Ядра пролетели мимо. Почти мимо.

Линкор, который плёлся за жвалами, оказался на линии огня. Снаряды отскочили от его бортов, как горох от стены. И бог бы с ним — но пираты получили право ответной атаки.

Представляю, в какой ярости сейчас Холодов.

Старожилы довольно шустро развернули борт. Пушечные порты распахнулись разом. Залп из половины сотни орудий прогремел оглушительно. Цепные снаряды взвыли в воздухе, вращаясь и набирая скорость. Книппели впились в паруса нашего флагмана. Ткань рвалась с громким треском. Цепи перерубали снасти, рангоут летел вниз. Одна мачта накренилась, грозясь рухнуть, вторую и вовсе сломало у основания.

Перворанговый корабль замедлил ход. Без парусов он превращался в неповоротливую мишень.

На уцелевших мачтах вверх потянулись красные флаги с изображением чёрного шара. Вереницы чаек полетели во все стороны.

— Держать позиции, — прокомментировал Сумрак.

Один пернатый помощник оказался в нашей капитанской рубке. Забрался через открытое окно. Я снял с его лапки послание и прочитал:

У пиратов легендарные пушки и высокоуровневые канониры со множеством перков. Держитесь позади флагмана, не подставляйтесь.

А. Холодов.

Земляне перестали отступать. Флотилия вновь выстроилась клином.

Вскоре две волны кораблей схлестнулись в ближнем бою. Жужжерианские жвала врезались в строй землян. Хитиновые челюсти смыкались на деревянных бортах. Треск переломанных досок смешался с криками.

Споровые пушки плюнули отравой. Зеленоватые облака окутали несколько низкоранговых судов. Матросы сразу же попрыгали в воду.

К нам неслось пять жвал.

— Тлишка! — заорал я в рупор, забыв, насколько сильны громкоговорители. Ведь на крик обернулись даже матросы на соседних кораблях. — Попробуй сдуть отраву! Канониры, огонь без приказа, по мере готовности орудий!

Два вражеских жвала с помощью рывков подобрались к нам вплотную и пустили яд. Тлишка вовремя оказалась у нужного борта. Порыв ветра подхватил отраву и отвёл в сторону. Облако пролетело мимо, рассеиваясь над волнами.

— Умничка! — прокомментировал Эстебан.

Я почувствовал, как корабль слегка тряхнуло. Хитиновый монстр врезался в наш борт, сломав при этом себе жвала. Держался на плаву он недолго. Несколько выстрелов в упор поставили точку в этом неравном противостоянии.

Остальным Землянам повезло меньше. Фрегат слева от нас содрогнулся под залпом пиратского линкора. Борт разнесло в щепки. Вода хлынула внутрь. Судно медленно кренилось, паруса волочились по волнам.

Ещё несколько кораблей поменьше кануло в бездну. Личинки прогрызли корпуса насквозь.

Корабли-треугольники продолжали методичную бомбардировку. Катапульты работали без устали, засыпая флотилию живыми снарядами.

Часть жвал вела себя странно. Они не пытались сократить дистанцию. Вместо этого хитиновые корпуса группировались вокруг пиратского судна. Формировали живой щит. Подставлялись под залпы, прикрывая старожилов собственными телами.

И тем не менее, нам на радость, жвала тонули десятками. Жужжерианцы держались стойко, но разница в огневой мощи была колоссальна.

Линкор прятался за союзниками, выглядывая лишь для коротких залпов. Подлые ублюдки били наверняка, выбирая самые уязвимые цели.

Но главная угроза проснулась только сейчас. Улей ожил.

Соты на поверхности корабля-яйца замерцали разом. Зелёный свет пульсировал, нарастая. Из тысяч ячеек хлынули крылатые твари. Модифицированные жужжерианцы! Гудение поднялось такое, что закладывало уши.

— Верхняя палуба, зарядить картечь! — скомандовал я в рупор. — Остальные — мушкеты к бою!

Твари зависали над кораблями Землян и выстреливали струями кислоты прямо из пастей. Жидкость шипела, прожигая всё на своём пути. Матросы кричали, когда капли попадали на кожу.

Галеон неподалёку от нас вспыхнул. Кислота разъела такелаж, паруса загорелись. Экипаж метался по палубе, пытаясь сбить пламя.

Мушкетные залпы нещадно косили насекомых, однако мы несли потери. К тому же остальной вражеский флот без дела не сидел, пока Земляне отбивались от назойливых тварей.

Холодов принял решение. Я видел, как он использовал некое классовое умение, которое волной пронеслось по всему судну. «Посейдон» нацелил все орудия на улей.

Флагман содрогнулся. Сотни пушек выстрелили одновременно. Ядра понеслись к цели плотной стеной. Хитин треснул, соты разлетелись осколками. Живой корабль накренился, черпая воду.

Второй залп добил его.

Зелёный свет в шестигранных ячейках погас, и улей медленно пошёл на дно. Жужжерианцы, потерявшие гнездо, заметались в панике. Часть полетела к берегу, другие упали в воду, жалко барахтаясь в попытках выжить.

Земляне выдохнули. Но праздновать было рано.

Пиратский линкор всё ещё держался, а впереди маячил форт, который не намеревался останавливать бомбардировку. Я сжал кулаки. Битва только начиналась.

Капитан старожилов владел тактикой на уровне мастера. Его корабль скользил между хитиновых корпусов, прячась за союзниками. Земляне целились, готовили залпы, но пираты уже исчезали за очередным жвалом.

Более того, судно огибало наш флагман по кругу, держась в слепой зоне орудий и выходя в тыл, где скрывались низкоранговые шебеки и каравеллы. Как назло, линкор двигался в противоположную от нас сторону, поэтому пришлось тратить время, чтобы сблизиться с ним.

«Посейдон» попросту не успевал развернуть корпус для атаки. Холодов орал приказы, но корабль слушался плохо. Чинить исполинские мачты на судне размером с круизный лайнер не так-то просто.

Наши фрегаты попытались взять линкор в клещи. Два судна пошли с флангов, отрезая путь к отступлению. Ловушка захлопывалась.

Но пираты не растерялись.

Лихой разворот. Нос ушёл влево, корма вправо. Судно проскользнуло в узкий проход между двумя жвалами. Фрегаты выстрелили. Ядра пролетели мимо, угодив в хитиновые щиты. А вражеский корабль уже выглядывал с другой стороны. Ответный залп прогремел коротко, сразу с двух бортов. Корпус левого фрегата затрещал. Шальное ядро угодило под ватерлинию, пробив дыру. Экипаж второго фрегата сумел отразить атаку. Магические щиты, прикрывающие судно коконом, выдержали попадания.

— Вот ведь ублюдки! — выругался Эстебан, колотя кулаком по навигационному столу. — Мы несем большие потери!

Пятиранговые жвала тем временем таяли под залпами. Земляне методично топили хитиновые корпуса один за другим. Но каждый потопленный корабль оголял позицию линкора лишь на мгновение, которое те использовали для нового удара.

Пиратский корабль вынырнул между двух тонущих жвал. На этот раз открыл огонь с носовых орудий. Погонные пушки ударили по каравелле, что замыкала клин. Крупнокалиберные снаряды не оставили шансов на выживание.

И вновь враг исчез, едва Земляне развернули орудия.

Пиратский капитан вёл свой корабль с холодной расчётливостью. Никакой спешки. Никаких лишних движений. Прятался, ждал, бил, уходил. Раз за разом. Юркие жвала едва ли не обвивали его корпус, словно змеи.

Дальше произошло нечто выходящее за рамки нормальности. Прямо у борта линкора воздух задрожал и разошёлся кругами. В пустоте раскрылось окно, похожее на звёздное небо.

С левого борта грянул залп. Ядра ушли в чёрную прореху и исчезли без звука, словно их проглотила сама ночь. На мгновение всё стихло. Только дым тянулся тонкой лентой.

Потом над последним фрегатом вспыхнуло второе окно — теперь горизонтально. Ядра обрушились сверху, разбивая палубу, как хрупкий лёд. Доски взметнулись щепой, крики смешались с грохотом, людей швыряло в стороны, как игрушечных.

Я наблюдал за манёврами, чувствуя, как растёт уважение и ненависть к противнику. Подлец, мать его за ногу, но мастер своего дела. Такие капитаны не просто так доживают до статуса старожила.

Мы, наконец, выходили на линию атаки.

Я бросил взгляд на интерфейс корабля — и замер. Энергия почти на нуле. Всего две тысячи единиц осталось. Даже не заметил, как прожорливый «Гнев богов» сжёг больше ста тысяч осколков. Пришлось собрать всё, что было в рюкзаке, и забросить в бак.