— Ага, — фыркнула Злата, — Смотри-ка, этот умник уставился в бумаги, будто и правда читает! Ха!
— Дела ваши личные изучает, — сухо заметила Наталья и, видя, как подруга даже слегка подпрыгнула от возмущения, пояснила: — Я их готовила по приказу князя, пришлось даже задержаться допоздна.
— Строит тут из себя особу голубых кровей, шепчется с князем, будто старый приятель. Нарочно важничает.
— Ему не нужно важничать. Он и так у Воротынского на особом счету, — огорошила подругу Синицына. — Князь уже распорядился, чтобы Константин Ерёмин имел свободный доступ в штаб и даже в его поместье.
— Дела-а-а, — Злата от удивления даже почесала затылок. — Пока я в Чернавском штабе кисла, тут целая драма разворачивалась.
— Ты же каждые выходные сюда приезжала, — напомнила Наталья.
— Так то на танцы! — отмахнулась блондинка. — В Чернавском, кроме магазина с дождевиками и галошами, развлечений нет.
Злата хотела добавить что-то ещё, но в этот момент в зале раздались хлопки, привлекающие внимание слушателей. Гул стих, все взгляды устремились к центру зала, где стояли Воротынский и представитель штаба вольных охотников.
— Добрый день, господа и немногочисленные дамы. Некоторых из вас я помню с той ночи, с остальными познакомился через бумаги на этом столе… Но прежде чем мы перейдём к делу…
— Наташ, глянь! Как он преобразился! Лицо посвежело, круги под глазами исчезли… Точно наркоман! Такие резкие перемены у них бывают, когда дозу примут.
— … сразу скажу: у меня нет богатых родственников, и я здесь не по блату. — В зале раздались смешки. — А ещё Михаил Иванович предпочитает женщин, причём у него очень хороший вкус. Я убедился в этом сегодня утром, когда он пытался заговорить мне зубы и отвлечь от миловидной особы, выходившей из его спальни. Так что, я точно не в его вкусе. Надеюсь, это развеет ваши сомнения, господин Красин с компанией. Вы же по этому поводу хохмили?
В зале на мгновение воцарилась тишина, сменившаяся улюлюканьем и фривольным свистом, заглушившим робкие возражения упомянутой компании. Оратор, не слушая, продолжил:
— Кроме того, я не наркоман и всячески осуждаю тех, кто использует магию или алхимию для затуманивания разума в погоне за мимолётными удовольствиями. — Злата дёрнулась, когда острый взгляд брюнета вонзился в неё стрелой. — Госпожа Бочкина, и иже с ней… Не стоит делать поспешные выводы о людях, которых вы совсем не знаете. Берите пример с вашей подруги, которая далеко не в первый раз демонстрирует исключительную проницательность и рассудительность.
Взгляд Константина переместился на девушку в деловом костюме, и стал заметно мягче и приветливее.
— Милая Наталья, вы попали в точку. Я и правда работал всю ночь, отсюда и мой уставший вид. Стыдно признаться, но утром я бессовестно уснул прямо во время аудиенции у князя Михаила в гостиной. Очень благодарен Михаилу Ивановичу, проявившему понимание и давшему мне возможность выспаться.
Наталья и Злата застыли с открытыми ртами, а взгляд Константина уже скользнул в другую часть зала.
— Юлия, я рад, что у тебя всё хорошо. Не переживай, я тебя помню, не сержусь и не считаю «сопливой малолеткой». Ты себе слишком много надумываешь.
— Откуда он нашу красотку знает?
— Любой бы сдал, окажись под действием «Предела отчаяния». Те, кто смеётся, даже близко не стояли с той тьмой, которую тебе довелось ощутить. «Не верь завистникам, ибо их языки лживы, а помыслы низменны». Гордо подними голову и иди вперёд. Если не против, я определю тебя в первую группу: там ветераны штаба — с ними не пропадёшь. На вид грозные, но душевные ребята… Поддержишь их?
«Что эта дура вытворяет? Вышла к нему…» — Злата схватилась за голову, с изумлением наблюдая за происходящим. — «Она этого упыря в щёку целует… Шепчется с ним о чём-то. Фу! Уйди от него! Фу-Фу!»
— С первой группой определились, — объявил Константин, делая пометки в журнале. — Теперь вторая и третья группы… Тут, честно, даже не знаю… Нужны маги с исключительными способностями. Эти группы занимаются разведкой, поэтому требования соответствующие. Кто здесь самый тихий и ловкий? Перефразирую… Дамы, навострите ушки! Мужчины, кто из вас лазил по водосточной трубе к вожделенной женщине?
По залу прокатился смех, после чего нашлось сразу несколько желающих.
— Что творит этот демон? Ярмарка вакансий какая-то, — Злата прикипела взглядом к происходящему. — Юлька ему на шею повесилась, парни ржут, как шакалы… Наташ? Наташ… Эй, Наташ! Мляя… Ты что, по нему потекла? Хоть ты не пугай меня.
— Я вспоминаю, когда был первый раз…
— Натусь, ты выглядишь немного диковато: вся застыла, только губы шевелятся. А очки аж запотели от столь обжигающего взгляда на Ерёмина.
— Ты не понимаешь, Злат, — отрешённо произнесла Синицына, не отрывая взгляда от брюнета, который легко управлял вниманием зала. — Он сказал: «Она не в первый раз демонстрирует исключительную проницательность». Вопрос: когда был первый раз?
— Подруга, это просто психологический приём, — уверенно заявила Злата. — Он тебя обработал, как наивную щенку!
— Злата!
— А что⁈ Запрограммировал, что вы, типа, давно знакомы. Я такое в передаче видела… Как его… Козлецкий…Козлеровский…Копершитский…
— Он не в дорогом смокинге, чтобы быть шарлатаном, — холодно парировала Наталья. — Я с ним действительно встречалась.
— В смысле⁈ — Бочкина чуть не подпрыгнула на месте, уставившись на подругу. — Школьная любовь? Эко тебя угораздило, Наташ! Да ты ещё менее разборчива, чем я!
— Да какая «школьная»⁈ Случайно — на улице или в кафе… Не могу вспомнить.
— Ладно, давай думать, — неожиданно серьёзно сказала Злата, украдкой поглядывая на Константина. — Я его тоже откуда-то знаю…
— Злат, а ты чего за стойку прячешься? — вдруг заметила Наталья.
— Так понятно же! — зашептала Бочкина, постучав пальцем по виску. — Я тут прикинула — можно соскочить с этого втухалова. Нас тут много, сейчас группы доберут, а я опять в Чернавский штаб вернусь. Беспроигрышная схема.
— Благодарю за внимание, господа и дамы. — Брюнет вежливо поклонился. — Группы сформированы. Завтра ждём всех в штабе вольных охотников, и прошу без опозданий.
— Костяяя! Костян! Четвёртая группа! Про четвёртую забыл!— раздались выкрики из зала, и представитель «Вольных» на мгновение растерялся.
— Хах… Вот болван, — хихикнула Злата, сидя за стойкой и обнимая колени. — Кто-то мимо кассы прошёл! Главное, что про меня никто не…
Мысленно она уже была за дверью, где её ждали тишина, покой и полная безопасность от всей этой безумной возни с демонами.
— Никаких ошибок. С четвёртой группой всё решилось с самого начала, — ко всеобщему разочарованию сообщил Константин, пододвигая журнал Воротынскому. — Уважаемый князь, подпишите переводные документы.
«Так кто в четвёртую идёт⁈», «Что за звери там, что туда даже не набирают⁈», «Число хреновое! У азиатов это смерть!» — послышались возгласы из зала.
— Там не звери, и число отличное — не верьте предрассудкам. Это группа, в которой состою я, — объявил Константин, и его взгляд был теперь направлен в правую часть зала, прямо на стойку приёмной. — Злата Бочкина будет работать с нами.
Сначала это не уложилось в голове. «Показалось», — мгновенно просигналил мозг. Потом как током, ударило удивление: она буквально онемела, застыв в нелепой полуприсевшей позе, будто её поймали на месте преступления. «Как?.. Почему?.. Они же всех уже назвали!».
А следом пришло разочарование и досада. Ей, как капризному ребёнку, до слёз захотелось топать ногами и кричать «Нет! Не хочу! Это ошибка!». Весь её «хитрый» план оказался жалкой игрой в прятки, которую взрослые легко раскрыли. Осталось только вылезать из-за укрытия, чувствуя себя полной дурой.
Злата выпрыгнула из-за стойки, готовая выплеснуть всё своё негодование, но обомлела: перед ней был полупустой зал. Коллеги уже расходились, а подруга Наталья стояла с папкой документов, о чём-то разговаривая с князем Воротынским. Заметив «появление» Златы, секретарь штаба экзорцистов поспешила к подруге.
