Я же, едва глянув на поднявшуюся в Сети бурю, выразительно поморщился и связался с Кри.

«Могу чем-нибудь помочь?»

«Нет», — почти сразу ответил тот, несмотря на ранний час. Но уже ближе к обеду неожиданно от него пришло новое сообщение:

«Если хочешь помочь, приходи к Ошу. Есть дело».

«Буду», — так же коротко отозвался я, после чего смс-кой предупредил друзей, чтобы на большой перемене не ждали, отпросился у преподавателей и, запрыгнув в прибывшую прямо к воротам академии машину, всего через половину рэйна был на месте.

У Оша в его техногенном царстве все с виду выглядело как прежде. Огромная, усеянная мониторами от пола до потолка стена, масса всевозможной аппаратуры, разбросанные по полу разноцветные провода. Душный воздух. Натужно гудящие вентиляторы. И — целая куча застывших изображений на многочисленных экранах, на которых виднелись различные помещения из клуба «Сильмарин-2».

Кри, естественно, тоже был здесь, как и двое операторов у главной панели, которые при виде закутанного в найниитовый «плащ» меня настороженно застыли.

— Погуляйте пока, — велел им Кри, знаком показав, что приказ следует выполнить немедленно. — А ты заходи. Может, и правда чем-то поможешь.

Я молча зашел. Незнакомые мне операторы так же молча вышли. А как только за ними закрылась дверь, откуда-то из-за угла вывернулся взмыленный Ош и, окинув меня неприязненным взглядом, буркнул:

— Кого еще к нам дайны принесли?

Я вместо ответа откинул с лица капюшон, снял маску, и карлик махнул рукой.

— А, это ты… заходи, гостем будешь. У меня для тебя есть масса данных, но нет возможности быстро их обработать. Справишься?

— Что за данные?

Кри кивнул в сторону экранов.

— Здесь — все записи со всех видеокамер из клуба за вечер и ночь прошлого сан-рэ. Законники Хелены вечером передали. Тут есть все внутренние помещения, включая танцпол, столики, второй и третий этажи, подвал, коридоры, туалеты, плюс улица, ближайшая парковка… ну куда достали камеры, конечно. Самих записей не сказать, чтобы так уж много, но клуб открылся в четыре пополудни, а люди стали сходить с ума уже в два ночи. Интервал в десять рэйнов слишком большой, чтобы по-быстрому его просмотреть и ничего при этом не упустить. Первичную прогонку мы этой ночью уже сделали — на первый взгляд там ничего. Однако дети в больнице уже успели дать показания и почти все заявили, что сомнительную смесь им дали именно в клубе. Кто — не знают. Ни один не запомнил его лица. Вроде парень. Может, молодой мужик. Худой. Рост средний, и то очень приблизительно. Но на охранника не похож — не в форме. Трое ребят… они компанией туда пришли… припомнили, что на нем была какая-то бирка, вроде бы похожая на те, что есть у официантов, поэтому за Хелену сразу и взялись. Но остальные… уже из другой компании… этого не подтвердили. Было темно. Кто-то мог забыть, а кто-то и правда не то увидел.

— Камеры его где-нибудь поймали? — поинтересовался я, подходя к панели приборов.

— Нет, — с досадой поморщился Кри. — Никого с такими приметами, да еще чтоб к тем ребятам подходил, мы пока не нашли.

— Но есть несколько сомнительных эпизодов, — счел нужным добавить Ош и, опередив меня буквально на пару сэнов, ловко забегал пальцами по панели, выведя на экраны несколько новых записей. — Смотри.

Я, прищурившись, глянул на стену с мониторами и действительно увидел, как на пяти из них на короткое время случились подозрительные помехи. Не очень большие, правда, всего на несколько мэнов. Но определенно привлекающие внимание.

— У кого есть доступ к серверной? — спросил я, сменив Оша у главной панели и выпустив наружу найниитовые нити.

— Техника уже ищут, — дернул плечом Кри.

— Значит, есть зачем искать… — пробормотал я, привыкая к новой технике. — Записи явно испорчены умышленно.

— Ты чуть-чуть назад пролистай, — посоветовал Ош. — Я вывел сюда только те записи, где есть пострадавшие. Их всего три. Ребят было девять, три компании по четыре, три и два человека. Фотографии есть. Последние двое на наших камерах в сомнительных ситуациях не засветились, так что если к ним кто-то и подходил, то или до, или уже после посещения клуба.

Я молча кивнул.

После этого попросил Эмму о небольшом одолжении, слился с ней разумом. Прокрутил каждую из подозрительных записей несколько раз. Затем вывел на отдельный экран имеющиеся фотографии пострадавших, даже не став интересоваться, как Кри удалось их добыть. Нашел и добавил к первым двум записям оставшуюся и еще разок их прокрутил.

Охват у камер был, правда, не стопроцентный, однако ставил их грамотный специалист, поэтому при желании можно было попеременно перепрыгивать с одного изображения на другое и отследить весь путь конкретного человека от входа до выхода.

Здесь же я принялся отслеживать все три компании подростков практически одновременно.

Вот они вошли… вот оставили верхнюю одежду в гардеробе и отправились кто на танцпол, кто в туалет, а кто и сразу в бар… вот они кто танцует, кто активно болтает с подружкой, приятелем или просто потягивает в сторонке безалкогольное пиво…

Причем довольно долго. Некоторые жертвы явились в клуб чуть ли не к открытию. И пробыли в нем до девяти. То есть до того самого разрешенного времени, когда несовершеннолетним было позволено оставаться внутри.

При этом у тех двоих, что я присоединил к общему списку последними… а это оказались две смешливые подружки… все записи были чистыми. Никакого моргания, шипения, никаких помех. Они все время были на виду. Ничем противозаконным не занимались. Пили, танцевали, смеялись и развлекались как могли. А затем девчонки ушли, причем совершенно нормальные, и я смог проследить их аж до самой парковки, где их фигуры затерялись среди машин.

В остальных же двух записях имелись общие черты.

Во-первых, в обоих случаях имелся эпизод смазанного изображения. В обоих случаях такие эпизоды приходились на то время, пока подростки сидели за столом или находились у бара. Наконец, в-третьих, все ребята ближе к моменту ухода выглядели несколько эйфоричными, расторможенными, словно и правда что-то успели принять. Но собственно момента, где и когда это произошло, я не увидел. Кроме того, что смог отследить подозрительное мельтешение на камерах, которое имело строгую временную последовательность, как будто к ребятам кто-то подошел, немного побыл у стола, и ушел. Но его силуэт старательно затерли, причем так, что он на записях даже не угадывался.

«Эмма, мы можем улучшить качество изображения?» — спросил я, когда стало ясно, что призрака надо непременно найти.

«Я могу попробовать».

После этого все экраны одновременно мигнули и зарябили, изображение на них сначала полностью исчезло, а потом как будто поплыло. Затем подруга несколько раз пыталась его очистить, увеличить и хотя бы немного сгладить помехи. Но максимум, чего ей удалось добиться, это чтобы при большом увеличении становился смутно различим силуэт того самого человека, которого пытались оттуда убрать. Причем силуэт и правда чем-то похожий на официанта. Классические темные брюки, белая рубашка, жилетка, какая-то неширокая белая полоска на левой стороне груди, которая вполне могла сойти в темноте за бейдж… А в руке у него покачивалось две (во втором случае три) небольшие емкости, похожие на бутылки из-под газировки с нечитаемыми названиями. Из одной он иногда демонстративно прихлебывал.

Зато сейчас на записях хотя бы стало видно, как этот человек… действительно, худой мужчина или парень среднего роста… подходил к сидящим за столиками или тусующимся у стойки бара подросткам и что-то говорил. Звука, к сожалению, не было. Реакция ребят тоже была затерта. Деталей не разглядеть. Кроме того, что после коротких переговоров странный молодой человек так или иначе передавал бутылку детям и уходил.

Причем все выглядело так, словно он просто подошел познакомится и, поболтав за жизнь, предлагал попробовать новый напиток. Типа я вон сам пью, классная штука, могу поделиться, не пожалеете… При этом версия с официантом все же виделась мне не очень правдоподобной, поскольку незнакомого человека с бейджем сотрудники и в том числе охрана вычислила бы быстро. А этот провел в клубе довольно много времени и внимания к себе не привлек.