Кошелька в сумке нет. Я его оставила в раздевалке, скорее всего. Или дома. Ведь за все покупки я платила картой.
Чёрт. Придётся ждать, пока мне принесут счёт. И платить картой. И лишь потом сбегать.
— Лариса...
— Ларионовна, — цокает она. Сдвигает узкие очки ниже. — С памятью у вас, милочка, плохо?
— У меня всё прекрасно. Поэтому я помню, что никаких встреч с матерями я не назначала.
— Вы очень агрессивная, Ангелина. Это не пойдёт вам на пользу.
Я фыркаю. Не видела эта Лариса других агрессивных людей. Сюда бы мою маму...
Она бы всем рассказала, что и как. И кто из них прав. Уж в умении долбить по мозгам — моя мама лучшая. Горжусь даже.
Закалка даёт своё. Поэтому я не реагирую остро на эту женщину. А лишь воспринимаю как интересный опыт.
— Вышло недоразумение, — я лучезарно улыбаюсь. — Видимо, я не сразу всё поняла. Но дайте мне полчаса. Моя мама приедет. И вы обсудите всё.
— Зачем нам здесь лишние люди? — возмущается Лариса. — Нам нечего с ней обсуждать.
— А мне с вами — есть?
— Конечно. Жить ведь вы будете со мной. А мне не нужны вертихвостке в квартире. Которые только и мечтают, как Ванечку до нитки обобрать.
Ванечку. Который в тридцать, как оказалось, с мамой живёт. Действительно. Сплошные золотоискательницы вокруг.
Я привлекаю внимание официанта. Шевелю губами. Я прошу принести мне счёт.
— А вы кем, собственно, работаете? — уточняет Лариса. — Или надеетесь на содержание?
— Я — врач, — ощетиниваюсь я.
— Ах, значит, всё же нуждаетесь в финансировании? Врачи в наше время мало получают. Довели страну...
— Врач в частной клинике.
— Значит, ради денег пошли? Никакого призвания души, голый расчёт. Ясно всё с вами.
Вау. А с этой дамочкой не заскучаешь. Какой бы ответ я ни дала — она найдёт к чему придраться.
— Но это даже хорошо, — внезапно добреет женщина. — У вас есть скидки на обследования?
— А вы болеете? — парирую я.
— Я — нет. Но вас же проверить надо! Вдруг вы моего Ванечку чем-то заразите. Поэтому сначала на обследование. А потом уже можно жить с нами.
Божечка, молю. Не дай мне дожить до момента, когда я стану такой. Молнию пошли там, наводнение.
Всякий родитель проходит статус "мы". Мы поели, мы поспали, мы проснулись... И так далее.
Обычно до года, когда сложно отделить себя от ребёнка. Это психология. И это нормально.
Но у кого-то явно затянулся подобный период.
— Конечно, — я подыгрываю. — Все вместе пойдём сдавать. Вдруг вы моего сына тоже чем-то заразите?
— Хм. Ваня не говорил об этом. С прицепом, значит?
— С хорошей репродуктивной системой.
— Ну... Что ж... Может быть. Но вам стоит учесть, что Ваню и ваших общих детей стоит любить больше.
— Даже так? А почему "детей"?
— Как же! Вам полагается родить минимум двоих для Ванечки. Девочку и мальчика, полный комплект. А там, как пойдёт.
Я бездумно киваю. С нетерпением поглядываю на официанта. Он не торопится ко мне.
А мне уже хочется поскорее убраться отсюда. У Ларисы давящая энергетика. Она высасывает из меня все силы.
— А жить мы все будем в вашей квартире? — хмыкаю я. — Интересно получается.
— А как иначе? Вы ещё Ванечку травить начнёте, пока никто не присматривает.
— Я могу и под вашим присмотром. Не заметите. Я ведь медик.
Лариса охает. Она показательно хватается за сердце. Начинает ругаться, какая я кровожадная.
Я поднимаюсь. Решаю, что сама подойду к бару. На месте оплачу. Больше ни минуты здесь не проведу.
— Куда вы? — громко возмущается Лариса. — Мы с вами не договорили! Сядьте на место, Ангелина.
— Простите, я поняла, что не получится у нас с Ваней ничего. У вас квартира маловата. А я только за трёхкомнатными охочусь.
Я разворачиваюсь. Не глядя, делаю первый шаг. Мгновенно врезаюсь в широкую грудь.
Запрокидываю голову. Я стону и ненавижу этот день всё больше. Как Камиль чёртов Юсупов оказался здесь?!
Смотрит на меня своими пронзительными серыми глазами. На дне которых плещется веселье. Он усмехается нагло.
Нет ни малейшего шанса, что он не слышал моей ремарки. А возможно, Камиль весь этот бред слышал.
— Неожиданная встреча, — тягуче произносит он.
— Дай пройти, — прошу я. Хочу скорее сбежать.
— Конечно, если ты спешишь. Но... У меня трёхкомнатная, кстати. Начнёшь охотиться, Гель?
Я прикрываю глаза. Отсчитываю от одного до десяти. В обратном порядке. Понимаю, что психологи врут.
Это ни черта не успокаивает. Всё так же хочется прибить Камиля. И за его наглость, и просто за плохое настроение.
— Хм, — я показательно осматриваю мужчину. — Нет, Юсупов. Зная тебя — трёхкомнатная это ненадёжный гарант. Нужно минимум пять комнат. Чтобы перекрыть твой характер.
— Главное, что ты у нас ангел во плоти, — усмехается Камиль. — Ещё требования будут?
— Миллион. А теперь, дай мне пройти. Я хочу уйти.
Я произношу настойчиво. Больше не подшучиваю. Я действительно очень устала.
А ещё чувствую себя уязвлённой. Неудачное свидание на глазах бывшего — это фиаско.
Хуже только расстаться с другим в его присутствием. Хоть от этого судьба уберегла.
— Что здесь происходит? — продолжает вопить Лариса. — У вас другое свидание?
— Ага, люблю втроём встречаться. Я ведь не знала, что вы будете.
Я язвлю, протискиваюсь мимо Камиля. Я направляюсь к барной стойке. Прошу счёт и тут же его оплачиваю.
Вот если я в речку прыгну, которая рядом течёт... Это быстрее меня спасёт от позора?
Морщусь. Холодно ещё, утону. А я сыну обещала блинчиков напечь. Придётся жить и страдать.
— Раз у тебя освободился вечер...
Камиль не отстаёт. Он следует за мной. Облокачивается на барную стойку. От его настырного взгляда мне не спрятаться.
— Я думала, что ты занят. Бросили все? — огрызаюсь я. — Там одна женщина скучает...
— Если ты о себе, то я за, — тут же парирует. — Мы ведь хотели поговорить.
— Хотел ты. А я спешу домой.
— Не глупи, Гель. Нам нужно поговорить. Обсудить ситуацию. Почему бы не сделать это сейчас? Или хочешь побегать?
Я замираю, так и не сделав шага. Хотя собиралась. Как раз таки быстренько сбежать.
Но Юсупов берёт меня на слабо. И я не могу сдаться так легко. Инстинкты противоречат любому проигрышу.
И нам ведь действительно нужно поговорить. Либо сейчас, либо на днях. Откладывать не имеет смысла.
— Полчаса у тебя, — заявляю я. — И ужин за твой счёт.
— Ни в чём себе не отказывай, — победно улыбается мужчина. — Идём.
У Юсупова здесь забронирован столик. На террасе с видом на набережную. Куда не так просто попасть.
И почему я не удивлена?
Официант включает лампу УФО. Я листаю меню, заказываю всё подряд. Камиль и бровью не ведёт.
Мелочно, но помогает отвлечься. Я усердно изучаю меню. И делаю вид, что не рассматриваю мужчину.
Вот кому старость идёт во благо! Ну, до старости мужчине ещё несколько лет. Ему всего двадцать девять.
Но он изменился с возрастом в лучшую сторону. Возмужал. Из задиристого парня стал настоящим мужчиной.
Более короткая стрижка, лёгкая щетина. Костюм, сшитый на заказ, лишь подчёркивает его поджарое тело.
Можно представить, что совсем другой Юсупов передо мной. Один из его многочисленных братьев.
Вот только взгляд остался тот же. Со стальными искорками и вечным вызовом.
— Скромно, — поддевает он, когда я заканчиваю.
— Это лишь на закуску, — хмыкаю я. — А если серьёзно... Давай к делу. У меня мало времени.
Хорошо хоть мать Вани не последовала за нами. Ещё одного разговора с ней я не выдержу. Есть предел моим нервам.
Имя ему — Лариса Ларионовна.
Но где-то там в дороге сам Иван. Если ему мать не сообщила уже всё. И сталкиваться с кем-то из этой безумной семейки не имеет смысла.
— Я хотел извиниться, — удивляет Камиль. — Ещё раз. Я не брал Зою как свою пассию в эту поездку. Она была там по деловым вопросам. Как моя помощница.
