Я обернулся к ним, опёршись спиной о подоконник.
— Захват штаба — не случайная вылазка, а первый ход в хорошо продуманной партии. Борис Павлов бросил туда своих лучших бойцов. А что у нас? Разберём по пунктам. Маги… — я усмехнулся. — Те, что сжигают полквартала, чтобы уничтожить одного заблудшего визгуна? Которые привыкли охотиться на одичавших тварей, пускающих слюни и гадящих под себя? Здесь их ждут дисциплинированные группы тварей ведомые погонщиками. Далее — «Вольные»…
Уваров забыл про свою сигарету и напряжённо сидел, не касаясь спинки кресла, ни на секунду не отрывая от меня взгляда.
— Алексеич, убивать тварей для «Вольных» — дело привычное, спору нет. Суровые вояки. Но многие ли из них готовы пустить пулю промеж глаз человеку, вышибив мозги, так сказать, себе подобному? Ответь честно, дрогнет ли рука?
— У большинства — дрогнет, — нехотя выдохнул Уваров, закуривая следующую сигарету.
— А у милиционеров возникнут проблемы с тварями: большинство будут трястись от ужаса, столкнувшись даже с самым завалящим бесёнком, — я перевёл взгляд на Воротынского. — Князь, после моих слов вы всё ещё уверены в успехе вашего «похода»?
— Я уверен в одном, — после тяжёлой паузы заговорил Воротынский, вдавливая каждое слово в пространство кабинета. — Что сидеть сложа руки — не выход. Штаб с источником должен быть возвращён под мой контроль, и как можно скорее. Если у тебя есть иной план, излагай. Не томи.
— План в том, что мне нет никакого смысла мчаться сломя голову в Чернаву. Здесь, в Орле, решается гораздо более важная задача. Если вы слушали меня внимательно, то я говорил: захват источника — это лишь часть большого замысла.
— Замысла некоего Элигоса, — сделал вывод Уваров, показывая тем самым, что мои речи не пропали даром. — Он демон?
— Демонический лорд, стратег и великий генерал легионов Владыки Инферно, — я озвучил лишь краткую версию титулов Элигоса. — У меня нет сомнений: это его почерк. Так и вижу, как его рога торчат из-за стен Чернавской крепости.
— Говоришь так, будто знаком с этим важным чëртом, — подметил Воротынский, на что последовал мой утвердительный кивок.
— Знаком. Я его развоплотил как-то в своём мире… Но сейчас важнее не это, а то, что я знаю, как он мыслит, знаю его тактику. И чтобы проверить кое-какие догадки, мне нужны люди. Надёжные. — Я обвёл взглядом обоих. — Такие, кому вы доверяете как самим себе. Пока не могу сказать, сколько их понадобится, так как это зависит от информации, которую я получу.
— Может, расскажешь? — в голосе князя чувствовался лёгкий нажим.
— Обязательно, как только подтвердятся мои догадки, — пообещал я, переходя к вопросам…
Несколько часов спустя. Недалеко от пгт «Долгий».
— Ладно, Костя, кончай молчать! — не выдержала Мара, в который раз за поездку ткнув меня в бок. Её проницательность, проявленная ещё в штабе, не знала границ. — Вижу же, что это твоих рук дело! Почему ты был уже в штабе, когда нас подняли? И вышел из кабинета Уварова! Это ты его уговорил отправить на заказ нашу группу, хоть все операции заморожены?
— Сейча-а-ас… — протянул я, отрываясь от плана Чернавского штаба, который пытался изучать в тряской «буханке». — Кажется, всё учёл… Мария, ты что-то говорила? Извини, сложно сосредоточиться, когда под ногами не земля, а стиральная доска.
— Говорю, пора расколоться, как ты упросил шефа отпустить именно нас! С чего нашей группе такие почести? — не унималась Локтионова, подталкивая локтем задумчивую с самого утра Злату. — Золотце, поддержи! Давай вместе его сломаем!
— Да, я и сама не против кое-что прояснить, — как-то очень загадочно и холодно произнесла магичка. Её интонация была настолько непривычной, что в салоне наступила тишина, и все уставились на неё, ожидая продолжения. — За какие такие заслуги Проповедник теперь у НАС главный?
После слов Бочкиной все взгляды, как по команде, перекочевали на меня и Панарина. Даже дисциплинированный Юрий на секунду отвёл глаз от дороги, рискуя заработать косоглазие
— Я вроде заявление об отставке не писал, — растерянно развёл руками Панарин, с недоумением глядя на Злату. — С чего ты взяла, что я уже не главный в группе?
— Да я не о группе! — Злата с нервной торопливостью разблокировала смартфон и её пальцы заскользили по экрану в поисках нужного сообщения. — Смотрите! — она протянула телефон так, чтобы все в салоне могли видеть. — Это наш закрытый портал для распоряжений. Здесь сказано, что «Проповедник» получает полномочия командовать оперативными группами, включая офицерский состав. За неподчинение к нарушителям будут применены меры взысканий, регламентированные в контракте найма. Действует до отмены прямым приказом за подписью и печатью князя'.
В салоне на мгновение воцарилась тишина, нарушаемая лишь гулом мотора.
— Всё же информационные технологии этого мира имеют невообразимую силу, — пробормотал я про себя, убирая план Чернавского штаба в портфель. Я глубоко вдохнул, чувствуя, как салонная духота смешивается с напряжением, исходящим от присутствующих. — Говорить в таких условиях тяжело, но я постараюсь объяснить. Юрий, не сбавляй. Пусть трясёт.
Оставшийся путь до заброшенной заправки я говорил — без прикрас и умолчаний, выкладывая то, что утром приберёг для кабинета Уварова. О растерзанных телах, выставленных напоказ на стенах; о живых тотемах, в которых поганые ритуалы обращали людей в инструменты для расширения власти погонщиков; о ритуальных убийствах — я рассказывал всё.
Меня слушали, не перебивая, но по тому, как машина несколько раз дёргалась, теряя и набирая скорость, я понимал — даже железные нервы Молотова дали сбой.
— … Такие вот дела. — Мы слегка качнулись в такт остановившейся «буханки», что затормозила у здания шиномонтажки заброшенной заправки. — Охоту нам разрешили потому, что мне нужны камни душ, а это место — как поляна с редкими травами для алхимика.
Я обернулся и встретился взглядом со Златой. Её глаза были на мокром месте, но она изо всех сил старалась сохранить каменное выражение лица.
— Понимаю, там твои друзья, но сейчас тебе нужно сосредоточиться на своей задаче. Я изучил план, и думаю, коменданту Грачёву хватило ума отступить во внутреннюю крепость и держать оборону до последнего.
— Надеюсь, хватило! — выкрикнула Бочкина, шмыгнув носом и с силой вытирая лицо рукавом. — Он хоть и старый похабник, но если на хвост соли насыпать — хрен его победишь!
— Хорошо, что храбришься. — Я вышел из машины, с наслаждением ступив на твёрдую подмороженную землю и вдохнув полной грудью холодный воздух. — Бла-го-дать…
— Чё стоишь, как столб? — Злата выпрыгнула из салона и упёрла руки в боки. — Вперёд, за твоими камушками! Чем быстрее наберём, тем быстрее рванём выручать ребят!
Я улыбнулся, поставил портфель на землю, затем положил руки ей на плечи и несколько раз энергично встряхнул.
— Ты что де… — она не успела договорить.
Я повторил встряску, уже более основательную. Показалось, ещё немного — и у неё отлетит в сторону голова.
— Вроде бы, дурь вытряхнул, — констатировал я и указал пальцем на Юрия, уже было собравшегося вмешаться. — Ключ из замка зажигания вынь и убери в карман. Она на него всю дорогу косилась. — Затем мой взгляд снова упал на магичку, чья грудь вздымалась уж больно часто. — Ты ведь собиралась сбежать при первой возможности, так? До Чернавского штаба отсюда — рукой подать. Меньше часа.
— Н-на этой… этой развалюхе… ч-час… — магичка начала всхлипывать, закрыв лицо руками, её плечи содрогались. — Я… я пешком пойду…
— … В самоубийственный поход, — мягко закончил я её мысль и осторожно обнял. Тело «мстительницы» напряглось, но не оттолкнуло сразу. — Выбрось это из головы. Сейчас у тебя ключевая роль, без твоих навыков нам не справиться.
— Отпусти, всё нормально, — через несколько секунд выдавила Злата, уже твёрже отстраняя меня. Она шмыгнула носом, смахивая остатки слёз тыльной стороной ладони. — Накатило… Бабское. Я в порядке. Что делать нужно?
