— Миша, а что так скромно? — Уваров жутковато ухмыльнулся. — Всего десять? Навыки растерял?

— Помолчал бы, Степан, я хоть на охоту выбираюсь, а ты в своём штабе «Вольных» уже плесенью покрылся.

— Звучит как вызов, — Уваров осклабился, хищно сверкнув глазом.

— Так и есть, — холодно подтвердил князь, кивнув в сторону штаба, где уже полыхали вспышки магии, слышался вой и крики. — Ведём счёт по чести, без обмана.

— Князь, — попытался вклиниться в разговор один из магов, но его проигнорировали.

— Обижаешь, Миша. Всё по-честному.

— Князь, ммм… тут Ерёмин…

— Что Ерёмин⁈ — Воротынский развернулся к подчинённому, словно медведь, в зад которого вцепилась гончая.

— Он ушёл, — растерянно произнёс экзорцист, указывая на промёрзшую землю, где валялись брошенные рюкзак и разгрузка.

Раннее утро. Чернавский штаб.

— Проверил все тела у восточной стены, — на ходу докладывал Уварову Юрий, отрицательно качая головой. — Кости среди них нет.

— Ясно… — Глава штаба «Вольных» нервно барабанил пальцами по кобуре, глядя на главные ворота, где появилась большая группа экзорцистов во главе с Воротынским.

По лицу князя трудно было что-то понять, и Уваров двинулся ему навстречу.

— Весь снег перетрясли перед воротами. — Воротынский бросил взгляд на едва стоявшую на ногах Бочкину, сжимавшую в руке камуфляжную куртку. — Это его. В карманах нашли охотничий ярлык и пару камней для волшбы. Куртка целая — значит, сбросил сам.

— Есть новости! Сюда! — из внутренней пристройки донёсся крик Локтионовой. — Скорее!

Вскоре помещение, где временно размещали раненых, заполнилось людьми. Мария опустилась у лежанки, на которой нервничал недавно пришедший в себя комендант Чернавского штаба. Увидев князя, Грачёв попытался приподняться.

— Лежи, не нужно, — махнул рукой Воротынский, а Мара аккуратно уложила мужчину обратно, поправив подушку.

— Повторите, что мне только что рассказали, — попросила Локтионова, быстро оценивая качество перевязок.

— Мы держали коридор перед саркофагом с источником… Ждали, когда эти сволочи вместе с демонами снова пойдут на прорыв. Вода кончилась ещё вчера, припасы тоже на исходе… — Он с трудом сглотнул. — Сверху послышались крики и звуки боя, а потом появился темноволосый парень. Он крикнул от лестницы, что пришла помощь, и чтобы мы били демонам в спину… Потом исчез… Я собрал тех, кто ещё мог держать оружие и не истратил… Кх-кхе! Чёрт, больно… Мы…

— Всё, я понял. Лежи отдыхай, Грачëв, ты отлично потрудился.

— Отвратительно, князь. Если бы я сразу… Кх-кхе!

— Всё-всё. Отдыхай. Не напрягайся.

Дверь в пристройку скрипнула, пропуская командиров второй и третьей групп.

— Алексеич, юг и восток обследовали, — доложил мужчина в балаклаве, едва переступив порог. — Нашли несколько тел павловцев, но Ерёмина среди них нет.

— Понятно… — Уваров перевёл взгляд на Воротынского. — Значит, всю территорию вокруг штаба прочесали. Тела нет — напрашивается вывод: во время отступления его захватили павловские кудесники.

— Или какая-нибудь тварь целиком схарчила, — мрачно заключил князь, но тут же покачал головой. — Хотя… таким магом, как он, демон точно бы подавился.

— Шеф, разреши обратиться, — Панарин и Городной шагнули к Уварову, к ним присоединился Молотов. — Мы посовещались… Юрий тоже выдвинул версию про плен. Дай добро на вылазку к Афанасьевскому селу? В пекло не полезем, только разведка. Вдруг Костя там.

— Рискованно, — коротко отрезал Уваров, потирая подбородок.

— Нет нужды, — вмешался Воротынский и, помолчав пару секунд, добавил: — Есть у меня одна идея, но её нужно обдумать.

— Это какая? — Уваров недоверчиво покосился на него. — Только не говори, что затеваешь спасательную операцию ради одного Ерёмина, вот не поверю.

— Нет, не спасательную, а карательную. — Князь сжал кулак до хруста. — Пока искали Костю, я поговорил со своими людьми… Ты видел «гирлянды» на стенах. Это были мои бойцы, чьи-то друзья, чьи-то родные. Подсказать, или сам догадаешься, чего хочу я и все мои люди? У нас есть силы нанести ответный удар, пока они зализывают раны. Тот демон, которого сожрал ящер, сказал, что липецкий князь в Афанасьевке. По-моему, он отлично будет смотреться в петле на здании сельской администрации. И главное — эта сволочь не ждёт удара.

— В этом есть смысл, — Уваров кивнул каким-то своим мыслям. — И если Ерëмин там, мы его обязательно найдём.

Илецкий район. Село Афанасьево. Тыловой штаб князя Павлова на базе Дома культуры.

— Быть этого не может! — Борис Дмитриевич сделал глоток крепкого кофе, резким движением потирая глаз. «Провал. Полный, абсолютный провал». — Как такое вообще случилось? План был безупречен! Где Сагар?

— Я же говорил, князь, что связываться с этими рогатыми выродками себе дороже! — Маг с жидкой бородкой ткнул пальцем в свою перевязанную голову. — Это Сагар меня так отделал, перед тем как его собственная гадина приложила и утащила к орловскому князю. Надеюсь, этому ублюдку там голову открутили.

— Демон мёртв⁈ — Павлов от этакой новости вскочил с кресла и забегал по кабинету. — Что там, чёрт возьми, произошло? Рассказывай по порядку!

— Всё началось с этого вояки от Воротынского… Вышел на поле перед штабом и начал руками размахивать, как шут гороховый. Наш рогатый идиот, ясное дело, заинтересовался, вызвал свою ящерицу, подлетел к нему. Они поговорили меньше минуты. И вдруг… — Кузнецов умолк, и в паузе повисло невысказанное: «вы не поверите», — гадина взбесилась, огрела хозяина лапой, потом вцепилась в него. А этот парень — раз! — и запрыгнул на дракона, будто всю жизнь только этим и занимался. Сделал пару кругов над штабом, как на экскурсии, да и улетел к своим. Всё это время демон свисал у летающего ящера из пасти — зрелище ещё то, скажу я вам.

— Дальше, Кузнецов! Что было дальше? — Павлов метался вдоль стола как тигр в клетке.

— Я принял командование на себя. А потом, когда стемнело, над штабом прокатилась волна серого марева. И начался настоящий ад! Демонические твари взбесились, принялись рвать своих заклинателей, а потом переключились на нас. Это была бойня, Борис Дмитриевич! Началась паника. Некоторые маги со стен попрыгали вниз, а тех, кто пытался бежать через западные и южные ворота, расстреливали люди Воротынского. Я собрал, кого смог, взял раненых и ушёл, пока все там не полегли.

— То есть, убежал, храбро сверкая задницей? Немыслимо!

— А вас там не было, княже! — Кузнецов обжёг собеседника бешеным взглядом. — Это не десяток тварей у переправы магией испепелить, когда у тебя и позиция, и преимущество! Можете представить орду разъярённых демонов перед собой? А мне не нужно представлять — я там был! Знаете, княже, сколько уцелело? Семнадцать человек! Четверо ещё неясно, выживут ли. В условия моего найма не входило героически подохнуть за ваши бабки! Ясно⁈

— Успокойся, Григорий, — уже сдержаннее произнёс Павлов, снова опускаясь в кресло. — Вспылил… Просто… Эти новости будто снег на голову в июле! Что же делать…

Борис снова вскочил и зашагал по кабинету, нарезая круги. Сделав последний разворот, махнул рукой:

— Иди отдыхай, Кузнецов, а мне нужно подумать. — Взглянув на часы, Павлов прищурился. — Полтретьего… Спустись на первый этаж, пройди по коридору до последней двери: там Красицкий спит. Буди эту сволочь, пусть разместит вас. Попробует пасть разинуть, пригрози, что утром высеку. Раненых — в пристройку справа, там лазарет.

— Уже… — поспешил сказать Кузнецов. — На посту знакомые ребята были, сразу помогли.

— Всё равно разбуди Красицкого, — настоял Борис, сурово шмыгнув носом. — Пусть отдувается, прохиндей.

— Опять того? — Кузнецов постучал пальцем по горлу, демонстрируя проницательность.

— Хотел. Поймал стервеца с бутылкой, — нехотя признался князь, тяжело вздыхая. — Ладно, Григорий. Иди отдыхай.