Уже на лавке в парке меня догнало очередное, довольно продолжительное по времени видение, из которого я совершенно неожиданно выяснил, что вскоре после обретения звания тана Альнбар Расхэ, оказывается, провел над Ноксом почти такой же ритуал, какой когда-то его заставил пройти отец. А в результате обряда Нокс, сам того не ожидая, получил полный расклад по всем возможностям Расхэ в Нижнем городе. Все имена, пароли, явки, связи, координаты и номера всех посредников и всех исполнителей, вплоть до самого низшего звена…

Мне, правда, тан деталей не раскрыл, придержал, зараза, информацию, поэтому те самые имена, номера и прочие важные сведения, мне, к сожалению, не достались. Я выяснил лишь сам факт того, что обряд был проведен и что эти сведения действительно перекочевали от Расхэ к Ноксу.

А вот самого Нокса эта информация, как и следовало ожидать, озадачила и встревожила, однако новоявленный тан по окончании ритуала лишь устало вздохнул и выразил надежду, что друг и тут ему поможет, потому что другого надежного человека у него нет. А тех людей, которые верой и правдой служили его отцу, он пока плохо знает.

Нокс, к слову, не отказался разделить с ним даже эту нелегкую ношу, поэтому со свойственной ему уверенностью взялся за новое поручение и вскоре заполучил под свой контроль огромное количество денег, людей и особенно родовых, причем местами довольно страшных, тайн, которые ни в коем случае не должны были всплыть на поверхность.

Работа эта была откровенно сомнительной. Отношение к ней у Нокса — двойственным. Однако и тут он показал себя с наилучшей стороны, умудрившись успешно работать сразу на два фронта и серьезно преуспеть не только на основной должности, но и на должности главного теневого координатора Расхэ.

— Уф, — выдохнул я, придя в себя и утерев выступивший на лбу пот. — Вот это меня расколбасило.

Зато теперь мне наконец-то стало понятно, отчего после смерти тана «Мертвые головы» так легко вписались в Нижнем городе и откуда у их командира взялось так много полезных связей, причем, полагаю, не только в Норлаэне, но и в соседних странах. Уверен, с таким багажом, который Ноксу некогда передал тан, это было несложно. А если у него остался доступ к теневой казне рода… и если еще с тех времен у Расхэ в «низах» имелись базы с тщательно законсервированным оружием, наличностью и боеприпасами, то сам бог велел Ноксу воспользоваться таким подарком судьбы и, скрыв лицо под драймарантовой маской, выйти на теневой рынок с особым предложением.

Одно плохо. Пока я отсиживался на лавке и приходил в себя, у меня снова носом пошла кровь. И пусть ее было совсем немного, пусть Эмма меня тут же стабилизировала, но в этот момент мимо меня прошел Айрд и, заметив неладное, вполголоса бросил:

— Шел бы ты к целителям, Гурто, в самом-то деле. Перегоришь — никто ж потом не поможет.

Я выразительно скривился.

— Со мной все в порядке.

— Как знаешь, — пожал плечами крепыш и, хвала тэрнэ, протопал мимо, вернувшись в общагу всего за несколько мэнов до того, как туда направился и я.

Потом какое-то время было более-менее тихо.

На двух первых парах меня накрыло всего один раз, да и то, как сказала Эмма, буквально на несколько сэнов, так что я никого не напугал.

На третьей паре, уже во время практики, видение было всего одно. Причем такое же безобидное и короткое.

А вот перед обедом, когда я шел в направлении столовой, мне пришлось остановиться трижды. Но и эти видения оказались сравнительно простыми, поэтому я по их поводу не переживал.

Наконец, последняя серия откровений из жизни тана Расхэ посетила меня уже во время четвертой пары, когда мы выполняли практическое задание на големостроении. Но я к тому времени уже сообразил, что этому лучше не сопротивляться, да и по времени было понятно, что видения движутся к своему логическому завершению. Поэтому «кино», состоящее из множества всевозможных нарезок, я все-таки досмотрел. С Ноксом, как с человеком, успел, так сказать, заочно познакомиться. Заодно получил достаточно полное представление о его характере, особенностях мышления, его магических умениях и уровне дара… естественно, на тот момент, пока тан Расхэ был еще жив. Достоверно выяснил круг его легальных и нелегальных полномочий. Неплохо понимал подоплеку его поступков. Ну и наконец-то выяснил, какой приказ незадолго до смерти дал ему Альнбар Расхэ и почему был так уверен, что начальник службы безопасности рода непременно его исполнит.

Кстати, Нокс, если не считать старого летописца, был единственным, кто знал о Сельене Гурто и о том, что ее маленький сын — незаконнорожденный бастард тана. Более того, именно ему было поручено присматривать за одаренным сопляком. И на его же плечи легла задача по обеспечению безопасности мальчишки.

Как когда-то и в случае с самим Альнбаром, Нокс даже нашел для маленького Адрэа подходящего компаньона, который должен был вместе с ним отправиться в младшую школу и обеспечить пацану спокойное детство. Мальчишка был насквозь своим, хорошо известным и подрастал в семье одного из подчиненных Нокса, плюс подавал большие надежды и имел достаточно уравновешенный характер, чтобы стать для будущего наследника таким же хорошим помощником, каким Нокс когда-то стал для своего тана.

Однако этим планам не суждено было сбыться.

В тот самый вечер, третьего ардэля шесть тарнов девяностого года, тан Альнбар Расхэ, еще не зная, что умрет, скинул на браслет единственного человека, которому верил безоговорочно, всего одну кодовую фразу: «Протокол 'Наследник». После чего Нокс, даже не зная причин, побудивших тана отдать такой приказ, должен был все бросить… действительно все, включая родовое поместье Расхэ, его семью и людей… в экстренном порядке собрать свою личную гвардию, любой ценой вытащить из дома маленького Адрэа и отправиться в одно из отдаленных семейных убежищ, где ему следовало ровно сутки ожидать дальнейших распоряжений.

Если таковых не поступит или же станет известно, что тан Альнбар более не в состоянии отдавать приказы, Ноксу следовало действовать по собственному усмотрению. Естественно, в интересах рода и его единственного наследника. Оказывается, все необходимые распоряжения на этот счет и все документы на имя Адрэа Расхэ были таном уже давно оформлены и ждали в том самом убежище, куда людям Нокса следовало явиться. Вплоть до того, что там достаточно ясно излагалась последняя воля главы рода и совершенно четко указывалось, что в случае его смерти и после совершеннолетия мальчика вся империя Расхэ, а также все ее деньги и люди поступают в полное распоряжение Адрэа.

Однако имелось одно условие — прежде чем передавать пацану бразды правления, именно Ноксу следовало определить, насколько тот этого достоин. Более того, с момента активации протокола «Наследник», как мне и сказали, тан подарил ему свободу воли. Свободу принятия решений. И в том числе свободу от всех клятв и всех иных обязательств, кроме одного.

Таким образом именно в руки Нокса тан Расхэ передал будущее всего своего рода, сделав ответственным за все, что случится с ним после его смерти. И оказал наивысшее из всех возможных видов доверия, которого никто и никогда в роду Расхэ прежде не удостаивался.

Я, когда в последний на сегодня раз вынырнул из недр родовой памяти, всерьез озадачился, ненадолго проникнувшись эмоциями тана до мозга костей. А потом так же серьезно призадумался, ведь если Нокс получил прямой приказ и настолько широкие полномочия, то почему же все-таки не выловил в ту ночь шустрого пацана? Почему, если Адрэа действительно сбежал, лучшие люди тана не разобрали весь дом по камушку, а вместо этого просто ушли, оставив мальчишку на произвол судьбы?

Сейчас, зная про Нокса то, чего не знал никто в целом свете, я был стопроцентно уверен, что при таком отношении подвести тана он бы не рискнул.

Но дайн меня задери!

Что же тогда случилось в поместье Расхэ в ту роковую ночь? И почему, если таном были предприняты все возможные меры безопасности, маленького Адрэа так и не спасли?