Духи (в коридоре) Он попался! Поспешим! Но входить нельзя за ним. Как лиса среди тенет, Старый бес сидит и ждет. Так слетайся же скорей, Осторожных духов рой, И старайся всей толпой, Чтоб избегнул он цепей. В эту сумрачную ночь Мы должны ему помочь. Он велик, могуч, силен: Помогал не раз нам он! Фауст Для покоренья зверя злого Скажу сперва четыре слова: Саламандра, пылай! Ты, Сильфида, летай! Ты, Ундина, клубись! Домовой, ты трудись! Стихии четыре Царят в этом мире; Кто их не постиг, Их сил не проник — Чужда тому власть, Чтоб духов заклясть. Исчезни в огне, Саламандра! Разлейся в волне Ты, Ундина! Звездой просверкай Ты, Сильфида! Помощь домашнюю дай, Incubus, Incubus, Выходи, чтоб закончить союз! Нет, ни одной из четырех В ужасном звере не таится: Ему не больно; он прилег И скалит зубы, и глумится. Чтоб духа вызвать и узнать, Сильней я буду заклинать. Но знай же: если ты, наглец, Из ада мрачного беглец, То вот – взгляни – победный знак! Его страшатся ад и мрак, Ему покорны духи праха. Пес ощетинился от страха! Проклятое созданье! Прочтешь ли ты названье Его, несотворенного, Его, неизреченного, И смерть, и ад поправшего, И на кресте страдавшего! Страшен, грозен, громаден, как слон, Вырастает за печкою он, И в тумане он хочет разлиться! Он весь свод наполняет собой. Мрачный дух, повелитель я твой: Предо мною ты должен склониться, Не напрасно грозил я крестом: Я сожгу тебя Божьим огнем! Не жди же теперь от меня Трикраты святого огня! Не жди, говорю, от меня Сильнейшего в таинстве нашем! Туман рассеивается, из-за печи является Мефистофель в одежде странствующего схоласта.
Мефистофель К чему шуметь? Я здесь к услугам вашим. Фауст Так вот кто в пуделе сидел; Схоласт, в собаке сокровенный! Смешно! Мефистофель Привет мой вам, науки жрец почтенный! По вашей милости изрядно я вспотел. Фауст Мефистофель Вопрос довольно мелочной В устах того, кто слово презирает И, чуждый внешности пустой, Лишь в суть вещей глубокий взор вперяет. Фауст Чтоб узнать о вашем брате суть, На имя следует взглянуть. По специальности прозванье вам дается: Дух злобы, демон лжи, коварства – как придется. Так кто же ты? Мефистофель Частица силы я, Желавшей вечно зла, творившей лишь благое. Фауст Кудряво сказано; а проще – что такое? Мефистофель Я отрицаю все – и в этом суть моя, Затем, что лишь на то, чтоб с громом провалиться, Годна вся эта дрянь, что на земле живет. Не лучше ль было б им уж вовсе не родиться! Короче, все, что злом ваш брат зовет, — Стремленье разрушать, дела и мысли злые, Вот это все – моя стихия. Фауст Ты мне сказал: «я часть»; но весь ты предо мной? Мефистофель Я скромно высказал лишь правду, без сомненья. Ведь это только вы мирок нелепый свой Считаете за все, за центр всего творенья! А я – лишь части часть, которая была Вначале всё, той тьмы, что свет произвела, Надменный свет, что спорить стал с рожденья С могучей ночью, матерью творенья. Но все ж ему не дорасти до нас! Что б он ни породил – все это каждый раз Неразделимо связано с телами, Произошло от тел, прекрасно лишь в телах, В границах тел должно всегда остаться, И – право, кажется, недолго дожидаться — Он сам развалится с телами в пух и прах. Фауст Так вот твое высокое значенье! Великое разрушить ты не мог, Тогда по мелочам ты начал разрушенье! Мефистофель Что делать! Да и тут старался я не впрок. Дрянное Нечто, мир ничтожный, Соперник вечного Ничто, Стоит, не глядя ни на что, И вред выносит всевозможный: Бушует ли потоп, пожары, грозы, град — И море, и земля по-прежнему стоят. С породой глупою звериной и людскою Бороться иногда мне не хватает сил — Ведь скольких я уже сгубил, А жизнь течет себе широкою рекою. Да – хоть с ума сойти – все в мире так ведется, Что в воздухе, в воде и на сухом пути, В тепле и в холоде зародыш разовьется. Один огонь еще, спасибо, остается. А то б убежища, ей-богу, не найти! |
