Войдя в ванную, включаю душ, а затем встаю перед ней.

— Подними руки, — приказываю я.

Она делает, как я сказал, и поднимает их над головой. Я снимаю футболку, в которую ее одел, а затем стягиваю с ее ног свои треники и нижнее белье.

— Залезай. Я возьму полотенца.

Подойдя к бельевому шкафу, беру все необходимое и кладу их рядом с душем, затем быстро раздеваюсь и присоединяюсь к ней. Она стоит, прислонившись спиной к стене, скрестив руки на груди и опустив голову. Ее мокрые волосы прилипли к шее и груди. Когда кровь стекает по ее телу и исчезает в стоке, Блейк всхлипывает. Я не стал отмывать ее после того, как мы вернулись в дом Лордов. Я сорвал с нее форму, сжег ее, переодел Блейк в кое-что из своей одежды, а затем уложил в свою кровать и ждал, пока она проснется.

— Блейк, — тихо говорю я, и она поднимает на меня глаза, по ее лицу текут слезы.

— Ты убил его, — шепчет Блейк, ее губы дрожат.

Мне было интересно, когда это до нее дойдет. Когда у нее будет секунда, чтобы остановиться и подумать о том, что я сделал в переулке за баром. В то время она боялась меня и была слишком озабочена тем, чтобы спасти себя. Теперь, когда мы сбавили обороты и наркотики больше не действуют, содеянное мною возвращается с полной силой.

— Да.

Блейк снова всхлипывает.

— Ты перерезал ему горло, — ее плечи трясутся, глаза расширены, а руки начинают судорожно вытирать кровь с шеи и груди. — Это его кровь…

— Шшш, — я обхватываю ее лицо и заставляю посмотреть на меня, отвлекая внимание от того, что осталось от мужчины. — Я должен был.

Она качает головой, но я держу ее руками.

— Да.

Прижимаясь к ней всем телом, я добавляю:

— Он поднял на тебя руки. И это неприемлемо.

Я убью любого ублюдка, который прикоснется к моей жене. Это так просто.

В тот момент я был зол на нее, но в то же время испытывал облегчение от того, что мы приехали вовремя. Что, если бы я не нашел ее в тот момент? Она была бы сейчас мертва. Секундой позже я бы нашел ее тело в том переулке. Это еще больше разозлило меня. То, что она убежала, подвергло ее жизнь опасности.

Блейкли всхлипывает, и я оттаскиваю ее от стены и обнимаю. Одной рукой прижимаю к себе, а другой провожу по ее мокрым волосам, пока она плачет у меня на груди.

— Ты в безопасности, Блейк, — говорю я ей. — Обещаю.

— Мне жаль, — плачет она.

Я вздыхаю, чувствуя, как угасает вся злость, которую я испытывал к ней. Это моя вина в той же степени, что и вина Мэтта. Я использовал ее, а потом бросил это ему в лицо, и он отомстил мне единственным способом, который знал — пошел к ней. Это игра, в которую мы играли с тех пор, как она стала моим заданием. Но наш брак повысил ставки.

Теперь мне есть что терять, и он это знает. Как сказал ей мой отец, она теперь важна для Лордов. Мэтт не может ее тронуть, но он может поручить кому-то другому заняться ею. Это то, что пугает меня больше всего. Я нажил слишком много врагов за эти годы. Слишком много членов Лорда не прошли инициацию с тех пор, как я начал четыре года назад. Скольким из них было отказано, потому что я их обошел?

— Раят? — шепчет Блейк, подняв голову с моей груди и глядя на меня снизу-вверх.

— Да? — спрашиваю я, моя рука запуталась в ее волосах.

— Спасибо, что спас меня, — шепчет она, ее глаза смотрят на меня с тем же восхищением, с которым она смотрела на меня в ночь вечеринки в Доме Лордов. До того, как все пошло прахом.

— Не благодари меня, Блейк, — говорю я ей, мой взгляд падает на следы на ее шее. Я бы пошел на войну за свою жену. Один человек — ничто. — Я всегда буду приходить за тобой.

Свежие слезы проливаются на ее ресницы, и я почти наклоняюсь и целую ее, но останавливаю себя. Вместо этого отстраняюсь и хватаю мыло с полки, чтобы помочь ей вымыться.

Блейк молчит, пока мы оба заканчиваем в душе. Я стараюсь намылить каждый ее сантиметр. Я даже помыл ее волосы, прежде чем заняться собой. Закончив, выключаю воду и помогаю ей вытереться. Она как будто на автопилоте — здесь, но не совсем.

— Я устала, — тихо говорит она, а потом зевает.

И в кои-то веки я тоже. Я устал от недосыпа, стресса и просто от ощущения неизвестности. Я выхожу из ванной и откидываю одеяло на своей кровати. Она вползает ко мне, голая, с мокрыми волосами. Я ложусь рядом с ней на спину. Прижавшись ко мне, она обхватывает меня руками, и я вздыхаю, закрывая глаза.

Я так чертовски по ней скучал. Я не понимал этого до сих пор. Я имею в виду, я проводил каждую секунду каждого дня в поисках ее, но это был тот факт, что она убежала от меня. Не потому, что я хотел ее. Это было больше похоже на то, что ты принадлежишь мне, и я найду тебя. Теперь понимаю, что это всегда было нечто большее.

Мой телефон пикает, и я тянусь к нему, чтобы взять с тумбочки. Это сообщение. Открываю его, читаю, и у меня скрежещут зубы.

Блядь!

Решив проигнорировать его, я блокирую экран и кладу телефон на место, а затем притягиваю к себе Блейк и закрываю глаза.

БЛЕЙКЛИ

Я просыпаюсь и разминаю отяжелевшие конечности. Мое тело все еще измождено, но голова ясная. Отсутствие света в комнате говорит о том, что еще не утро. Но, честно говоря, у меня больше нет чувства времени. Я могла быть в отключке три дня, насколько я знаю.

Встав с кровати, я зову Раята, но в ответ получаю тишину. Решив поискать его, иду в гостиную и включаю свет. Он сидит посреди дивана, одетый в футболку и джинсы. Его руки разложены на спинке, а в правой он держит стакан с виски. Я хмурюсь. Я никогда не видела, чтобы он пил, кроме того случая, когда он и Ганнер последовали за мной и Сарой в «Блэкаут». Его волосы сухие и уложены в идеальную прическу, как он обычно ее носит. Я помню, как мы лежали с ним после душа, но он выглядит так, будто не спал несколько часов.

— Раят?

Мой взгляд падает на журнальный столик, который стоит перед ним. На нем мой мобильный, обручальное кольцо и клатч — все три вещи, которые я оставила на его кровати, когда сбежала. В конце лежит конверт из плотной бумаги.

Мое сердце учащенно бьется при виде их. Я поблагодарила его в душе за то, что он спас меня, и говорила серьезно. Если бы он не нашел меня, я была бы мертва.

— Что ты делаешь? — шепчу я. — Вернись ко мне в постель.

Он поднимает правую руку, подносит стакан к губам и отпивает. Его глаза встречаются с моими и смотрят на меня.

— Ты в порядке? — спрашиваю я, делая неуверенный шаг к нему, уже понимая, что что-то не так. Раят не умеет скрывать эмоции.

Он грубо смеется, и от этого звука волоски на моей шее встают дыбом.

— Три недели, Блейк. Три гребаных недели! — он наклоняется вперед и смотрит на пустой стакан в своей руке.

Я сглатываю, зная, что это будет не так просто. Он не простит меня.

— Мэтт…

— Мэтт хотел, чтобы ты ушла от меня. Только не говори мне, что ты не знала, что он делал, — прерывает меня он. — Мы оба знаем, что ты не глупая. И вместо того, чтобы прийти ко мне, ты сбежала.

Я скрещиваю руки на своей обнаженной груди.

— Ты солгал мне. Зачем мне идти к тебе?..

Раят встает и бросает стакан в зажженный камин, не давая мне договорить. Звук разбивающегося стекла заставляет меня подпрыгнуть от неожиданности.

— Не злись на меня за ситуацию, в которую ты сам себя загнал, — кричу я, расцепляя руки. — У тебя была сотня шансов признаться. Рассказать мне, что, черт возьми, происходит. Ты принял решение, и теперь тебе не нравятся последствия. — Развернувшись, я поворачиваюсь к нему спиной и отправляюсь в спальню.

— Ты права, — тяжело вздыхает он.

Его слова заставляют меня остановиться. Никогда в жизни я бы не подумала, что Раят Арчер признает чью-то правоту, кроме своей. Медленно, я поворачиваюсь к нему лицом, и он снова опускается на диван.

— Хочешь знать, что случилось? — он снова кладет руки на спинку, раздвигая ноги. Его поза и прищуренные глаза говорят мне о том, что он ни в чем не раскаивается. — Сначала ты была заданием. Я пытался отказаться от него. Сказал, что ты мне не принадлежишь. Но это был не вариант. Лордам не отказывают.