— Да. Всю ночь потратил, — я сдержанно кивнул, чувствуя, как от усталости гудит всё тело. — Пришлось разработать совсем иную формулу обнаружения. Из всех камней сработал только цитрин, но для стабильности он должен быть крупнее. Этот экземпляр проработает не дольше ста лун, но с более массивным камнем можно будет увеличить срок службы в разы. Чтобы сделать изделие универсальным, я предлагаю…

Я поймал себя на том, что начинаю уходить в технические дебри, и махнул рукой.

— Ладно. Об универсальности потом. Примерьте скорее. Артефакт не любит бездействия: ему нужен одушевлённый носитель.

— Размер маловат, — посетовал Воротынский, дотянув кольцо лишь до середины мизинца. Камень на мгновение вспыхнул и… погас. — Потухло… Сломалось?

— Так и должно быть! — поспешно успокоил я его, уже вставая и отходя на пятёрку метров к камину. После чего начал медленно истончать прослойку сигила Форнеуса. — Теперь смотрите на кольцо и подходите ко мне.

Уговаривать князя долго не пришлось. Он вскочил на ноги, и делая мелкие шаги, направился ко мне, не отрывая взгляда от мизинца.

— Засветилось… Ярче… Ещё… Совсем ярко! — Хозяин кабинета замер, и его взгляд наконец-то оторвался от кольца и встретился с моим. — Только я не понял…

Его лицо внезапно побледнело. Он сделал шаг назад и взглянул на меня совсем иначе — с опаской и недоумением.

— Всё в порядке, подойдите ближе, — мягко сказал я, стараясь, чтобы моя улыбка оставалась добродушной. — Да не демон я! И душу вашу не заберу. Не поклонник некромантии, хоть и сведущ в этом ремесле.

Немного поколебавшись, князь вновь направился в мою сторону. Когда он приблизился, камень в кольце уже сиял не хуже лампочки в люстре, озаряя наши лица алым отблеском.

Поняв, что демонстрация достигла цели, я восстановил защитную прослойку сигила. Свет в камне тут же погас, оставив после себя лишь тёплое, едва заметное свечение.

— Работает даже лучше, чем я предполагал, — выдохнул я, чувствуя, как наконец отпускает напряжение. — Нужно было брать за основу не сложные определяющие формулы, а принцип резонанса двух источников одной природы. Это даже не зачарование, а магофизика. Будучи на пальце…

— Дааа… — будто в бреду протянул князь, и, положив мне руки на плечи, начал с энтузиазмом трясти. — Костя, ты понимаешь, что это значит? Да это же… Это же прорыв! Теперь можно вытравить всю скрытую гнусь из Орла! Я немедленно распоряжусь, чтобы со всего участка сняли мерки. Найти ювелиров, которые выполнят заказ, — не проблема. Подключу всех, кого только можно!

— Не спешите, князь… — Я аккуратно освободился из хватки Воротынского, и пройдя несколько шагов, устроился на диване. — Мы не обсудили, что получу КОНКРЕТНО Я со всего этого предприятия. Позже обязательно поговорим на эту тему, а пока, если не возражаете…

Стоило принять горизонтальное положение, как разум тут же провалился в чёрную пустоту сна.

Глава 8

Княжеский район. Штаб экзорцистов.

«Ааааа, не хочу-у-у! Не хочу-у-у! Это просто отвратительно! Воротынскому, похоже, моча в голову стукнула! И отец хорош — как бобик на привязи пляшет под его дудку! Ещё и чековую книжку отобрал, а я уже два пальто в ателье заказала… Ненавижу всё это! С какой стати нашему князьку взбрело на ум прикомандировать нас к этим… этим… Теперь придётся скакать козой по всяким оврагам и подвалам, и ползать на пузе по грязи! Ррррр!»

Злата мрачно скрестила руки на груди и со всей дури ткнула носком сапожка в ножку стула, затем сердито окинула взглядом коллег — и от этого нахмурилась ещё сильнее.

«И какого чёрта я торчу здесь, среди этих неудачников⁈ У меня и своих дел полно! Такое ощущение, что князь решил сюда всех местных придурков согнать… И этот „очень серьёзный сбор“ задерживается, потому что, видите ли, какой-то „важный перец“ из казармы нищебродов не явился. Чтоб у него желудок в узел завязался от осознания своей крутости!»

Сероглазая блондинка сердито отбросила за ухо прядку волос, выбившуюся из небрежного пучка. Возможно, её мысленная тирада продолжилась бы дольше, но в этот момент двери приёмной распахнулись, и внутрь вошёл всем знакомый Воротынский в сопровождении кареглазого брюнета лет тридцати, солидно сжимавшего стопку документов.

«А это, должно быть, тот самый „важный хрен“ от вояк. Что-то молодоват… и не в форме, — прикинула Злата, оценивающе разглядывая пару. — Что за дичь? Бледный, будто демоны всю кровь высосали, и круги под глазами… Хах! Словно всю ночь на помойке с енотами за еду сражался!»

Прищурившись, Злата внимательно всмотрелась в лицо незнакомца. К своему же удивлению, она почувствовала смутное ощущение узнавания.

«Да не может этого быть! Где я могла его видеть? Что за бред… Может, когда-то в клубе ко мне яйца подкатывал? Ну нет, таких, как он, даже на порог мест, где я тусуюсь, не пустили бы, приняв за наркомана…Что он делает? Точняк!»

Будто подтверждая её мысли, брюнет, перед тем как сесть, повесил на вешалку в углу своё пальто и, достав что-то из внутреннего кармана, закинул это в рот.

«Ух, как скривился… Сразу видно, что-то забористое. Торчок, не иначе. О чём только князь думает? Я бы с таким отребьем даже рядом сидеть не стала. Может, он ещё и заразный⁈»

В этот момент на плечо ничего не подозревающей Златы мягко легла чья-то рука. Девушка взвизгнула от неожиданности, потеряла равновесие и уже была готова сверзиться со стула, но вовремя ухватилась за край стола. По залу прокатилась волна сдержанного мужского смеха, а кто-то из присутствующих негромко бросил: «Бочкина опять шизит». Проигнорировав замечание, но мысленно записав имя наглеца в свой «Блокнот отмщения», Злата покрутила пальцем у виска и насупилась, глядя на свою подругу.

— Наташ, ты что, с ума сошла? — рассержено прошептала она, обращаясь к шатенке, одетой по деловой моде кабинетных работников. — Ко мне чуть карачун не пришёл в гости!

— Сама виновата, — сдержанно ответила девушка со строгой стрижкой и умными глазами за очками, поправляя оправу. — Я вообще-то два раза окликнула, когда подходила, но ты витала в облаках, как всегда. У тебя вечно так, Злат.

— Ещё бы! Тут полный мракобес творится, Наташ! Воротынский прямо сюда, в штаб, наркошу притащил! — возбуждённо зашептала блондинка, успевая поглядывать по сторонам. — Он прямо при всех какими-то таблетками закидывается!

— Не похож он на наркомана… Взгляд совсем не тот, — после недолгой оценки произнесла Наталья Синицына и, немного помедлив, добавила: — Скорее, просто очень уставший. Или заболел. На улице сейчас такая сырость…

— Меня порой просто бесит, какая ты добрая, — проворчала блондинка, не отрывая глаз от центра зала.

— Дело не в доброте. Просто стараюсь быть объективной, — спокойно парировала Синицына, тихо хмыкнув. — Но я его где-то видела…

— И ты тоже? — Злата подняла бровки, уставившись на подругу. — Где? Клеился к тебе в каком-то клубе?

— Нет… Здесь другое. Кажется, вспомнила. — Наталья быстро скрылась в одном из кабинетов и менее чем через минуту вернулась с газетой в руках, которую и протянула подруге.

— Вот, смотри. Лица не видно, но пальто то же самое, и волосы тёмные. К тому же, его прислал сам Уваров из штаба «Вольных». Это точно он, — Синицына ткнула пальцем в строки под фото на первой странице. — Константин Ерёмин… Константин… Гмм…

— Постой, Наташ, — Злата нахмурилась, вглядываясь в фото. — Я, в отличие от тебя, газеты не читаю, но это имя… и фамилия… Кажется, я их где-то слышала. — Может, он отпрыск кого-то из орловской элиты? Правда, с такой фамилией никто на ум не приходит…

— Мне тоже, — после паузы согласилась Наталья, вновь вглядываясь в сторону стола, за которым сидели Воротынский и молодой брюнет. — Интересно, чего они тянут?