«Полезно, но меня интересует совсем не это. Шесть камней — надеюсь, хватит».
Не хватило. Пришлось пустить в ход ещё один камень из своей заначки, только тогда четвёртая розетка наполнилась сочным алым светом.
— Отлично! Вот она — «Одержимость мщением».
В моем положении этот дар мог стать спасением. Принцип работы был прост: сто́ит кому-то —зверю, демону или человеку — меня ранить и сбежать, я смогу без труда выследить «проказника». Конечно, у этой способности демонического сигила были и неприятные стороны, но польза перевешивала.
Одна мысль смущала: как это применять? Я не готов умышленно подставляться под пули, чтобы вычислить стрелка или иного злопыхателя, решившего попортить мне «шкуру». Зато не исключены трагические «случайности», вроде того выстрела у порога таверны.
Поняв, что витаю в облаках, я встряхнул головой и вернулся к осмотру кабинета: четыре выдвижных ящика стола ждали своего часа. Вторая и третья секции оказались не так щедры, как хотелось. Вся добыча — увесистый пузырек с порошковым серебром, что пригодится для создания улучшенной версии ритуального мела, ибо мои запасы как раз подходили к концу.
Подошла очередь четвёртого ящика, и тут меня ждал сюрприз. Весь ящик представлял собой выдвижной контейнер, наглухо закрытый толстой стальной крышкой без замка, зато имелись пять поворотных шайб с цифрами.
Знакомо. Такие кодовые замки были в моде у знати на Арс Ноторисе, демоны их тоже уважали. Конкретно этот мог бы стать проблемой, если бы не мой «козырь в рукаве», вернее, на тыльной стороне ладони. Включив «Слух охотника» от сигила Буера, я стал осторожно проворачивать шайбы с цифрами.
— Даже неинтересно, — вырвалось у меня от досады.
Причиной моего расстройства стал изношенный механизм замка: искомое положение двух последних шайб так вообще прощупывалось пальцами, видимо, ими пользовались чаще всего.
«Эх, Элигос… Лучше уж без прихвостней, чем с такими. Даже код первых трех шайб не сменил».
Покрутив четвертый и пятый диски, я потянул за крышку, которая поддалась без сопротивления. И при виде содержимого мои губы сами собой расплылись в довольной ухмылке.
— А вот это мне надо всё! Однозначно.
В углу сейфа лежали два плода с осмой, а всё остальное пространство занимали плотно уложенные пачки денег. Оба плода мгновенно нашли пристанище в моих карманах, и я с деловым видом уставился на распростёртого горе-ритуалиста.
— Виктор Павлович, ты уж не подумай чего. Я не ворую, — заверил я его. — Это всё пойдёт на благие дела.
Оценив объем наличности, внёс уточнение:
— Ну… почти всё. Должен же ты в своей грешной жизни сделать что-то по-настоящему хорошее? Считай меня… проводником твоей щедрости. Безвозмездной, — подчеркнул я. — Сам бы ты, ведомый жадностью, никогда не снизошёл до благого дела. Не переживай! Я помогу, такой уж я добрый — не могу пройти мимо чужой беды. И не благодари, Виктор Павлович. Не нужно… Я за идею!
Глава 16
Орëл. Приют «Соловушка».
— Семëновна, ты там вообще дышишь? — спросил я с неподдельным беспокойством.
Комендантша застыла с вытаращенными глазами, её губы беззвучно шевелились — то ли молитву шептала, то ли заклинание от сглаза.
— Хотел вручить вчера, но было уже поздновато. Не стал беспокоить.
— Костенька, золотой мой… — наконец выдавила из себя старушка и поморгала прослезившимися глазами. — Откуда такие деньжищи? Только, молю тебя, не говори, что украл… или того хуже…
— Софья Семëновна! — возмущённо поднял я указательный палец. — Как ты могла такое подумать? Просто мир не без добрых людей. Один… э-э-э… состоятельный господин решил помочь нашему приюту, так сказать, поделился излишками.
— И кого же мне благодарить? — она потрясла пакетом с пачками купюр, словно проверяя, не мираж ли это.
— Наш благодетель пожелал остаться в тени, — таинственно произнёс я, приложив палец к губам. — Ладно, мне пора собираться. Скоро за мной заедут.
— Будь осторожен, Костенька! — всплеснула она руками, осеняя меня неким знаком, похожим на крест. — Храни тебя Господь! Не рискуй попусту!
— Я не из паствы Господа вашего, — усмехнулся я, — но если он за мной приглядит, буду только благодарен.
Попрощавшись с Семëновной, я ринулся наверх, в свою комнату. Нужно было готовиться к выезду в Чернавский штаб, куда уже стягивались объединённые силы Орла. Заперев дверь, я отодвинул тумбу у кровати, открывая доступ к тайнику.
«Один от князя», — плод осмы лёг на стол. К нему присоединилось ещё два. — «Плюс эти. Итого три».
Раздумывать, какой же из источников выбрать, не приходилось: всё решил ещё вчера, перед сном. Первый плод окрасился в рыжий и пошёл на усиление моего источника «огня». Сорвал плодоножку, и жидкая эссенция моментально устремилась в горло.
Второй плод лёг в ладонь, меняя окраску на нежно-зеленый — для источника магии «тела», или « физического». Прохладное содержимое тоже без остатка растворилось во мне.
Обратившись к внутреннему взору, я хохотнул. За поглощение огненной эссенции мне вручили «Пламенный гейзер». Не лучшее заклинание, но в моём случае — некритично. А вот за физическую эссенцию награды в виде метки для быстрой волшбы не последовало. Будь я обычным «пользователем», вроде местных магов, расстроился бы, но внутреннее чутьё подсказывало: вместо бесполезной «игрушки» я получил нечто куда более существенное — мощное усиление самого источника. В итоге, остался более чем доволен.
В пальцы легла третья коробочка плода. Наполняющая её жидкость приняла темно-серый цвет, а в структуре проступили едва заметные белые разводы.
— А вот и желанная «Тень»…
Последний эликсир тут же исчез во мне, даруя новый источник волшбы, необходимый для будущего плана. Мои слова о том, что Элигоса ждёт новое поражение, не были пустой бравадой.
Прислушавшись к себе, отметил ощутимый прирост магических и духовных сил. Времени до приезда команды оставалось немного, но мне захотелось в очередной раз попытать удачу.
— Посмотрим, что ты скажешь на этот раз, Эон.
Усевшись на пол, я по обыкновению скрестил ноги, приводя в движение все части своей души. Сознание начало творить мыслеграммы древних рун времён Истока — тех, что были старше самой магии. Врата Внутреннего Царства приоткрылись, комната исчезла, сменившись каменистым берегом, где передо мной возвышалась знакомая фигура.
— Я же говорил, что ты меня пустишь, Эон, — прошептало моё внутреннее «Я», переполненное торжеством.
— Ошибаешься, Константин. — Голос из-под глубокого капюшона был ровным и спокойным, как поверхность древнего озера. — Не мне решать, кому и когда сбрасывать оковы души, чтобы начать восхождение. Ты сам выбираешь: стоять на пороге или переступить его. Я — лишь проводник. А раз ты здесь, значит, уже сделал выбор. Подойди.
Сделав шаг вперёд, я увидел, как Вечный узник и страж перепутья медленно выпрямился во весь рост. Из чёрной бездны капюшона на меня глядела пустота, и всё же я был абсолютно уверен — сейчас он улыбается. Белая перчатка легла на моё правое плечо, чёрная — на левое.
В тот же миг фигура Эона начала растворяться, превращаясь в ослепительный свет, застлавший мой взор на несколько секунд.
— Жду тебя в Йецире, Константин.
Когда зрение вернулось, обнаружил на опустевшем камне знакомые строки — формулу, что открывала путь в Мир Формирования души, имевший название Йецира. Теперь, когда моя душа обрела Малькут — «Царство», дальнейший путь к восхождению был открыт.
— Пусть и небольшая, но победа, — выдохнул я, ощущая невероятную лёгкость. — Что ж, пора возвращаться.
Короткая темнота отступила, вернув меня в знакомую комнату. Поднявшись и размяв затёкшие ноги, прислушался к себе: на первый взгляд — всё как было. Но я-то знал. Вытянул указательный палец и сформировал на его кончике огонёк духовной силы. Раньше он был блёклым, почти серым, теперь же пламя выглядело плотным, насыщенным и горело почти что идеальным белым светом.
