Кристофер кивнул.

- Это было как раз перед каникулами. Мы встретились перед тем, как все разъехались по домам на Рождество. Все закончилось подставой.

- Подставой? - Спросил я в замешательстве.

- Да, эм, девочки сделали так, что мы с Питером остались одни на свидание за чашкой кофе. Они решили поиграть в свах, и каждая прислала СМС с объяснениями, почему они не смогли прийти на кофе в тот день, когда мы с Питером уже были там. Когда я понял, что они натворили, я запаниковал, но именно Питер все это отменил. Он извинился передо мной, потому что, несмотря на то, что я ему действительно нравился, он все еще пытался оправиться от разрыва со своим последним парнем.

- Значит, он, предположительно, воспользовался шансом, что вы соберетесь вместе за столом, - сказал я.

- И я попался на крючок, леску и грузило, - пробормотал Кристофер. - Когда я был моложе, у меня всегда лучше получалось слушать, чем говорить, поэтому было легко проявить сочувствие. Его парень изменил ему в Огайо, где они оба выросли, поэтому Питер решил не приезжать домой на каникулы, чтобы в конечном итоге не столкнуться с ним. Когда он узнал, что я тоже не поеду домой, Питер предложил продолжить встречаться за чашечкой кофе. Но он не настаивал, и когда я отклонил его предложение проводить меня домой, его, казалось, это не обеспокоило. Так что мы встречались каждый день и даже нашли китайский ресторанчик недалеко от кампуса, который был открыт на Рождество.

Кристофер надолго замолчал.

- С ним было так легко разговаривать. Даже не знаю, когда все изменилось. Просто однажды мне понадобилось рассказать ему о нападениях. Я не знал почему. Я ни с кем не говорил о них раньше, но чувствовал, что на мою грудь навалилась тяжесть, и я больше не мог дышать из-за этого. Он действительно плакал из-за меня. После этого мы стали проводить все больше и больше времени вместе, и через пару месяцев во втором семестре он признался мне в любви. На тот момент мы только держались за руки. Он сказал, что хотел бы не торопить события ради меня. Он целовал меня в щеку или в лоб, но никогда в губы. Я, правда, не понимал почему, но не хотел рисковать потерять его, поэтому никогда не спрашивал. Оглядываясь назад, я вижу и другие тревожные признаки того, что что-то было не так.

- Например, что? - спросил я. Я запускал пальцы в волосы Кристофера, в то время как он мягко постукивал одним пальцем по моей груди. Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, что он отсчитывает удары моего сердца.

- Иногда он срывался на мне без всякой причины. Иногда исчезал на неделю или две, утверждая, что болен, но не позволял мне с ним видеться. Его внешность тоже изменилась. Он выглядел все более и более изможденным и часто терял нить разговора. Однажды я заметил у него на подбородке следы тонального крема, но когда спросил его об этом, он взбесился.

- Он когда-нибудь бил тебя? - спросил я.

Кристофер покачал головой.

- После того случая с тональником он сказал мне, что прикрывал пару синяков от каких-то парней, избивших его, потому что он гей.

Я напрягся, когда понял, о чем умолчал Кристофер. Я даже немного приподнялся, заставив Кристофера сменить позу. В итоге он сел, скрестив ноги, на кровати рядом с моим бедром.

- Его неделями не было дома, потому что он был болен... На его лице был тональный крем...? - Я недоверчиво покачал головой. - Он знал, что у него СПИД.

Я не смог сдержать ярость в своем голосе. Кристофер опустил глаза и начал заламывать пальцы.

- Блядь, прости меня, - пробормотал я, выпрямляясь еще больше и подхватывая Пипа на руки. Я передал обиженного котенка Кристоферу.

- Я был недостаточно умен, чтобы понять это, - сказал Кристофер через несколько мгновений. - Мои чувства к нему становились сильнее, но я нервничал из-за секса с ним. В конце концов, однажды днем, когда мы занимались в моей комнате в общежитии, он окончательно меня уломал. Все началось довольно невинно, с легких прикосновений и поддразниваний. Он сказал, как сильно любит меня и что просто хочет быть со мной. Я согласился, но попросил его не торопиться и сказал, что он должен надеть презерватив. Он согласился. Он даже устроил целое шоу, надевая его, чтобы я мог видеть. Когда он встал у меня за спиной и начал проникать внутрь, было очень больно. Все, что я чувствовал, это жжение. Я думал, что все пройдет, если Питер просто даст мне немного времени привыкнуть, но как только он оказался внутри меня, как будто что-то изменилось. Он был груб и зол, а в какой-то момент даже назвал меня именем своего бывшего. Все закончилось за считанные минуты. Кончив, он сказал, что было весело, и стал натягивать одежду. Я мог бы… Я мог бы...

Оболочка, в которую Кристофер закутался с того момента, как начал говорить, пошла трещинами. Его голос больше не был ровным и безразличным, и он стал раскачиваться.

- Не спеши, милый, - сказал я, придвигаясь к нему поближе. Я сел ногами по обе стороны от него, чтобы прижать его к своей груди.

- Я почувствовал, как что-то вытекает из меня. Я подумал, что это кровь. Я подумал, что, может, он что-то порвал внутри.

- Но это была не кровь, - тихо сказал я. Потребовались все мои силы, чтобы говорить спокойно и крепко держать Кристофера.

- Нет, это была не кровь. Питер все еще одевался, и я спросил его об этом. Он просто улыбнулся и сказал, что презервативы иногда рвутся. Эта улыбка… от нее у меня все похолодело внутри, - признался Кристофер. - Я нашел презерватив на полу рядом с кроватью. В нем ничего не было, и не было никаких разрывов, во всяком случае, достаточно больших, чтобы через него могло пройти такое количество спермы.

- Что ты сделал? - спросил я.

Кристофер покачал головой.

- Я, правда, не помню. Я принял душ. Я знаю это. Но все остальное как в тумане.

- Ты обратился к властям?

Кристофер хрипло рассмеялся.

- И что бы им сказал? У меня был секс с моим парнем, но я был слишком глуп, чтобы понять, что он в какой-то момент снял презерватив?

- Ты не глуп, - сердито сказал я, заставляя Кристофера посмотреть на меня. - И ты ни в чем не виноват. Ты доверился ему в защите. Ты доверился, чтобы он позаботился о тебе. Ты был неопытен и испытывал боль, так что, какие у тебя были основания полагать, что что-то не так, когда он вошел в тебя. Ты все сделал правильно, Кристофер.

В глазах Кристофера заблестели слезы, и я мог только молиться, чтобы причиной был не я. Я снова притянул его к своей груди. Я долго держал его так, пока мы оба немного не успокоились. Пип тем временем отошел, но недалеко. Он свернулся калачиком на одной из подушек.

- Ты сразу пошел сдавать анализы? - спросил я.

- Нет, - ответил Кристофер. - Я просто хотел забыть обо всем этом. Честно говоря, мне даже в голову не приходило пройти обследование. Я просто списал это на то, что Питеру нравилось трахать парней без защиты, и у него не было проблем с использованием уловок, чтобы получить то, что он хотел. Через несколько дней он исчез из программы. Никто не знал, куда он делся. Немногим более полугода спустя, когда программа подходила к концу, я сопровождал медсестру, оказывающую помощь в хосписе. Она посещала разные дома в округе, чтобы проведать неизлечимых пациентов, которые хотели уйти из жизни дома, а не в больнице или доме престарелых. Нашей последней остановкой был огромный дом в нескольких милях от университета. У пациента был СПИД, и ожидалось, что он протянет не больше недели.

Кристофер снова начал раскачиваться, несмотря на то, что был в моих объятиях, поэтому я взял инициативу в свои руки и стал укачивать нас обоих в надежде, что это поможет ему пережить оставшуюся часть истории.

- Я не мог понять, на что смотрю. Я не узнал его. Даже когда медсестра поздоровалась с ним, я понятия не имел, что происходит. Было похоже, как будто кто-то перерезал провод между моими глазами и мозгом. Но он узнал меня. Он попросил медсестру принести ему сока с кухни. Как только она ушла, Питер засмеялся. Он подумал, что упустил свой шанс увидеть выражение моего лица, когда я узнаю об этом. Оказалось, ему нравилось говорить парням, с которыми он трахался, что у него положительный результат, но он всегда ждал пару месяцев, чтобы дать болезни время прогрессировать. Сказал, что это было все равно, что трахать их снова и снова. Но он слишком сильно заболел, прежде чем смог рассказать мне. Оказалось, что он специально заразил более дюжины парней. Он не лгал о том, что у него был парень, который ему изменял. Вот как Питер это понял. Парень умер через месяц после того, как узнал, что у него это, и Питер решил, что у него тоже не так много времени, так почему бы не забрать с собой как можно больше парней. Было бы неплохо, если они будут похожи на его парня.