Я придирчиво осмотрела себя в зеркале и осталась довольна. Джинсы с белой рубашкой смотрелись гармонично. Волосы я заплела во французскую косичку. Бежевый широкий ободок делал акцент на прямую челку. На лице минимум косметики, немного туши и тинт на губах.

Меня немного потряхивало от волнения. Закусила губу, смотря на свое отражение. Мне нужна эта работа! Вчера ко мне пришла Лидия Петровна и сказала, что местному ветеринару требуется помощник.

– Зинка уже всем про твои умения растрепала, – говорила она, пока я ставила перед соседкой чашку с чаем. – А Саныч сам не признается, что ему помощь нужна.

– Почему? – заинтересовалась я.

– Так несколько раз писал в город, чтоб хоть студентов в помощь прислали. Ну и приезжало одно дурьё неоперившееся. Один вообще чувств лишился, когда Саныч у коровы роды принимал.

Я разумно промолчала о том, что сама совсем недавно была такой же студенткой. И вся моя практика в основном сводилась к мойке костей в кабинете анатомии и изучению животных на местной ферме.

– А ты вон как, Фроську Зинкину спасла, – с уважением произнесла соседка, громко отхлебывая чай.

– На самом деле я просто промыла ей желудок.

– Ну! Я ж говорю, рукастая. Так что слушай меня, – со знанием дела кивнула женщина. – Иди завтра к Санычу на собеседованиё.

Я не удержалась от улыбки, говор местных был таким забавным.

– А почему не сегодня? – изогнула я бровь, отпивая из своей кружки.

– Так уехал он снова. Форсмажоровые обстоятельства, во. Зойка, жена его, сказала…

И вот теперь я стою перед входом в ветеринарную клинику «Гермес» и трясусь, словно осиновый лист. Почему-то мне казалось, что этот Саныч не будет в восторге от еще одной девчонки без опыта и стажа.

Проведя с собой мысленную беседу, я встряхнулась, скрестила пальцы и вошла в клинику. На двери висел колокольчик, извещая о моем приходе. Но никто не спешил ко мне навстречу. Я сделала два осторожных шага, рассматривая холл.

На полу была зеленая потрескавшаяся плитка. Старые, протертые диванчики вдоль стены. Стойка администратора пустовала. Здесь все буквально вопило о том, что клиника переживает не лучшие времена. Даже государственная клиника, в которую мы ездили группой, была более современной.

Я подошла к высокому фикусу, который стоял в углу у окна. Он был таким огромным, почти с меня ростом. Ярко-зеленые листья блестели, и я не удержавшись, коснулась одного из них. И тут же резко подпрыгнула, услышав мужской голос.

– Я бы не советовал трогать Жору.

Я резко повернулась и встретилась глазами с мужчиной в зеленом костюме врача. На вид ему было лет сорок. Рыжие волосы, густая борода. Он был таким огромным, что у меня непроизвольно округлились глаза. Мужчина похож на настоящего викинга.

– Здравствуйте, – пропищала я, делая шаг к мужчине.

И только сейчас заметила, что в его кармане что-то шевелится. Ветеринар, а это явно был тот самый Саныч, погладил карман и оттуда появилась мордочка маленького рыжего котенка. Я машинально улыбнулась. Малыш был совсем крохотным, ему от силы месяца два. Подняла голову и встретилась с изучающим взглядом мужчины.

– Что у вас? – спросил он, переводя взгляд к двери. – Где пациент?

Я так сильно нервничала, что боялась в любой момент у меня начнется икота. Этот дядька казался таким грозным. За все время он даже ни разу не улыбнулся.

– Понимаете, – затараторила я. – Я недавно приехала и мне нужна работа.

– А я при чем? – нахмурился бородач.

– У меня есть диплом ветеринара, – с гордостью сказала я и для достоверности добавила. – Красный.

Мужчина поморщился, словно съел лимон.

– Так тебя Палыч прислал? Еще один постреленыш с района?

– Нет! Я переехала в ваш город, ищу работу. Недавно вот Зине помогла…

Врач скептически осмотрел меня с ног до головы, прицокнул языком недовольно. А потом развернулся и молча скрылся в коридоре. Я была так ошеломлена, что так и осталась стоять с открытым ртом. Это что, все? Уже собралась уходить, когда викинг вернулся. Котенка в его кармане не было.

– Как звать-то? – устало спросил мужчина, подходя ближе.

Он странно посмотрел на мою рубашку или мне показалось? Я почувствовала, как к щекам прилила кровь.

– Аня, – тихо сказала я, сдерживая желание прикрыться.

– Ну, будем знакомы, Аня, – протянул мужчина свою громадную ручищу. Моя ладонь в ней буквально утонула. – А я Виктор Саныч, местный Преображенский.

Не заметив от меня реакции, покачал головой.

– Молодежь! Это ж классика, ее знать надо, – махнул рукой. – Ладно, пошли.

– Куда? – опешила я, сделав пометку в голове обязательно выяснить, что за Преображенский.

– Проверим тебя, Аня, – он снова скосил глаза на мою рубашку. На этот раз точно, мне не показалось.

Я сжала губы, чувствуя, как злость и возмущение растекается по венам. Ведь он же женат! Или все мужчины такие?

– Правда, вот одета ты не по случаю, – не заметил моего состояния ветеринар и продолжил. – Сейчас вся измазаешься.

Я резко выдохнула. Вот идиотка! Напридумывала себе не пойми что.

– А куда мы?

– В коровник, куда ж еще. Будем кровь у буренок брать. А может и ректальную процедуру проведем. Готова?

Я уверенно кивнула, чувствуя одновременно и страх, и странное предвкушение…

***

– Аня, принеси мне суспензию, которую я привез.

Обратился ко мне Виктор Саныч, появляясь в холле и тут же снова скрылся в кабинете. Я кинулась к старому холодильнику, стала искать нужные ампулы.

Уже неделю я работаю в клинике, а кажется, словно целую вечность. После того похода в коровник ветеринар ничего не сказал, просто отправил меня домой. Мне было так обидно! Ведь я была уверена, что справилась. Даже смогла проколоть яремную вену одной коровы и взять кровь, как нас учили.

Но на следующий день Виктор Саныч сам пришел ко мне домой и сказал, что берет меня на работу. С испытательным сроком. Мне хотелось прыгать и визжать от радости, но я просто улыбнулась и поблагодарила мужчину.

Я с удивлением заметила, когда я в клинике, боль и тоска уходит. Я впитывала, словно губка, все, чему меня учил Виктор Саныч. И только когда возвращалась в пустой дом, накатывала знакомая печаль и жалость к себе. Как бы я ни хотела, вечерами постоянно думала о Самире. Ночью он приходил ко мне во сне, и на утро я просыпалась в слезах…

Пока что Виктор Саныч особо мне не доверяет. Сначала заставил заполнить журнал, перебрать бумаги. Он не подпускал меня на приемы, которые проводил. А у меня внутри все свербело от нетерпения и неуемного желания быть полезной. Стать такой же, как он.

Им невозможно было не восхищаться. Все свое время мужчина проводил в клинике. Я узнала, что у них с Зоей есть сын и маленькая внучка. Парень несколько лет назад попал в аварию и остался прикованным к инвалидной коляске. Я не понимала, неужели он живет с ребенком совершенно один?

– Возьмите, – протянула ампулу врачу, который измерял температуру старой болонке.

Врач кивнул и вдруг поднял на меня свой взгляд.

– Я сегодня уйду раньше, останешься за главную, – сказал Виктор Саныч и тепло улыбнулся. – Никита с Лизой приезжает.

Я почувствовала, как закружилась голова. Меня оставляют за старшую! Хотела сказать, что не подведу, как вдруг зазвонил мой мобильник.

– Извините, – быстро вышла из кабинета.

Взглянула на экран и едва не упала. Кровь начала набатом стучать в ушах. Номер мужа я помнила наизусть…

– Алло, – ответила на звонок, стараясь говорить бесцветным тоном.

– Здравствуй, Аня.

От звука родного голоса внутри все замирает. Сердце пропускает удар, а потом начинает биться о грудную клетку быстро-быстро. Как он сумел найти меня так быстро? Сажусь на стул, чувствуя приближающуюся истерику. Дыши, Аня…

– Что тебе нужно?

Мой голос дрожит, и я уверена, Самир это понимает.

– Хочу поговорить.

Я закусываю губу, в груди печет. Закрываю глаза и говорю твердо.