснобыльщины, но при этом дети вне брака считаются чем-то зазорным.

– Яснобыльщина тоже не идеальна. К примеру, в какой-то стране женщины ходят в закрытых черных одеждах и лишены многих прав.

– Верно, поразительно, что ты знаешь про хиджабы. – Яна вдруг зевнула и поняла, что жутко устала. – Давай ложиться спать, а то у меня уже сил не осталось.

Кащей возражать не стал, и они принялись устраиваться на ночлег. Бурева, как только увидела, где он расстелил одеяла, тут же подтащила к нему свое спальное место. Ну а что? Сказала – сделала. Ей совсем не хотелось, чтобы ночью за задницу укусила какая-нибудь пиявка размером с собаку, а рядом с Бессмертным тепло и безопасно. Мужчина приподнял вверх бровь и окинул ее веселящимся взглядом, но ничего не сказал. Вот и правильно, нечего изображать из себя недотрогу, чай не монах и не священник.

Как только они оказались в горизонтальном положении, Яна сразу же ощутила каждую мышцу измученного тела. Она даже издала полувздох-полустон удовольствия, получив возможность отдохнуть. Жаль, что невозможно было увидеть небо: все заслоняли болотная темнота и ветви искривленных деревьев, сквозь которые даже крохотного кусочка не проглядывалось. Через миг даже ветви не получилось рассмотреть, потому что над ней склонился Кащей и все заслонил прозрачно-голубой взгляд. Чем не небеса? Поцелуй оказался тягучим, властным и в то же время донельзя нежным. Скольжение языков, легкое покусывание, томительное соприкосновение губ, пробуждающее пожар во всем теле. Еще немного, и можно было бы расплавиться под шквалом жара, путающего мысли и лишающего разума. Бессмертный первым прервал оглушительную негу, в последний раз сначала прикусив пухлую нижнюю губу девушки, а после лизнув. Он не отстранился совсем, продолжая нависать над Яной.

– Вы совершенно разные, – проговорил он, скользнув пальцем по ее губам. – Ты и близко не похожа на прежнюю Бабу Ягу, даже целоваться не умеешь.

Она хмыкнула, позабавленная последними словами, и провокационно лизнула наглый палец, заметив, что взгляд Кащея еще больше потемнел, став почти темно-индиговым. Он не оставил шалость без ответа, рука спустилась к груди, накрыв и поглаживая. Одежда сразу стала лишней, захотелось ощутить прикосновение загрубевшей кожи его ладони к ее нежной и чувствительной.

– Где уж тут научиться целоваться, когда любую попытку наладить личную жизнь пресекал шерстистый комок проблем.

– Баюн?

– Кто еще? Кроме него ко мне в гости никто так беспардонно не приходили жить. Засранец испортил мне отношения с моим как будто бы парнем.

– Не похоже, что ты расстроена. – Кащей чуть сощурился.

– Не из-за чего расстраиваться, – отмахнулась Яна. – Я даже влюбиться не успела, тогда все только начиналось. Да и он оказался не таким, как представлялся вначале. Не терплю слабых людей, особенно мужчин.

– Мне посочувствовать? – скептически поинтересовался колдун. Его рука поползла с груди вниз, продолжая вызывать бурю в теле.

– Вот еще, лучше поучи целоваться. – И Яна сама потянулась к нему за второй порцией фантастических ощущений.

Кащей не думал противиться приказу, вновь накрывая ее рот своим. Властная рука добралась до особо чувствительного места, накрыв промежность девушки. Яна застонала, выгибаясь, раздвинула ноги чуть шире, давая больше доступа ласке. Даже сквозь ткань ощущения были крышесносными, срочно захотелось избавиться от всей лишней одежды. Но здесь было не место и не время, поэтому наслаждались тем, чем было возможно.

Приятное действие пришлось вскоре прекратить, тела явственно намекнули, что хорошо бы перейти к чему-то большему, чем поцелуи и ласки сквозь тряпки. Яна и Кащей оторвались друг от друга, несколько мгновений вглядываясь в глаза. После Бессмертный лег на спину и притянул Яну к себе, крепко обняв.

Перед самым сном она успела шепнуть:

– Хорошо, что мы с Ягой разные. Не надо искать во мне замену, даже если она прошлая – это я настоящая.

Кажется, даже получила ответ: «Не буду», а возможно, он ей только приснился.

До Заячьего Кургана дорога заняла на пару дней больше, чем рассчитывали изначально. Яна понимала, что причина задержек в ней, она физически не могла угнаться за скоростью и выносливостью могущественного колдуна и тренированного воина. К тому же сильно мешал человеческий дух девушки. Слишком лакомым кусочком она казалась местной нечисти и нежити. Многие, учуяв Бессмертного рядом с ней, уходили, но иные оказывались рисковыми. Проблема была еще и в том, что постепенно она начала ощущать давление Пекельных Болот на себе. Помимо этого, случались приступы непроизвольной дрожи, сильно болела голова, а в какой-то момент пришли и кошмары. Кащей объяснил, что так на нее действует близость ада, как, в общем-то, и на любого человека. Именно поэтому он стремился как можно быстрее вывести ее с болот. Двигались бы еще медленнее, если бы не спутник, помогавший в пути.

Только благодаря ему они добрались.

– Почему он называется Заячьим Курганом? – спросила Бурева, рассматривая огромную насыпь размером с холм, укрытую пожухлой травой ржавого, неестественного оттенка.

– Когда-то здесь совершили массовое убийство зайцев, а после осквернили курган еще больше – провели один из самых темных ритуалов, известных в Небывальщине. С тех пор так и назвали.

– Обычные зайцы? – поразилась она. – Нет, я понимаю, зверюшек, однозначно, жалко, но не проще ли было достать девственницу там или кошек? Ну, всяко больше подходят для черных дел, чем лопоухие трусишки.

Кащей хрипло хохотнул.

– Яна, ты снова забываешь, что Небывальщина не человеческий мир. У нас звери не обычные, они несут в себе знания и магию, которых нет в твоем бывшем мире. Зайцев у нас называют косыми, беляками или скоромча – это самые распространенные названия. Этому племени покровительствуют два бога: Ярило и Перун, им же ушастые и посвящены. Они хитры, зачастую способны принести бурю и несчастья. А весеннего безумия, выливающегося в масштабные заячьи оргии, вовсе стоит избегать любому живому или мертвому сказочнику, кроме ушастых, потому что оно способно затянуть в свои сети какой бы силой воли не обладал несчастный. – Яна содрогнулась от представленной картины. – Это еще малая часть их особенностей. Представь, какую силу можно собрать от них, творя темную магию? Колоссальную.

– Ничего себе. – Яна снова ошарашенно посмотрела на курган, теперь воспринимая его совсем иначе. Зайчики – такие безобидные зверьки… кажутся.

Когда парочка вышла к кургану, место показалось совершенно вымершим, даже от болотистой нечисти. Яна начала осматриваться, ища Ивана или его стоянку, но все равно пропустила миг его появления. Караулил он их, что ли?