— Это я должна тебя поблагодарить, — она дотрагивается указательным пальцем до кончика моего носа, и мне стоит больших усилий не откусить его. — Если бы ты не убежала, как маленькая испуганная девочка, Раят, возможно, никогда бы мне не позвонил.

Я тянусь вниз, правой рукой кручу обручальное кольцо, а потом изо всех сил бью ее по лицу. Мне нужна разрядка. Драка с сукой как раз очень для этого подходит.

Задыхаясь, она подносит руку к лицу и роняет — как я предполагаю, это ее сумка для ночевки — к своим ногам. Убрав руку, она смотрит на кровь из пореза, оставленного на ее щеке моим кольцом.

— Сука! — шипит она.

— Прости, это мое обручальное кольцо тебя порезало? — спрашиваю я, даря ей извиняющуюся улыбку.

— Ты гребаная сука… — обвиняет она меня.

Я сижу на диване, одетая в тренч Синди. Покончив с ней, я сделала макияж и прическу, а затем уселась поудобнее, ожидая, когда мой муж вернется домой бог знает откуда. Мне кажется, что такой будет моя жизнь — всегда ждать его. Не зная, что он делает и где он находится.

Услышав, как открывается и закрывается входная дверь, я сдерживаю улыбку. Несколько секунд спустя в гостиную входит Раят, одетый в ту же одежду, в которой ушел, и останавливается.

— Что ты все еще здесь делаешь? — требует он, оглядывая меня. Я вижу, как взгляд становится горячим, что говорит мне о том, что даже если он злится, он все равно трахнет меня.

Достаточно хорошо.

— Я приготовила тебе выпить, — игнорирую его вопрос я и наклоняюсь вперед, поднимая с журнального столика стакан со скотчем.

Раят просто смотрит на меня, не двигаясь. Уверена, он думает, что я нашла его тайник с наркотиками и пытаюсь его вырубить или отравить.

— Ну ладно, — я пожимаю плечами и глотаю обжинающую жидкость.

Часть ее стекает по моему подбородку на грудь.

— Упс, — говорю я, оттягивая верхнюю часть тренча, чтобы он мог лучше рассмотреть. — Хочешь слизать это с меня? — спрашиваю я.

— Что ты здесь делаешь, Блейк? — огрызается он. — Я дал тебе то, что ты хотела. Забирай свое дерьмо и уходи.

Я улыбаюсь ему, не позволяя его словам задеть меня. Раят бросал мне вызов на каждом шагу, и теперь я собираюсь сделать то же самое с ним.

— А что, если я хочу чего-то другого?

Потянувшись за спину, он достает бумажник и выхватывает стодолларовую купюру.

— На этот раз нужны деньги, чтобы сбежать? — он бросает ее мне на колени.

Я стряхиваю ее на пол, как назойливую мошку, и игнорирую оскорбление, что за сто долларов я далеко продвинусь. Встав, я говорю:

— Я не уйду, Раят.

Он агрессивно проводит рукой по волосам.

— Блейк…

— Что, если я скажу тебе, что трахалась с парнем, пока меня не было?

Раят сжимает зубы, напрягает плечи. Именно такой реакции я и ждала.

— Ты этого не делала, — возражает он.

— А что, если я скажу тебе, что трахалась с двумя парнями? — я поднимаю правую руку, показывая ему указательный и средний пальцы.

— Блейк, — рычит Раят, заставляя мое сердце биться. Он не понимает, что дает мне именно то, чего я хочу. — Лучше бы это было ложью.

— А если нет? — спрашиваю я, изогнув бровь. Я приманиваю его.

Протянув руку, он притягивает меня к себе.

— Тогда я сделаю тебе больно.

Я не могу сдержать ухмылку, которая расползается по моему лицу. Он не похож на человека, который хочет развода. Мужчине, покончившему со своей женой, наплевать, что она делает, не говоря уже о том, на каком члене она скачет.

— Это справедливо, малыш. Ты получаешь киску, а я — член.

Его брови устремляются к переносице, замешательство отражается на его великолепном лице.

— Что?

Я отстраняюсь от него и иду в прачечную. Я открываю дверь и вхожу внутрь, хватая блондинку, которую связала и бросила туда два часа назад. Слава богу, на ней действительно было что-то надето под плащом, иначе мне пришлось бы одевать и ее.

— Вот, — я пихаю ее к нему.

Синди спотыкается, и Раят хватает ее, прежде чем она успевает упасть на лицо. Жаль.

— Какого хера, Блейк? — рявкает он, удерживая плачущую и что-то бормочущую Синди. К счастью, заклеенный рот помогает ей немного успокоиться.

— Считай это своим свадебным подарком, — повторяю я его слова и скрещиваю руки на груди.

— Что, блядь, ты сделала? — требует он, сдергивая с ее рта скотч.

— Раят… Раят, пожалуйста, — умоляет она его, крупные крокодильи слезы текут по ее лицу, смывая ее некогда безупречный макияж и засохшую кровь от моего кольца. — Помоги мне. Она сумасшедшая…

— Синди пришла, чтобы получить свой ночной трах — ты знаешь, тот, который она получала последние три недели, пока меня не было, — и была удивлена, увидев меня здесь, — прерываю я ее бессвязный рассказ.

Раят смотрит на меня, его зеленые глаза расширены от недоверия. Я даже не могу объяснить то чувство облегчения, которое испытываю, когда он подтверждает то, что я уже знала. Он к ней не прикасался.

— Ты серьезно? Ты правда думаешь, что я трахаю ее?

Я пожимаю плечами.

— Это то, что есть. Назовем это выравниванием игрового поля.

— Ты ебанутая! — кричит она, борясь в его хватке. — Ты гребаная сука…

Он ударяет Синди головой в стену, вырубая ее, и я сдерживаю улыбку удовлетворения. Раят отпускает Синди, она падает на пол, и он перешагивает через нее ко мне. Я остаюсь на месте, не боясь его. Уже нет. Мой муж могущественен, но если я хочу стать Леди, то мне нужно подняться до его уровня. Для начала я должна встретиться с ним лицом к лицу.

— У меня не было интрижки, — рычит он.

— Она доказывает обратное, — я показываю на женщину без сознания.

— Значит, ты поверишь ей так же, как и Мэтту?

Я произношу единственные слова, которые, как я знаю, заставят его зайти еще дальше:

— Что ж, Мэтт не ошибся.

Он сказал, что Раят заплатил моему отцу пятьсот тысяч, но на самом деле это было неправдой. Тем не менее, Раят действительно предложил столько за меня. Так что, если хотите знать, это своего рода правда. Маячок в моем мобильном, контролирующий, с кем я разговариваю, — все это было правдой.

Раят шагает ко мне, нос к носу. Давай. Я согласна. Я не зря бросила в огонь те бумаги о разводе. Раят хочет Леди? Я дам ему долбаную леди.

РАЯТ

Пытаясь осознать то, к чему я вернулся домой, я качаю головой.

— Я не трахал ее больше трех лет.

Еще до того, как я дал клятву. Блейк — единственная женщина, с которой я был с тех пор, как присоединился к Лордам на первом курсе в Баррингтона.

— Конечно. И я ни с кем не трахалась, пока меня не было, — подмигивает мне Блейк, игриво покусывая нижнюю губу.

Какого хера?

Повернувшись ко мне спиной, она собирается уйти, но я хватаю ее за плечо и разворачиваю к себе. Рукой хватаю ее за шею.

— Лучше бы тебе, блядь, врать, Блейк.

Я выслежу и расчленю любого мужчину, к которому она прикасалась. Потом буду бить эту прекрасную задницу до посинения, пока она не вспомнит, кому она принадлежит.

— Ты этого хочешь, Раят? — продолжает она. — Хочешь, чтобы мы были в свободных отношениях?

— Абсолютно нет…

— Ты трахаешься с кем хочешь, — она наклоняет голову в сторону, ее взгляд падает на мою футболку, и самая сексуальная ухмылка, которую я когда-либо видел, пересекает ее лицо. — Я трахаюсь с кем хочу.

Мои руки чертовски дрожат. Кровь кипит.

— Мы можем поделиться… Может, ты хочешь посмотреть, как другой мужчина трахает меня.

Я разворачиваюсь, впечатывая ее спиной в стену. Ее глаза закрываются, а губы приоткрываются, издавая всхлип.

— Я думаю, эти три недели вдали заставили тебя забыть, кто я, Блейк. Позволь мне напомнить, — подхватив ее, я перекидываю Блейк через плечо и несу в спальню, где бросаю на нашу кровать.

Она хихикает, и это заставляет мой твердый член дергаться от предвкушения. Я даже не могу думать о том, что прямо сейчас играю в ее игру. Блейкли знает, что нужно сделать, чтобы вывести меня из себя, и она это сделала.