Только сможет ли Влад мне помочь, если, как сказал Макс, во Францию ему путь закрыт?

Мои руки дрожали, а в глазах стояли непролитые слезы. Я ничем не заслужила подобного к себе отношения.

Макс не разговаривал со мной до самого конца пути. Машина ехала вдоль берега моря, и я могла видеть изумрудные волны, белый песок и чайками белеющие на волнах яхты. Но вся эта красота не вызывала ни малейших эмоций. Больше всего меня волновала только собственная судьба.

Что будет со мной потом, когда этот сумасшедший наиграется в месть? Кто бы знал.

Где-то через полчаса мы подъехали к светлому особняку. Поблескивая вытянутыми полукруглыми окнами, он заманчиво выглядывал из густого скопления пальм, и я бы восхитилась, окажись здесь в иной компании.

Машина въехала в ворота и остановилась у мраморного крыльца. Макс вышел, распахнул мою дверь и подал мне руку.

Что, неужели и здесь тоже будут фотографы?

Однако я решила не лезть на рожон, и вложила свои пальца в его ладонь. Мужчина довольно улыбнулся. Ему нравилась моя покорность.

Мы прошли по мощеной светлым камнем дорожке и поднялись на крыльцо. Вокруг особняка цвёл ухоженный пышный сад. Я узнала гибискус и розы, остальные растения были мне незнакомы.

В самом доме оказалось просторно и прохладно. Нас встретили улыбчивая пожилая пара, он и она. Макс заговорил с ними по-французски, а я приветственно кивнула, чтобы не показаться невежливой.

– Это Фабьен и Жюли, – представил Макс. – Они живут во флигеле и ухаживают за домом и садом. Если что-то понадобится, обращайся к ним.

На мой вопросительный взгляд мужчина закатил глаза.

– Я дам тебе телефон, будешь пользоваться переводчиком.

С этими словами он увлек меня по широкой светлой лестнице наверх, на второй этаж.

Мы прошли по коридору. Мужчина толкнул первую попавшуюся дверь и жестом пригласил меня внутрь. Комната была небольшой, но чистой и уютной, с винтажной светлой мебелью и полупрозрачными шторами на окнах.

Я без энтузиазма оглядела свою тюрьму на ближайшее будущее и незаметно вздохнула.

– Вещи я тебе куплю. Сегодня отдохнешь, а завтра вечером у нас будет первый выезд в свет. Ты должна выглядеть великолепно и улыбаться, поняла?

Я безучастно глядела в окно. День близился к закату, тени удлинялись, а солнце устало катилось к горизонту. Сейчас я как никогда завидовала птицам.

Макс взял меня за плечо и развернул к себе, холодно заглядывая в лицо.

– Ты поняла, Лия?

Я коротко кивнула, переживая, что он снова станет распускать руки. Как же я ненавидела своё теперешнее положение! Не меньше, чем этого бессовестного мужчину. Но я не позволю ему себя унижать! Больше не позволю.

Выражение его лица вдруг смягчилось.

– Не хочу причинять тебе боль. И мне очень жаль, что пришлось.

Я смотрела в его глаза и не верила ни на грош.

Мужские пальцы скользнули по моей щеке, и я на секунду прикрыла глаза, борясь со злостью

– Убери руки, Макс. Ты мне противен.

Он послушно опустил руку, более того, даже улыбнулся.

– А ты мне очень нравишься. Думаю, у нас вполне может что-то получиться.

Я снова подняла на него мрачный взгляд.

– На твоём месте я бы не сильно надеялась.

– И тем не менее, – усмехнулся блондин, разворачиваясь ко мне спиной. – Ты уже здесь, полностью в моей власти. Подумай об этом, и о том, что нам придется провести очень много времени вместе. Так может лучше подружиться, м-м?

Подмигнув напоследок, он вышел за дверь. Я слышала, как стихают в коридоре его шаги, потом он показался во дворе. Сев в машину, Макс отчалил в неизвестном направлении.

Если он собирается жить отдельно – то это первая на сегодня хорошая новость.

Закусив от волнения губу, я заторопилась вниз, во флигель. Как их там, Фабьен и Жюли? У них то наверняка были телефоны с переводчиком, и возможно, эти приятные люди окажутся так добры, что разрешат мне позвонить…

***

Я долго искала в саду пресловутый флигель, бегая по лабиринту дорожек, пока не увидела небольшой каменный домик, который притулился в самом отдаленном его конце.

Жюли сидела на лавочке у входа под навесом из кустов гибискуса, и что-то вязала.

– Бонжур, – выдохнула я, понимая, что больше ничего по-французски не знаю.

Та закивала, жестом предлагая присесть рядом. Я повиновалась и озвучила свою просьбу. Неплохо бы успеть до того, как Максу приспичит вернуться.

– Телефон. Мне нужен телефон.

Надеюсь, она поймёт. Особенно если я буду так красноречиво жестикулировать, изображая, как подношу к уху вожделенный гаджет. Та снова закивала и потянулась в карман. Нашарив там старенькую потертую трубку, Жюли с улыбкой протянула ее мне.

– Мерси! – схватив аппарат дрожащими руками, я тут же набрала единственный номер, который помнила наизусть. Чижика.

Он взял трубку с третьего гудка, и я расслабленно выдохнула.

– Чижик…это я.

– Лия? Ты где?

– Я во Франции. Меня похитил Макс, партнер Влада. Ты можешь ему передать? Адрес…

Понятливая Жюли взяла трубку и чётко продиктовала набор слов, из которого я поняла только авеню.

– Хорошо, я понял, – отозвался мой бывший. – Я передам инфу, – и отключился.

Я расслабленно выдохнула. Хорошо, когда есть такие понятливые люди.

А теперь можно и в полицию.

– Полиция? – спросила я Жюли, указывая на телефон.

Та отчего-то напугалась и замотала головой. Забрав у меня аппарат, она опасливо спрятала его в карман фартука. Ну что ж… нет так нет.

– Пардон и мерси! – улыбнувшись ей напоследок, я вернулась в дом.

По крайней мере я сделала всё, что могла. Благо Макс не догадался запретить своим работникам давать мне телефон.

А ведь Жюли наверняка ему наябедничает. Но да какая разница?

Только что он снова взбесится. Пускай. Для Чижика сообщить Владу моё местоположение – это пять минут времени, не больше. А Влад что-нибудь обязательно придумает. Я знаю.

Спустя полчаса ко мне снова поднялась Жюли. Она поманила за собой на веранду, где меня ждал жасминовый чай с медом, набором разных мини-бутербродиков и круассаны с сыром.

Поблагодарив, я уселась за накрытый кружевной скатертью стол, жалея, что не знаю французский.

Жюли улыбнулась и ушла, оставив меня в одиночестве. Я смотрела на пронизанный солнцем цветущий сад, и вдруг подумалось… если уж мне не дали позвонить в полицию, то может стоит отправиться туда самой?

Закинув в рот последний кусочек выпечки, я решительно поднялась, вышла во двор и огляделась. Ни Жюли, ни ее напарника видно не было. Закусив губу, я торопливо засеменила по дорожке в сторону ворот.

Никто не кричал мне вслед, не пытался остановить, и я осмелела. Наверное, скоро Макс очень пожалеет, что не привязал меня заранее к батарее.

Я проскользнула между прутьями ворот и зашагала по тротуару в сторону виднеющейся за углом оживленной улицы. Хорошо, что полиция – слово международное, и любой прохожий сможет мне помочь.

А может даже повезет встретить самих полицейских.

На шее всё еще алели отпечатки чужих пальцев, кое-где даже показались тёмные синяки. В общем, голословными мои претензии не будут.

Однако не повезло.

Не успела я дойти до перекрестка, как на дорогу вывернула знакомая машина. Чёрт! Ну почему именно сейчас?

Там, за углом, шумели люди, звучала музыка, и наверняка в толпе прохожих Макс поостерегся бы вести себя со мной, как скотина. А здесь, в безлюдном переулке он мог позволить себе всё, что угодно. Сердце болезненно заколотилось.

Резко вывернув на тротуар, он преградил мне путь и вышел из машины.

– И куда это ты собралась, красавица?

– Погулять, – сглотнула я, пятясь назад.

Мужчина холодно усмехнулся.

– Садись в машину. Поедем погулять.

Я моргнула.

– Ты серьезно?

Макс пожал плечами.

– Зачем мне тебя обманывать? Я привез одежду. Давай ты переоденешься и съездим в ресторан.

И мне стало ясно. В том ресторане нас наверняка будут ждать заказные папарацци, чтобы на следующий день Влад увидел нас с Максом счастливыми и довольными жизнью. Детский сад.