— «Настоящих» — это каких? — не удержался я от вопроса.
— Только не смейтесь… Хотя, может, для вас это не новость, — Юрий понизил голос, наклонившись вперёд, и окинул взглядом зал, убеждаясь, что никто не слышит. — Те, кого мы сегодня уложили… Это не демоны, а твари из их мира. Настоящие демоны — они как мы, как люди. Говорят на нашем языке, носят костюмы, ездят на дорогих тачках и ужинают в ресторанах. Они среди нас. Не подумайте, что я спятил или головой повредился.
— Это ты ещё о «легионах» не слышал, — горько усмехнулся Артур, хлопнув новичка по плечу.
— И о графских чертях голубых кровей, — добавил Боров, многозначительно глянув на меня. — Есть тут у нас один уроженец тамбовской глубинки, который в этой теме как рыба в воде.
— То есть… вы мне верите? — как-то растерянно спросил Юрий.
— Более чем, — подтвердила Мара, указывая на доску. — А теперь бегом к «Гостевой книге», а то пиво греется. Тебе ещё ярлык охотничий «мыть».
Из-за соседних столов послышалось радостное улюлюканье и поздравительные выкрики, вроде: «С пополнением, Турик!» и «Свежее мясо для чертей привалило!».
— Не обращай внимания, Юрец! — Боров ободряюще стукнул бокалом о его бокал. — Таков уж здешний «юмор». Давай, прописывайся уже.
Церемониал был соблюдён. Выпив ещё разок пенного, я ко всеобщему разочарованию засобирался домой, предупредив, что завтра беру отгул. Артур и ребята немного расстроились, но не стали возражать — сыграл роль мой измождённый вид, истинная причина которого была известна лишь мне.
Попрощавшись и наотрез отказавшись от идеи о наёмной «демонической повозке» — такси — я неспешным прогулочным шагом взял курс на приют. Уже на полпути меня осенило: Форнеус не врал насчёт соглядатаев. За мной упорно следовал тёмно-зелёный автомобиль, а поодаль маячили двое пеших.
Точно не демоны… И не одержимые. Моё чутьё молчало, не сигналя об инфернальной угрозе. Но сложно быть уверенным на все сто процентов, ибо яд, что циркулировал по венам и одновременно медленно разъедал душу, искажал восприятие.
«Сейчас узнаем, кто вы такие».
Помянув недобрым словом отвратное самочувствие, юркнул в узкую арку между высокими «панельками», и достал мел. Пальцы привычно вывели простенькое начертание ловушки. В левой руке зазвякали духовные камни, обратившись в серую дымку, когда последняя руна заняла своё место. Дойдя до конца арки, я рванул за угол, воззвав к сигилу Буера.
И «Чутьё охотника» сработало: в ушах громко отдались частые шаги, а через мгновение донеслась сдавленная речь.
— Саш, не отставай. Сейчас потеряем! На черта он сюда попёрся? — раздражённо бросил один из преследователей, переходя на бег.
— Не спеши, а то выбежим прямо на…
Эхо частых шагов оборвалось, сменившись матерной руганью. Это стало для меня сигналом. Стараясь не шуметь, я вышел из укрытия и направился к своим преследователям, которые стояли, беспомощно хватая воздух руками.
— Сука! Я ничего не…
Мужчина с жидкими усиками и в фуражке не успел договорить. Мои руки сомкнулись на его шее, а остриё заклинки упёрлось под подбородок.
— Очень недобрый вечер, господа, — я сам удивился, насколько мрачно прозвучал мой голос в арочном эхе. — Давайте я вежливо попрошу, а вы честно ответите: на кого работаете? Буер? Форнеус? Авнас? А может Элигос?
— Ерёмин, ты сдурел?!! Бляя… — выдавил второй соглядатай — брюнет с худощавым лицом, не старше двадцати пяти лет на вид — и меня прорвало на смех. — То есть, парень… Да чёрт!
— Дима, ну ты и придурок! — сиплым голосом прохрипел первый, затем постучал ладонью по моему локтю. — Отпусти, Ерёмин. Мы друзья.
— Не знаю, радоваться такому знакомству или плакать, — я ослабил хватку, прислушался к ощущениям и отпустил его. Тот тут же закашлялся, неуклюже переступая с ноги на ногу.
— Зрение скоро вернётся, новоявленные «друзья», — поспешил я успокоить незадачливую парочку, переходя к главному. — Так кто вас послал «дружить» со мной?
— Воротынский, — нехотя признался тот, что в фуражке, массируя горло, и кашлянув, добавил: — Хорошее заклинание: кроме темноты — ни хрена не вижу. Зрение точно вернётся? Ты здесь, Ерёмин?
— Здесь. Вот стою, и удивляюсь. — Пальцы невольно начали массировать висок. — И зачем почтенный Михаил Иванович вас ко мне приставил?
— Охранять, чтобы с тобой ничего не стряслось. Мы экзорцисты, — пояснил младший, усиленно протирая глаза.
«Вас самих охранять нужно», — мелькнуло у меня в голове, но я промолчал.
— От кого охранять?
— Кажется, зрение возвращается… — усач потыкал пальцем в свои глазные яблоки, и сощурился в мою сторону. — Ты не понимаешь или прикидываешься, Ерёмин?
— Честно говоря, не понимаю, — позвякивая парой камней в руке, ответил я, всерьёз задумавшись.
— В том особняке ты положил кучу наших бывших товарищей, которые пошли против князя, — начал он. — Воротынский пытался скрыть это, списав всё на демонов, но правда — упрямая штука. Нужно ли говорить, что у большинства убитых тобой есть влиятельные родственники. Князь в долгу перед тобой, он сам это сказал. Михаил Иванович опасается, что тебя настигнет месть. Ерёмин, я бы на твоём месте не лыбился: удавят где-нибудь в подворотне, попомни мои слова. Всё серьёзно.
— Точно… А я-то думал: что ускользнуло от моего внимания? — В моих словах не было ни капли иронии. Виной всему — разница норм между мирами. На Арс Ноторисе от чада, что якшается с демонами, открестилась бы вся знатная родня; более того, сами бы совершили расправу. Но здесь «ладан» пахнет иначе.
— Судя по твоему лицу, до тебя начало доходить, — мужчина в фуражке выпрямился, видимо, окончательно придя в себя после ловушки. — Ерёмин, мой тебе совет: иди домой и не шляйся по тёмным переулкам.
— А лучше держись у нас на виду, — добавил второй, помоложе. — Тебя уже пасёт кто-то, кроме нас.
— Дим, вот кто тебя за язык тянет? — Усатый подарил напарнику взгляд под названием «совсем идиот?». — Ума не приложу, как князь мог выбрать тебя для этого задания.
— А что такого? — брюнет ткнул пальцем в мою сторону. — Пусть знает! И не выёживается лишний раз!
— Александр, правильно? — обратился я к усатому.
— Верно. Александр Трифонов, — он пожал мне руку, затем кивнул на компаньона. — Дмитрий Вятский — мой напарник и редкая бестолочь.
— Сам ты бестолочь! — фыркнул Дмитрий. — Я с самого начала был за то, чтобы обойтись без всей этой шпионской херни! Просто подошли бы и поговорили с Костей!
— Знаешь, а в его словах есть смысл, — вступился я за парня, одобрительно кивнув. — И мне, и вам было бы проще.
— А я о чём! — Вятский заметно воспрял духом.
— Воротынский настоял на секретности, — ответил посерьёзневший Александр и, подумав, нехотя добавил: — У князя, помимо твоей безопасности, есть интерес к тем, кто за твоей головой придёт. Мы держимся на расстоянии именно поэтому. Объяснять дальше, или сам поймёшь?
— Не нужно. Всё понятно, — я взглянул на часы. — Господа, как мне побеседовать со своим неожиданным благодетелем? Назрел один важный разговор.
— Это вообще не проблема, — без промедления ответил Александр. — Князь уже давно отдал распоряжение касаемо твоей персоны: без лишних разговоров пустят и в наш штаб, и в поместье.
— Понял. В скором времени обязательно нанесу ему визит. Теперь мне пора.
— Мы проводим, — коротко пообещал Трифонов, тронув козырёк фуражки. — Издалека…
Некоторое время спустя. Муниципальный приют «Соловушка».
«Фуф! Успел!» — Часто дыша, я прикрыл дверь за собой, издав протяжный вздох. — «Семёновна чуть перед носом не захлопнула».
Переодевшись в домашнее, уже собрался лечь спать, но любопытство взяло верх. Была одна вещь, которую очень хотелось проверить. Особых иллюзий я не питал — просто хотелось объективно оценить свой текущий уровень.
Расположившись на полу в центре комнаты, я скрестил руки на груди, воззвав к своей душе. Повинуясь составляющей разума, духовная сила начала выходить из меня, формеруя магический круг на полу. Сейчас творилась настоящая духовная магия, без «костылей», вроде ритуального мела.
