Мое лицо находится в нескольких сантиметрах от ее лица, и я вижу, как слезы начинают наполнять ее глаза, когда она пытается покачать головой.

— Неважно, проглотишь ты или они растворятся, Блейк. Результат один и тот же.

Она моргает, от чего слезы стекают у нее по щекам на мою руку, размазывая кровь мертвого парня, убитого мною в переулке. Я обхватываю рукой ее шею, и Блейк, раздувая ноздри, сглатывает таблетки.

— Вот моя хорошая девочка, — хвалю я, и она хнычет.

Убрав обе руки, я киваю Прикетту. Он тоже отпускает ее волосы и встает с нее, уходя, чтобы помочь Ганнеру, поскольку мы скоро уезжаем.

Встав во весь рост, я переворачиваю ее на спину, прижимая ее скованные наручниками руки. Убираю волосы с ее залитого слезами и окровавленного лица. Блейк моргает, ее веки становятся тяжелыми.

— Ненавижу тебя, — шепчет она.

— Я знаю, — говорю я ей, проводя пальцами по ее шее, затем по груди и обнаженному животу. Она немного похудела. Это заставляет меня задуматься о том, на что она пошла, чтобы не допустить этой ситуации. — Но мне также все равно.

Хныча, она отворачивается от меня и смотрит в потолок, медленно моргая, пока свежие слезы стекают по ее лицу.

— Как? — фыркает она, облизывая губы.

Я улыбаюсь ей, смахивая слезы костяшками пальцев.

— Я же говорил тебе… тебе от меня не убежать.

Наклонившись, я целую ее щеку, пробуя их на вкус. Блядь, я так по ней скучал. Я почти не спал после ее ухода, думая о том, что я сделаю с ней, когда увижу ее снова. Теперь, когда она у меня, я хочу привязать ее к своей кровати и напомнить ей, как сильно она любит, когда ею владеют.

— Я всегда найду тебя.

Когда Блейкли закрывает свои тяжелые веки, на этот раз они не открываются. Ее тело расслабляется, а дыхание выравнивается. На шее у нее следы от того ублюдка, который пытался ее убить. Та небольшая одежда, что на ней, мокрая от брызг его крови. Я собираюсь сорвать ее и сжечь.

Просовываю под нее руки и поднимаю ее обмякшее тело со стола как раз в тот момент, когда Прикетт и Ганнер выходят из задней части бара.

— Пошли, — приказываю я.

БЛЕЙКЛИ

Я сажусь, хватая ртом воздух. Рукой тянусь к груди, и понимаю, что на мне уже не форма, а футболка большого размера. Глаза бесцельно бегают по сторонам, и я вижу, что нахожусь в кровати. В той, которую слишком хорошо знаю. Запах его одеколона, витающий в комнате, словно облако дыма, душит меня.

Раят вернул меня обратно! Эта мысль меня подавляет. Я потерпела неудачу. Даже если я все сделала правильно, меня все равно поймали.

— Доброе утро, миссис Арчер.

Я дергаю головой влево, и вижу Раята, стоящего в дверях смежной ванной комнаты в его комнате в доме Лордов. Я сбрасываю с себя одеяло и выбираюсь из кровати. На трясущихся ногах я падаю на его комод, отчего тот дребезжит.

— Держись от меня подальше, — предупреждаю я, мой голос неровный из-за душившего меня незнакомца и того, что Раят заставил меня проглотить. Мой разум все еще немного затуманен, но я понимаю, что нахожусь в опасности.

Он усмехается, засунув руки в передние карманы джинсов, и выглядит до последней капли спокойным и собранным, прислонившись к дверному косяку.

— Это будет трудно, поскольку мы женаты, Блейк.

— Я же сказала тебе, что хочу развестись, — рычу я.

Раят отталкивается от дверного косяка, и я бегу к двери спальни, но он быстрее, а я все еще слаба, что дает ему преимущество встать передо мной. Он поднимает руку, и я склоняю голову, всхлипывая, руки дрожат.

— Шшш, — говорит он, нежно касаясь моего лица, заставляя меня поднять на него глаза. — Я не собираюсь причинять тебе боль, Блейк.

— Нет, собираешься.

Я надрывно глотаю воздух. Раят в самом начале обещал, что сделает это. Оказывается, он был прав, и мне это понравилось.

— Ты этого хочешь? — спрашивает он, его глаза ищут мои, и я нервно сглатываю. Я забыла, какими напряженными они могут быть. — Ты хочешь, чтобы я наказал тебя?

— Нет, — шепчу я, но при этой мысли у меня бешено колотится сердце. Мое тело знает, на что он способен, и оно чертовски по нему скучало.

— Уверена? — его рука скользит по моей щеке, спускаясь к центру груди. — Мой член скучал по тебе, малышка.

Раят наклоняется, нежно целует мой лоб, и я задерживаю дыхание.

— А моя пизда по мне скучала?

— Нет, — лгу я, мои бедра сжимаются при мысли о нем у меня между ног. Даже когда я боялась, что он найдет меня, я все равно мечтала о нем. Я видела его лицо, слышала его голос, чувствовала его тело. Я представляла, как он находит меня, похищает и трахает — точно так же, как мы делали в моей фантазии о принудительном сексе, — но я никогда не скажу ему об этом.

Раят хмурится.

— Очень жаль.

Кончиками пальцев он обводит мой сосок, заставляя его затвердеть от прикосновения через рубашку, и я понимаю, что Раят снял с меня лифчик. Удовлетворившись реакцией моего тела, он запускает руку в мои волосы и медленно оттягивает мою голову назад.

— Но просто чтобы ты знала…

Раят наклоняется к моему уху и шепчет:

— Ты встанешь на колени и откроешь рот. Ты раздвинешь для меня эти нежные и сексуальные ножки. И я возьму эту задницу, — он отстраняется, и его зеленые глаза темнеют, вглядываясь в мои, заставляя мой пульс учащаться. — Я буду трахать свою жену. Когда и как захочу.

Я сглатываю комок в горле от его угрозы, в то время как моя киска пульсирует. Я в таком дерьме!

Раят отстраняется.

— И как бы мне ни хотелось напомнить тебе об этом прямо сейчас, мы опаздываем. У нас встреча.

Схватив за руку, он вытаскивает меня из комнаты и ведет по коридору. Мы заходим в лифт, и он нажимает кнопку B, чтобы попасть в подвал. Как только двери закрываются, я выдергиваю из его ладони свою руку. Я удивлена, что Раят молчит. Я думала, что он загонит меня в угол, но, возможно, он уже сказал все, что хотел.

— Где моя форма, что на мне была? — спрашиваю я его.

— Сжег ее, — отвечает он, даже не удосужившись на меня посмотреть.

Ублюдок…

Дверь открывается, мы выходим в коридор и направляемся к закрытой двери. Открыв ее, Раят отходит в сторону, чтобы я могла войти. Шагнув внутрь, я останавливаюсь. Мои ноги не в состоянии нести меня дальше. В кресле сидит мой отец, рядом с ним незнакомый мне мужчина.

— Блейкли, — рычит он и поднимается на ноги.

Я поворачиваюсь, чтобы уйти, но Раят пихает меня дальше в комнату, закрывая за собой дверь и заключая меня в клетку.

— Ты хоть понимаешь, что ты натворила? — огрызается отец, огибая длинный стол.

— Я? — задыхаюсь я, указывая пальцем на свою грудь. — Ты продал меня.

Он фыркает.

— Я не взял за тебя ни пенни.

Я хмурюсь.

— Но Мэтт…

— Мэтт был взбешен, потому что Раят объявил о вашем браке. Он бы сказал что угодно, чтобы заставить тебя уйти, — добавляет мужчина, который остается сидеть. Он кажется намного спокойнее моего отца, что заставляет меня задуматься, кто он и что здесь делает.

Нет! Мэтт был не просто убедителен, все, что он говорил, имело смысл. Как кусочки головоломки, которые складываются вместе. Но чтобы убедиться в этом, я поворачиваюсь лицом к Раяту.

— Так ты не предлагал за меня деньги?

Он прислоняется к закрытой двери, как бы блокируя ее на случай, если я попытаюсь убежать. Скрестив руки на груди, он отвечает:

— Нет. Я предложил.

Я открываю рот. Я, блядь, так и знала!

— Я не шлюха, Райт.

Он ничего не говорит, но мой отец еще не закончил:

— Я всегда знал, что Мэтт — жалкий кусок дерьма. Вот почему я заставил Раята выбрать тебя в качестве своей избранной.

Я моргаю.

— Ты что?..

Я снова смотрю на Раята, но он опять ничего не говорит. Просто смотрит на меня, как тогда, когда я сидела на заднице в коридоре после того, как столкнулась с ним. Угрожающе и безразлично одновременно. Тот игривый и беззаботный Раят из нашей брачной ночи давно ушел. Вернулся к делам. Я для него просто гребаный приказ.